Чтение онлайн

Незадолго до рассвета Льюберт все-таки не вытерпел - сказал себе, что перед поединком следует закончить еще массу дел, и, беспощадно разбудив заспанных слуг, распорядился, чтобы ему подали умыться. Он чуть не прибил стюарда за медлительность, с которой тот соскабливал щетину с его скул и подбородка, и успел раз двадцать позавидовать "дан-Энриксу". У Пастуха усы и борода пока что не росли, хотя южанин вытянулся так, что мог, не задирая голову, смотреть даже на долговязого Нетопыря.

После бритья Дарнторн достал и осмотрел свой меч, надеясь обнаружить какие-нибудь изъяны, исправление которых могло бы его отвлечь. Увы, меч был в прекрасном состоянии. Льюберт несколько минут раздумывал, не следует ли взять кинжал, но потом

рассудил, что кто-то из свидетелей - скорее всего, князь Рейхан - не преминет раздуть из этого историю. Потребует отдать Декарру лишнее оружие, не предусмотренное по условиям их поединка, да еще воспользуется поводом сказать, что Льюс пытался сжульничать. Нет уж. Не стоит лишний раз дразнить гусей, в особенности, если нужного эффекта можно достичь и без этого. Льюберт отыскал в своей комнате короткий прямой нож, которым раньше часто пользовался на охоте, и засунул его в голенище сапога.

Дрожа то ли от ноябрьского холода, то ли от лихорадочного возбуждения, Дарнторн вышел из дома - несмотря на все старания, как минимум на полчаса раньше положенного срока - и направился к темнеющим неподалеку башням Академии. Так называемая Малая турнирная площадка находилась между парком Академии и садом, примыкавшем ко дворцу. Проще всего было попасть туда через Лакон. Друзья "дан-Энрикса" сдержали свое обещание, оставив незапертой калитку для прислуги. И на том спасибо.

Льюберт шел через запорошенный выпавшим ночью снегом парк, когда услышал за спиной чьи-то шаги. Он успел испугаться, что это какой-нибудь наставник, который захочет выяснить, с чего Дарнторну вздумалось бродить здесь до общего подъема, но, увидев узкую фигуру в сером, успокоился и даже испытал тайное чувство удовольствия. Так-так. Выходит, Риксу тоже не спалось в ночь перед поединком.

Пастух между тем догнал противника и зашагал с ним вровень. Это было бы еще терпимо, если бы пару шагов спустя южанин не сказал:

– Подожди минуту, Льюберт. Нам нужно поговорить.

"Только не это!.." - мысленно взвыл Дарнторн. Ему хотелось, чтобы все это побыстрее кончилось, и мысль, что придется выдержать еще одно сражение с ослиным упрямством Рикса, показалась ему совершенно нестерпимой. Льюберт резко, зло мотнул обросшей головой, отчего волосы упали на глаза.

– Хватит, наговорились! Я не для того вставал в такую рань, чтобы тратить время на пустую трепотню.

Но Рикс загородил ему дорогу и остановился, непреклонно скрестив руки на груди.

– И все-таки тебе придется меня выслушать.

Нет, это уже даже не осел. Бревно. Полено сучковатое…

Дарнторн рванул из ножен меч.

К счастью, заставить человека драться куда проще, чем заставить его слушать. То, что он может убить "дан-Энрикса" на месте, Льюса не пугало - он не сомневался, что тот уклонится от удара. И был совершенно прав. Не зря наставник Хлорд нахваливал проклятого южанина, как барыга - свой товар на летней ярмарке. Крикс отшатнулся от сверкнувшего возле его лица клинка и выхватил свое оружие.

Ну вот и все, - подумал Льюс. Теперь хочешь не хочешь, а сражаться тебе все-таки придется. А что в неудобном месте и без обязательных в подобных случаях свидетелей - ну извини, сам виноват. Впрочем, Пастуху и так и так пришлось бы плохо. Сейчас война, в такое время миротворцы долго не живут.

Все эти сумбурные, обрывочные мысли вихрем проносились в его голове, пока Дарнторн теснил своего врага к группе старых яблонь.

Радость Льюса отравляло четкое сознание, что Крикс дерется в четверть силы - даже не пытается достать противника, а только отступает, отражая самые опасные удары. И при этом продолжает нести какую-то околесицу.

