Сны Эстер
Шрифт:
— Эман? — снова среагировала Эстер.
— Да, Эман, Чёрный Змей, Маска иллюзии и гипноза, — кивнула Наёши. — Где не взять грубой силой, можно было просто обмануть. Эманы и Эсфиль могли воздействовать на разум, Ивиен могли с помощью активной эмпатии посеять ужас в стане врага, а Маргда и вовсе управляли чистой энергией, отчего были сильнейшими из всех во все времена. Поэтому их всех пытались истребить в первую очередь. Многие успели эмигрировать и спрятаться прежде, чем ютианство захватило весь материк. Талаады не успели. Ни один.
— Звучит жутко, — заметила Эстер.
— Да, — согласилась старушка. — Как я уже говорила, на начало истории у них и так не всё было хорошо. Пара несчастных случаев и одно кораблекрушение сократило и без того не очень большой клан едва ли не на треть. С приходом ютианства
— Натур… что? — снова переспросила девушка.
— Натурализацию. Так назывался отказ от дара или фамильяра, добровольный или не очень. Многие слишком хотели выжить, им было легче лишиться силы и части себя, чем вечно скрываться или погибнуть. А кого-то лишали дара насильно различными способами. Чаще всего уничтожали фамильяра, пока не вспомнили, что он восстанавливается со временем. Когда вспомнили, построили для фамильяров своего рода тюрьму, придумали специальное оружие. Вот только для всего этого тоже требовалась магия, против которой и выступали. Получалось достаточно лицемерно…
Эстер невольно подняла глаза к потолку. Назрело ещё несколько вопросов. Но пока мысли крутились больше вокруг слов Наёши, а она, кажется, была намерена продолжить рассказ:
— На протяжении пары веков уцелевшей части клана Талаад удавалось скрываться от преследования. Они даже делали несколько попыток вырваться за границу, но вскоре прекратили их, когда стало ясно, что взгляды Юты распространились далеко за пределы её страны и жизни. Но вечно скрываться было невозможно. Помочь им попытался как раз клан Эман, нашедший убежище в соседнем государстве, где не так злобно относились к магам, что бы ни говорили вокруг. В конце концов, незадолго до этого кланы успели даже породниться, что по идее должно было облегчить путь. К сожалению, это только привлекло к ним внимание. Даже под ложными именами остатки клана скоро нашли и, несмотря на сопротивление, фактически уничтожили. Редрейвик остался жить только потому, что в тот момент находился в другом месте, задержавшись на переправе из-за паводка. А они ждали его, хотя могли пересечь границу ещё днём ранее. — Наёши тяжело вздохнула, медленно постучала сухими пальцами по столешнице, снова опустила руку на загривок фамильяра, что до сих пор сидел у неё на коленях. — Рей был в бешенстве. Не загрустил, не упал духом, не впал в истерику. Он просто взбесился. Может быть, просто слишком долго копил злобу, но будь я на его месте, я бы, наверное, упала на месте и больше не встала бы. У границы его ждали родители, жена, тётка, сестра, её муж, два брата с жёнами и несколько племянников. Всё, что осталось от клана. И вдруг он остался один.
— Вы так говорите, словно сами там были, — пробормотала с некоторым сомнением Эстер.
— А я там и была, — вдруг подтвердила Наёши. — Малолеткой, правда, на конкретно этот момент мне лет двенадцать или пятнадцать что ли было? Уже не помню.
— Но… Подождите! — Девушка попыталась припомнить, что вообще слышала обо всём этом, сопоставила время. — Но тогда получается, что вам должно быть больше ста лет!
— А так оно и есть, — снова с улыбкой подтвердила она. — Сто двадцать девять лет. Скоро сто тридцать.
— Но… — Эстер хотела ещё что-то сказать, но умолкла.
— Маги живут немного дольше простых людей, — зачем-то пояснила Наёши.
— Немного?!
— Ну, хорошо, примерно вдвое дольше. Это если стареть естественно и не лезть во всякие авантюры, что в наших кругах большая редкость…
— Стоп! — вдруг снова всполошилась Эстер. — Вы… Вы лично были знакомы с Талаадом?
— Да, — опять кивнула Наёши. — Он лично выкрал меня из рук полиции, когда те догадались, что Савель — не просто кошка. В благодарность я решила остаться в его небольшой — тогда — армии.
Эстер продолжала со смешанными чувствами недоумения и восхищения смотреть на женщину. Если верить рассказу Наёши, она с малолетства приобщилась к сопротивлению и войне, но почему-то казалось, что ничто из этого не оставило на ней никакого видимого следа. Эстер не слишком часто вообще встречала пожилых людей, а среди них всё реже попадались такие, которых девушка могла назвать «приятными». К Наёши просилась приставка «солнышко».
