Школота
Шрифт:
К вечеру герцог Виндзорский получил первый развернутый отчет, который бегло пролистал и целиком бросил в ярко горящий камин. Затем неодобрительно покосился на остолбеневшего помощника и начал объяснять прописные истины:
– Вот кто тебя просил писать про людей из столицы, покупавших местные зелья? Что, жить надоело? Мы сюда приехали извести местную скверну и навести порядок. Ключевых слова два. Первое – местная. Это означает, что в целом в государстве все неплохо, а вот иногда вполне конкретные уроды где-нибудь в захолустье устраивают разные пакости. Которые можно пресечь и отладить засбоившую государственную машину. Поэтому – никаких системных пороков, а всего лишь заблудшие овцы. И таких у нас уже целый табун. Поэтому с ними разберемся – и все... Второе слово – порядок.
– Но что делать с названными фамилиями?
– Мало ли что там под пытками верещали провинившиеся. Для нас главное, чтобы должным образом оформленный компромат лег в архивы на будущее. Не крушил чужие карьеры сейчас, а тихо и мирно был по крупицам собран, систематизирован и убран под сукно. И уж тем более, не столь шумно и с вонью. Сам понимаешь, одно дело намекнуть потом заинтересованным людям, что надо помочь в решении того или иного вопроса. И совсем другое, если вполне уважаемые фамилии будут в центре скандала с некромантами. Поэтому – вся эта грязь с проданными в рабство монахинями, пьянками и содомией – исключительно на совести епископа и его прихлебателей. Тем более, что уродом уже пожертвовали. А патриархи и основная паства уже предоставила должное объяснение ситуации и оплатила наше время согласно повышенной ставки. Тебе по итогам выйдет премия в тройном размере.
Помощник оживился. Герцог, тем временем, продолжил:
– Значит, к утру придется тебе составить новый отчет. Упор на том, что это исключительно местная самодеятельность и никто сверху не был в курсе. Как пример можешь добавить, что подобного рода эликсиры и прочую гадость в остальных провинциях не нашли. А умельцев доблестные вояки зачистили, как и положено. Кстати, наградные списки проверил? Отлично, оставь, я их подпишу. Заслужили... Ну и для общего спокойствия местная епархия уже ткнула пальцем в особо провинившихся, которых и отправим на костер. Церковники даже готовы из своего кармана оплатить городской праздник по этому поводу. Черепушек уничтожили, врагов рода человеческого разоблачили, очистительный огонь и завершающая пьянка. Все как положено. И без какого-либо напряга для казны...
Спровадив молодого карьериста рисовать отчет заново, умудренный в жизненных пертрубациях герцог задумался. Он был совсем не дураком и к своим пятидесяти вполне мог удачно закончить придворную карьеру где-нибудь совсем близко к венценосному хозяину империи. А то и в качестве регента устроиться, если спятивший старик скоропостижно даст дуба. Поэтому потенциальный кандидат на трон на память не жаловался. Как там было? “Сука Кончитий, не смог с простейшим делом справиться”. Похоже, не все хвосты ребята в рясах обрубили, можно еще кое-что накопать. А тот, кто владеет информацией, тот может легко обернуть стопку исписанной бумаги в звонкую монету.
Надо будет послать грамотного человечка по следу. Может, что еще нароет в придачу к уже добытым вонючим фактам.
– Ты главное скажи, кроме мужика, чего ты хочешь?
На небе уже вовсю сияли звезды, рядом с бронепоездом жарко горел огромный костер, часть разбежавшегося зверья вернулась и приволокла оленя на закуску, а два босса перешли с вина на ядреный самогон и теперь сидели, уткнувшись лбами друг в друга и обсуждали сакраментальное “ты меня уважаешь”:
– Секса не хочу, – тут же открестилась Жуть. Ну его нахуй, гостя с чудовищем. Если у такого порождения бездны голыми лапами способны канавы в граните копать, то член наверняка с необъятный дубовый ствол. А как кончит, так и лопнешь. – У меня с этим проблем нет, желающих подлизаться и радость доставить – пол-леса. А другая половина будет при этом песни
петь и в барабаны долбить, чтобы ритмично и весело.– Тогда что нужно? Вот сомневаюсь, будто тебе нравится за разными гроссбухами заседать, цифры считать и проверять, как ясык крестьяне сдают.
