Чтение онлайн

– Расскажете, как он исчез?

– Я и сам мало чего знаю. Спроси у Люца – это его приемный сын, и человек, достойный доверия.

– Благодарю, властитель Вокил, вы очень помогли.

***

По просьбе цирюльника Мартейн отправился с ним в Бани – помочь особенно пострадавшим во время бури жителям. Ушибы, порезы, переломы – всего около сорока человек, Люц и его подмастерья не справлялись. В жарко натопленном помещении стояли стоны и причитания, в стоках для воды пузырилась кровь. Мартейн осмотрел пациентов, потом попросил чернила, перо и лист бумаги. Он бегло написал список нужных ингредиентов и отправил его со слугой в аптеку.

–

Для мазей, – объяснил он цирюльнику.

После он принялся за дело. Люц с изумлением наблюдал, как тот ловко зашивает раны, вправляет вывихи и перевязывает порезы. Вскоре щегольская одежда Мартейна покрылась кровавыми пятнами.

– Не думал, что лекари третьей ступени нисходят до грязной работы, подобно нам, мясникам! – сказал Люц. Его лицо раскраснелось, вспотело, и было забрызгано кровью до самых волос, но он улыбался.

– В Университете обучают не только высоким наукам, друг мой. Алхимия, ботаника, спагирия, астрология – это, конечно, хорошо, но если человек истекает кровью, то ради богов, сумей его подлатать, чтобы он дожил до твоего многоумного лечения.

– Мы все делаем то, что в наших силах.

– Воистину.

Один раз Люц сказал, что ему надо отлучиться ненадолго: ребенка вчера придавило упавшей балкой. Когда он вернулся, у него был мрачный вид.

– Так все плохо? – спросил Мартейн.

– Безнадежно. Девочка, из Сырого Угла, трущоб, по сути. Круглая сирота, а теперь еще и это. Я выписал ей болеутоляющее, помочь не поможет, но она хотя бы проспит свою смерть.

Когда вернулся посыльный из аптеки, Мартейн занялся смешиванием лечебных мазей, а Люц присел отдохнуть и раскурить трубку.

– Что собираешься делать дальше? – спросил он, пуская дымные кольца в потолок.

– Наблюдать. Мне, судя по всему, придется задержаться в этом чудесном городе. Тебя прошу обследовать на предмет появления сыпи всех людей, которые приходят в Бани. Я смешал Габрицию несколько микстур, но буду крайне удивлен, если они помогут. В единственном источнике упоминается, что от Великой чумы нет лекарства.

– А как тебе лорды Бороски?

– Мутная, мутная вода! По степени недоверия друг к другу они не уступают нашим деканам.

– Это пошло еще с давних пор. Когда-то, еще до воцарения Короля-Дракона, Вокил правили этими землями как князья, но потом присягнули на верность завоевателю. После того, как было открыто Подземелье, Король-Дракон переехал со всем двором сюда. Именно тогда возвысились многие маги, алхимики и прочие адепты оккультных искусств, в том числе и Угаин. Влияние Вокил понемногу уменьшалось: королевству больше не было нужды в воинах, ему требовались маги и ученые, а также торговцы. Но еще позже, после того как пала держава Змеекоролей, мощь Угаин сильно пошатнулась. Когда Бороску снова стали заселять после мора, ни у одного из Домов не хватило сил забрать власть единолично, и тогда они основали правящий Триумвират вместе с юным Домом Дуло, и вместе свергли тиранию Некроманта. С тех пор в народе Великие Дома называют Мечами, Жезлами и Монетами – думаю, сам догадаешься, кто есть кто. Вокил и Угаин – старые аристократы, и занимаются тем, чем пристало заниматься аристократам: войной и магией, и презирают Дуло за то, что они занимаются торговлей, притом настолько успешно, что именно они сейчас диктуют порядки в Бороске. Возможно, если бы Вокил и Угаин объединились, они смогли бы что-то противопоставить Дуло, но Атилла считает, что это нарушает законы рыцарской чести и предпочитает сидеть сиднем в своем особняке и вспоминать старые обиды, а Габриций уже настолько отдалился от городских дел, что ему, мне кажется, просто все равно.

