Шабаш
Шрифт:
– С тобой либо погибнешь от страха, либо, спасая кого-нибудь, когда же это прекратится, Мэла у нас нет времени, ты опоздаешь! Огонь – не место для пауков. – Бормотал под нос Манк, медленно продвигаясь к горящему лесу. – Как же здесь жарко, ты бросай зверюшек ко мне, а я буду распугивать их в обратном от костра направлении. Мэла, ты где, я задыхаюсь, у меня паника, ты не хочешь сначала друга спасти?
– Манк, не будь таким эгоистом, быстро возьми себя в лапы и помоги мне! – выглянула она из-под плотного удушливого тумана.
– Я иду, только последний раз нормально подышу. Прощайте леса и долины,
– Тебя не дождешься. – Категорично заметила ведьма.
– Ты просто не так вдумчива, как я, умереть я всегда успею, и надеюсь не сегодня. Скажи мне, я то, чем здесь помочь могу, ни одна зверюга меня не послушает, а превращаться в озеро я как-то не пробовал. – Кашляя и вырываясь, прокричал паук.
– Зверюшки, и меня, не очень-то слушают… – пыталась она удержать его.
– Так удираем подальше отсюда, пока еще живы. – С надеждой промолвил Манк.
– Нет, у меня есть план, и ты в нем играешь огромную роль. Я взяла бабушкину книгу… – начала она.
– Что? Ты украла книгу, и собираешься колдовать, не-е-е-т, – протянул он – спасайся, кто может! – крикнул он во все горло. – Как чудесно начинался этот день! – с печалью в голосе пробормотал он.
– Прекрати, я же потомственная ведьма, все получится. – Уверенно промолвила она.
– Делай, что хочешь, только сжалься, отпусти меня. – Вцепившись ей в рукав и выпучив глаза, умолял ее Манк.
– Без тебя мне не обойтись ты должен подержать страничку, пока я буду вызывать дождь, Манк, помогай, я уже нашла заклинание, ты посмотри на этих маленьких, бедных, обездоленных животных, они… – запнулась она – только и ждут, чтобы добрый дядя Манк всех их спас, ты разве не хочешь стать героем. – Убеждала она его.
– Нет, я хочу жить. – Опустив лапы и обмякнув, промямлил он.
– Вот и молодец, держи страницу. – И она положила его на найденную главу. – Все я начинаю, ты готов? Держи крепче, ты же помнишь, какой в прошлый раз ураган поднялся.
Мэла начала читать заклинание, разгоняя густой туман, вокруг них образовался воздушный вихрь, который потоками воздуха поднял все вверх, и над их головой сконцентрировалась огромная туча, которая с последним произнесенным словом разверзлась тяжелыми потоками воды. Ураган резко прекратился и все предметы, поднятые им ввысь, начали падать. Манк, мокрый и замерзший распластался на книге.
– Быть промоченным дождем это еще, куда ни шло, но дождь из белок и бурундуков – пожалуй, слишком, для моей нервной системы.
– Манк, у нас получилось, посмотри вокруг, пожар потушен. – От потушенных костров белой дымкой поднимался пар.
– Да, но повторений я больше не желаю. – Поднялся он на ноги, пытаясь усмотреть укрытие от дождя, белки, ошалевшие от внезапного полета, и столь же необычного приземления разбежались по деревьям.
– Ты должен гордиться собой, о тебе будут вспоминать многие поколения белок, как о герое. – Восторженно сказала она.
– Обойдусь. – И тут, белка развернувшись, бросила в паука шишкой, чуть не задев его.
– О, уже поклонницы, Манк? – съехидничала она.
– Да, она меня убить хотела, чтоб я еще когда-нибудь этих пакостниц… – и после
этих слов, шишки полетели на него со всех сторон.– Манк, не огрызайся. – Смеялась Мэла.
–Ты можешь смеяться сколько угодно, но хочу тебе напомнить, что ты уже опоздала, оставайся и смейся со своими белками. – Обидевшись, проговорил паук.
– Нет, не может быть, бежим скорее! – и она, подхватив его на руки, рванула к метле, брошенной на поляне. – Как я могла опоздать? Что же теперь будет, Манк?
– Будем надеяться, что все обойдется. – Попытался приободрить он ее.
ГЛАВА 3
Херинг была ужасом всех молодых ведьм, страшным кошмаром всех посвященных, чудовищем воплоти, фанатичным педантом и дисциплинированным тираном; и это она раздавала задания, принимала экзамены и давала разрешение на посвящение и это она сейчас смотрела разъяренным взглядом стальных глаз, на опоздавшую Мэлу.
– Что ж, Мэла Мист, этот минус в вашей характеристике вам придется отработать сполна.
– Я… – попыталась оправдаться девушка.
– Молчать, правила существуют для всех, и родственные связи здесь у меня не пройдут, в наказание вы получите испытуемого под грифом один! – с твердой решимостью, подчеркнув, последнее слово, сказала Херинг. – А теперь попрошу вас сесть и выслушать задание.
Мэла присела, опустив голову, еле сдерживая слезы, многие смотрели на нее с жалостью, но, тут, же отворачивались, боясь, что Херинг заметит и накажет их.
«Гриф 1» – это самое сложное задание, то есть задание то у всех одно, самый сложный испытуемый. Ну, почему мне так не везет?» – с горечью думала Мэла.
– Если все уже готовы, – с нажимом на слове «все», проговорила Херинг – позвольте мне продолжить. Итак: чтобы стать ведьмой, вы должны совершить пять ритуалов, которые задокументирует ваш помощник. Положительная сторона – помощника вы выбираете сами, отрицательная – подкуп помощника в любом виде запрещен! Ясно вам! С помощниками будет отдельный разговор, а вас, ведьм, за подкуп, ждет исключение из общины с правом никогда больше не возвращаться на гору и никогда не видеть своей семьи. Простое правило, не так ли? Надеюсь, все его уяснили. Вернемся к ритуалам.
Первый: Приворот – Любовный, конечно! не к вам, а к любому другому человеку. Приворот к себе, наказывается.
Второй: Превращения – любые в любое, здесь вы можете проявить фантазию и свое извращенное чувство юмора, помните, что ваши испытуемые не совсем хорошо будут себя чувствовать после таких экспериментов. Так что, не переборщите!
Третий: Средство от приворота – отворотное зелье.
Четвертый: Погубить – значит, смерть.
Пятый: Оживить – значит оживить.
Все это делается на одном испытуемом, ни в коем случае не привлекая его родственников, друзей, зверей, дабы сохранить вашу истинную сущность в тайне. А сейчас, вы получите имя вашего испытуемого и привязку. Поясняю, привязка – это средство, которое поможет вам найти его сразу, как только вы попадете в место, его обитания, и, дает вам право всегда знать, где он находится. И будьте благодарны за нововведение, столетие назад ведьмы сами искали пути к испытуемому, на что порой тратилось слишком, много времени.