Капо-де-каппи закручинилась:
– Это да. Жульничают, а мне с головной болью смотри, где недодали. Надоело.
– Вот, возвращаемся к началу. Что ты хочешь на самом деле? Чтобы вот раз – и душа развернулась... И не сворачивалась...
Монстр приобнял Володю, стараясь ненароком не раздавить хрупкого гостя, и жарко задышал в ухо:
– Отпуск хочу. Чтобы по буеракам побегать, кабанов погонять. И просто по деревьям попрыгать, ночью в болоте поваляться. Отжечь хочу, а то уже пятьдесят лет одно и тоже... Но на кого хозяйство оставить?
– А погоны? Если в загул уйдешь, как остальные на это посмотрят?
– Они только рады будут, что передышку получили. Но вот если меня в расход пустят, этого не одобрят. Это – слишком радикально.
– Дурака нашла, с такой оравой шагистикой заниматься, – фыркнул Владимир и сформулировал свою идею. – Предлагаю стать моим верным вассалом. Я, типа центральной власти, отвечаю за все. На мне и бухгалтерия, и управление, и внешние связи. Плюс разные хитрожопые эксперименты с магией и артефактами. Если мы Сколково снова на ноги поставим, то можно будет жрать в три горла и размножаться без ограничения. Нам деликатесы и бухло будут эшелонами слать... А ты будешь первым советником и главнокомандующим над всем клыкастым воинством. Любые проблемы, где нужно силу применить, останутся за тобой. Ну и я постараюсь подогнать всякого. Хватит братву в разборках терять. Бронежилеты замострячим, пушки с ракетами навесим, разведку и диверсии отладим. Короче, соседи еще вздрогнут, а то привыкли, что здесь все плесенью покрылось.
Жуть выхлебала очередной литр самогона и довольно осклабилась:
– И что? Отличная идея. Похоже, у нас тут настоящий порядок организуется. Хватит голожопыми папуасами по кустам носиться. Пройдем железной поступью по разгильдяйству и либерализму. Даешь кровавую диктатуру и прочие милые радости!
– Даешь!
Так в Сколково появился новый хозяин.
На утро Володя выпил приготовленный Евой отвар и отметил, что рецепт эльфийского антипохмелина надо будет обязательно запатентовать. Штука убойная. Икнул, срыгнул – и башка звенит, как хрустальный фужер. Кстати, первому помощнику так же вручили необходимое, поэтому Жуть уже успела раздать кому-то люлей и теперь блаженствовала на солнышке, почесывая масластую задницу.
– Слушай, забыл спросить. Вроде не видел у тебя дворников, а на площади снова не пылинки, все дороги вылизаны до блеска и даже стены домов отмыты. Это что, ты кого-то отдрессировать сумела?
– Ага, скажешь тоже. Если только чего тяжелое с места на место передвинуть или где дыру прорыть, на большее мои лоботрясы не способны. Не, это местный барон старается.
– Барон?
Короткий рассказ сначала вогнал Володю в ступор, а потом заставил лишь признать очевидное-невероятное: местный мир не просто спятил, а вобрал в себя любые невероятные приколы со всей округи. Хочешь хрень, которая ни в какие ворота не лезет? Считай, что она где-нибудь уже тут завалялась, надо только откопать и к делу пристроить.
Оказывается, когда местный гарнизон на куски рвали, обороной заведовал цельный барон, сосланный за очередную дуэль в захолустье. Карл Мюнхгаузен, пятнадцатый сын когда-то богатого папеньки, названный в честь пра-пра-деда. Бабник, выпивоха и бретер, успевший многим попортить кровь в столице в свое время. Поговаривали, что чуть ли не четверть ребятишек местной знати походили чертами лица на любвеобильного барона. Кстати, сам Карл утверждал, что характер унаследовал от далекого предка, который якобы ближе к старости умудрился провалиться в империю из неизвестного мира. Типа, довыделывался.