– Тем удивительнее, что поборник рыцарской чести затевает, на мой взгляд, некую интригу, – и Мартейн рассказал о разговоре с Атиллой.

Люц

задумался, пощипывая свои клочковатые бакенбарды.

– Вот так в этой старой скучной истории появляются Бассорба, – наконец сказал он и вздохнул. – Ну что ж, этот род, вероятно, еще древнее, чем Вокил. В семье передается из поколения в поколение титул талоши, что-то связанное с мертвыми и тайной наукой Корней, подробностей я не знаю. В общем, из-за этой традиции они и получили в свое время Ключ от Подземелья. Но потом, по какой-то причине, этот ключ перешел к Дуло, что стало началом их восхождения. А Бассорба остались в тени, обычными лекарями, но их до сих пор все чтят. Особенно Бардезана. Это самый мудрый и добрый человек, которого я знаю. И самый несчастный. Жена умерла молодой, родной сын бросил его и уехал в чужие земли, чтобы стать там наемником – полное разочарование.

– Что известно об исчезновении Бардезана ?

– Немного. Каждое утро, на протяжении сорока лет, он обходил лежачих больных, ни дня не пропустил. Но однажды, неделю назад, он нигде не появился. Пациенты были озадачены, даже встревожены. Послали за мной. Дом был не заперт и пуст. Ни следа Бардезана. В Подземном Городе, по словам Дуло, он тоже не появлялся. Вокил отправили экспедицию в Подземелье, но, насколько я знаю, эта затея ничем хорошим не кончилась.

– Меня беспокоит то, что начало болезни Габриция и исчезновение Бардезана совпадают по времени. Здесь какая-то мрачная загадка… Дом обыскали?

– Да. Но не нашли ничего, что пролило бы свет на это дело.

– Может быть, нам повезет? Давай так, услуга за услугу. Ты жил вместе с Бардезаном когда-то и знаешь его дом, как никто другой. Осмотрим его вместе, может, узнаем что нового, ты – о пропаже отца, я – о причинах болезни.

– Как будет угодно, господину лекарю, – отвесил насмешливый поклон Люц.

***

С делами в Банях закончили только под вечер. Испачканную одежду Мартейна отдали прачкам, взамен Люц дал лекарю кое что из своего гардероба: одежда не по университетской моде, но добротная и без прорех. Вдвоем они направились к дому Бардезана.

Бороска постепенно оправлялась от крысиного нашествия. В воздухе стояло зловоние от трупов грызунов, поодиночке и купно лежащих прямо на улицах. Множество крыс истребили сами горожане, защищая свое имущество, другие издохли сами. Теперь люди грузили эти плоды побоища лопатами на тележки и повозки, и те тянулись бессчетными вереницами по улицам города по направлению к воротам.

Мартейн внезапно остановил Беспечность, спрыгнул с нее и подбежал к канаве. Вернулся он, держа за хвост крысиный труп, неестественно почерневший и раздутый.

– Зачем тебе эта крыса? – поинтересовался Люц.

– Ее посмертное состояние крайне необычно, а мы должны изучить все необычное. Все что я слышу в последнее время – знаки в небе, кометы… Знаешь, недалекое будущее можно точнее предсказать по такому вот гниющему трупику, чем по небесным светилам, – сказал Мартейн и, к ужасу Беспечности, засунул мертвого грызуна в седельную сумку.

Стражники сначала не хотели впускать их в дом Бардезана, но Мартейн вспомнил о броши с гербом Вокил, показал, и те нехотя отперли дверь.

Врачи оказались в сумрачной передней. Два полукруглых оконца по обеим сторонам двери – этакие стеклянные веера – пропускали мало света, и стены тонули в тени; это, да еще два ряда побеленных известкой колонн, создавали темную теснину, ведущую от входа в главную залу. В ней было светлее: высокие стрельчатые окна пропускали яркие краски заката, и те широкими мазками ложились на темные дубовые панели, старинную мебель, ковры с повторяющимся узором в виде переплетенных рук. Посреди залы стоял длинный деревянный стол, одной стороной почти влезающий в старинный камин. Потолок был низкий, и Мартейн, если бы захотел, легко мог достать рукой до тяжелых квадратных балок.