— Едва отойдя от шока, он сразу перечеркнул все прежние планы и перешёл к другому
варианту действий: Рей решил открыто выступить против потомков Юты, — вдруг продолжила старушка, а Эстер не сразу поняла, о чём она говорит. — Он разыскивал остатки других кланов, договаривался с другими повстанцами, собирал всё больше и больше людей и магов вокруг себя. Но одновременно Редрейвик готовил и другой план, в котором удалось в некоторой мере поучаствовать и мне: он собирался уничтожить крупнейшую Башню Фамильяров, чтобы вернуть силы огромному количеству других магов.— Что-то такое я уже слышала, — заметила Эстер, понимая, что разговор был буквально в этот же день, всего пару часов назад. — Только я так и не поняла, что это за Башня.
— Магическая тюрьма, вот только держали там фамильяров, оттуда и название, — пояснила Наёши. — Духи-спутники оставались живы, но теряли связь со своим магом, пока находились в её стенах. А маг терял возможность использовать дар. Сегодня восстановленное здание занял исследовательский институт «Вертикальный Город», но маги до сих пор недобро поглядывают на это место… — Старушка отпустила с колен Савель, кошка-фамильяр переместилась на кровать. — Хотя вся магия оттуда давно ушла и теперь это просто огромная старая странная башня.
— А зачем её заново отстроили?
— Не отстроили: восстановили. Редрейвик уничтожил Башню, как организацию, как тюрьму. У здания же оказались разрушены только верхние три этажа, их отстраивать не стали, просто достроив на последнем уцелевшем этаже крышу.
— А что же он такого сделал? — снова задала вопрос Эстер.
— А вот об этом историки и не только они спорят до сих пор. — Наёши вздохнула. — Со стороны люди видели взрыв, но очень странный. Говорили, что было ощущение, будто Башня «взорвалась внутрь». Кто-то даже говорил, что видел расходящиеся от неё чёрные трещины… — Старушка немного помолчала, глядя на побелку потолка. — Имея в виду дар Редрейвика и то, как он готовился к этой диверсии, вполне возможно, что это было какое-то проявление изменения материи. Термомантия, например, хотя она в кинетике лежит меньшей частью и в высшем своём проявлении, когда способна буквально обращать материю в энергию, создавая дыры в пространстве, доступна была только первым архимагам Маргда… Ты, наверно, не понимаешь, о чём я говорю?
— Не-а, — честно ответила Эстер.
— В общем, — решила не объяснять Наёши, — Рей проник в Башню и сделал что-то такое, что прорвало её магический барьер и разнесло в крошку несколько этажей здания. Возможно, разнесло и его самого, потому что после того больше его никто не видел: ни его, ни его тела, ни даже каких-то фрагментов. На месте разрушения вообще не было никаких тел или их частей: целый отряд охраны Башни пропал вместе с Редрейвиком.
— Телепортация? — неуверенно предположила девушка.
— Возможно. Но не с парой десятков же человек? На такое не были способны даже древние архимаги. А Рей к тому же был ослаблен после смерти фамильяра и прорыва барьера.
— Его фамильяр погиб? Но… как он тогда использовал дар?
Как ни крути, а кое-что в магах Эстер уже успела понять. В частности, что без фамильяра маг — не маг. Нет, ей было известно, что после смерти одного фамильяра в некоторых случаях у мага может появиться другой. В некоторых — потому что не раз успела она услышать и даже кое-где на досуге прочитать, что бывают случаи, когда этого не происходит.
Наёши её недоумение поняла и решила всё-таки пояснить:
— С помощью нового фамильяра, конечно же. У него не было достаточно времени, чтобы установить с ним прочную связь, что ещё больше его ослабляло. Мало того: каждый новый фамильяр значительно слабее прежнего.
— Если он был такой великий лидер и стратег, как он решился на выполнение своего замысла в таких условиях? — всё ещё не понимала Эстер.
Взгляд Наёши отчего-то наполнился грустью:
— Это была часть жертвы, часть плана. Иначе бы он никак не смог бы проникнуть в Башню. Именно это и заняло большую часть подготовки… Наверное, с этого стоило начать: в Башню не допускались маги, попасть туда каким-то иным способом, кроме как через главные ворота, было невозможно. Охранялась тюрьма очень надёжно. Редрейвик долго шёл к заключительной части плана в том числе и из-за необходимости лишения спутника. Но Талид сам предложил ему такой способ действий.