– Льюc, прекрати! Это безумие… Да слушай же, дурак! Сэр Ирем собирается отправить тебя в Адельстан. Приказ будет подписан этим утром. Если… если ты не уберешься из столицы, император с лордом Иремом отправят ультиматум твоему отцу.

Они хотят заставить его сдать Бейн-Арилль.

– Хватит болтать! Сражайся!
– прорычал Льюберт. На защиту он давно махнул рукой - кому она нужна, если противник вообще не нападает?
– и сосредоточил все свои усилия на том, чтобы достать южанина. Увы, пока тот без особого труда выдерживал навязанный Дарнторном темп. Льюберт боялся, что на лице старого врага вот-вот появится глумливая улыбочка, но почему-то Рикс отнюдь не выглядел довольным. Скорее, создавалось впечатление, что энониец просто вне себя и с удовольствием бы надавал Дарнторну оплеух, если бы только мог.

– Я вижу, так у нас ничего не получится, - процедил Рикс сквозь зубы. И, поймав меч Дарнторна на свой клинок, резко направил его вниз. Потянувшийся вслед за мечом Дарнторн почувствовал сильный и внезапный удар в плечо. То ли Пастух ударил своего противника коленом, то ли толкнул его всем корпусом. Охнув от удивления, Льюберт опрокинулся на снег. Оружия Дарнторн так и не выпустил, но толку было чуть, так как проклятый Рикс успел наступить на лезвие ногой. Отплевываясь от попавшего в рот снега, Льюберт с силой дернул рукоять - но высвободить меч, конечно же, не смог. Пару секунд спустя до него дошла все нелепость его положения. Сейчас можно было только порадоваться, что сражение происходило без свидетелей. Льюберт Дарнторн, нелепо копошащийся в снегу чуть ли не под ногами у "дан-Энрикса" - такое зрелище наверняка должно было бы привести в восторг Рейхана, Лэра и все остальную шваль.

– Доволен?..
– хрипло спросил Рикс. Дышал он тяжело; похоже, все-таки устал.
– Теперь давай поговорим, как два нормальных взрослых человека.

– Не о чем тут говорить. Условие было - драться насмерть. Так что бей.

– А шел бы ты, Дарнторн… - процедил энониец. Льюс оскалился.

– Что, Рикс, кишка тонка ударить безоружного? Тогда верни мне меч, и мы продолжим.

Ничего особенного в словах Льюса не было, но Пастух все равно раздулся, словно жаба.

– Обойдешься! Балаган окончен, - злобно сказал он и в подтверждение собственных слов вложил Эльбрист обратно в ножны.
– …И вставай уже, хватит валяться у меня в ногах.

– Ну как хочешь. Я тебя предупреждал, - тихо сказал Дарнторн. Пальцы обхватили нож, припрятанный за голенищем сапога. Дарнторн ударил - быстро, снизу вверх, целя в правый бок южанина.

Глаза "дан-Энрикса" расширились. Льюберт почти не сомневался, что Пастух успеет перехватить его руку или просто увернуться от удара. На худой конец, хотя бы отскочить назад. Но, похоже, на сей раз он переоценил противника. Застигнутый врасплох южанин промедлил с защитой, и эта секунда промедления решила дело.

"Достал" - со странным изумлением подумал Льюберт. Во рту у него почему-то пересохло.

Энониец зажимал раненый бок локтем, и по серому колету расплывалось темно-красное пятно. Немного постояв - как будто бы в раздумьях, падать ему или нет - "дан-Энрикс" сделал шаг назад и привалился к узловатой яблоне.

– Я же предупреждал… - пробормотал Дарнторн.
– Сказано было - насмерть, значит, насмерть.

Несмотря на удачный конец дела, Льюберту хотелось выть. Пока его язык болтал Хегг знает что, в голове вертелась только одна мысль - что он наделал?!

И еще - как дальше с этим жить?

Впрочем, через несколько секунд до Льюберта дошло, что для смертельно раненого энониец держится слишком уж прямо.

– Тебе нужно в лазарет, - пробормотал Дарнторн, не узнавая собственного голоса.
– Ты подожди, я сбегаю за лекарем.

– Как-нибудь обойдусь, - прошипел энониец, отлепляясь от ствола. Льюберт почувствовал, что его бьет крупная дрожь - не то от пережитого недавно ужаса, не то от облегчения. Ему казалось, что слова "дан-Энрикса" долетают до него откуда-то издалека.
– Убийца из тебя, Дарнторн, еще паршивее, чем фехтовальщик.