Чтение онлайн

Оказалось, что в пистолете сломан ударник, и он не захотел выдвигать обвинений против своей жены.

12 февраля 1996 г.

Гаю Хильду

5-я улица, 255 E

Цинциннати, Огайо

Уважаемый Гай,

Прокручивая в уме наш недавний разговор, я допустил ошибку, сказав, что на момент заполнения свидетельства о браке не знал, что у Данте есть дети. Она с самого начала рассказывала мне о дочери, о своём первом и последнем браке. Как я понял, она была замужем дважды: сначала за Джо Хоффером, а потом за Дэвидом Бриттеоном. Она рассказала мне, что у неё есть дочь Шон, и что Шон замужем, однако скрыла от меня, что у неё есть и внуки, потому что ей не нравится, чтобы её считали бабушкой.

В конце концов я узнал и о внуках, но поначалу она умолчала об этом, а не о том, что у неё есть дети.

Другие несоответствия в её биографии я уже перечислил в ходе нашей первой встречи. На этой неделе я снова попытался донести до неё, что ради её же блага встретиться с вами и обговорить размер отступных. Она по-прежнему сопротивляется, по-видимому, по совету от двух своих подруг-адвокатов.

Я хотел бы приступить к подаче иска как можно скорее и очень хотел бы оформить судебный приказ, о котором говорил ранее, а также хотел бы увидеть уведомление о выселении и судебный приказ, чтобы она не приближалась ни к моему дому, ни ко мне.

Как мы уже обсуждали, я не знаю, есть ли у меня какие-либо основания поддерживать эти просьбы или нет.

Я, конечно, продолжаю чувствовать угрозу, хотя в данный момент она сменила тактику и ведёт себя подчёркнуто сдержанно, когда я дома или разговариваю с ней по телефону. Пожалуйста, дайте мне знать, что делать дальше.

Большое спасибо за внимание,

Дэррил Дж. Суториус, доктор медицины

ДИСПЕТЧЕР: Служба экстренной помощи 911.

АБОНЕНТ: Я работаю с Дэррилом Суториусом, он врач. Я звонил ему на пейджер. И… э-э-э… боюсь, с ним что-то случилось, потому что это на него не похоже — не отвечать на пейджер.

ДИСПЕТЧЕР: Вы звонили ему домой?

АБОНЕНТ: Нет, дома у него не всё гладко.

ДИСПЕТЧЕР: Где он живёт?

АБОНЕНТ: 9014 Симмзкрик-роуд, Лавленд, Огайо. Прошлой ночью он не ответил на сообщение из больницы, а это было срочно. Я ему сегодня утром продублировал на автоответчик.

ДИСПЕТЧЕР: Ясно. 9014 Симмзкрик — такого адреса нет. У вас есть какой-то другой его адрес?

АБОНЕНТ: Это его адрес. Хм… Могу дать вам номер его телефона, это 538-5556.

ДИСПЕТЧЕР: Когда с ним в последний раз кто-нибудь разговаривал?

АБОНЕНТ: Не знаю. Я видел его в пятницу. Не знаю, видел ли его кто-нибудь в выходные или нет. Он не отвечает ни на какие экстренные сообщения на пейджер. Наверное, с ним что-то случилось. Обычно он всегда отвечает на пейджер. У него были экстренные сообщения.

В выходные 16 февраля в Цинциннати шёл ужасный мокрый снег и ледяная буря, а к утру понедельника, в День президентов, Данте не выходила из своей комнаты, чувствуя себя больной и всеми покинутой. В течение двух дней она накачивала себя сильными лекарствами, отпускаемыми по рецепту, а, когда говорила, у неё кружилась голова. Она почти утратила связь с реальностью. В субботу они с Никки собирались на вечеринку Марди Гра в Маунт-Адамс, но она позвонила и отменила встречу, сказав Никки, что ждёт звонка от Дэррила. В воскресенье она весь день была настолько сонной и вялой, что даже не было сил немного пройтись и повидать Бет.

Было ровно 9:38 утра 19 февраля 1996 года, когда капрал Грег Хубер получил радиограмму от офис-менеджера доктора Дэррила Суториуса. Хубер позвонил и поговорил с взволнованным сотрудником, который не мог правильно назвать адрес врача. Офицер полиции ввёл автомобильный номер машины Дэррила Суториуса на своем мобильном терминале и выяснил, что чёрный четырёхдверный "Ягуар" хирурга зарегистрирован по адресу его офиса. Хуберу пришлось проехать сквозь весь Симмз-Крик, прежде чем сложил

в уме два и два. Наконец он заметил чёрный "Ягуар", стоявший на подъездной дорожке дома 9014 по Симмз-ридж — одной из многих почти одинаковых улиц, начинающихся с приставки "Симмз-". В этом районе, похожем на открытку, день выдался довольно скучным, поэтому Хуберу пришлось ехать туда с начальником, сержантом Зеллнером.

Когда они приблизились к дому, капрал Хубер быстро огляделся, нет ли снаружи каких-либо признаков жизни, но их не было: ни разбитых окон, ничего необычного, что могло бы привлечь его внимание. Когда сержант Зеллнер приветствовал Данте у входной двери, женщина, казалось, была немного озадачена его появлением. Она выглядывала в щель на полицейских, не открывая дверь до конца, и крепко прижимала к себе маленькую собачку Тедди.

— Вы миссис Суториус? — спросил Хубер.

— Да.

— Доктор Суториус дома?

— Нет.

— Вы уверены? — поинтересовался Хубер. — Вы уверены, что он не приходил поздно вечером? Возможно, он вошёл, а вы его не слышали?

— Я правда его не слышала. Его здесь нет; я бы услышала, если бы он вошёл.

— Хорошо, не могли бы вы перепроверить и убедиться, что его нет дома? Потому что сегодня утром нам позвонили. В его офисе беспокоятся, что он не отвечает на пейджер, а сегодня не появился на работе.

— Ну, вряд ли он здесь. Я сама отправляла ему сообщения на пейджер.

— Вы не могли бы проверить в гараже, стоит там ли его машина?

Данте кивнула и отошла от двери, позволив холодному сквозняку дуть в дом, пока офицеры стояли рядом. Через несколько минут она вернулась и сообщила, что машина Дэррила стоит в гараже. Она не понимает, что это вообще значит.

— Вы заглядывали в машину? — спросил Зеллнер. – Вы её щупали – она горячая?

— Нет.

— Разрешите нам проверить машину, тёплая ли она, — попросил Хубер. – Мы посмотрим, пользовался ли он ей недавно? Его мог подвезти на работу кто-то другой.

Данте на мгновение заколебалась. Она казалась рассеянной, как в тумане, как будто её разбудили.

Теперь ей хотелось знать, где её муж. Она впустила полицейских, провела их через фойе и прачечную в гараж.

Пока полицейские перелезали через кучи коробок и клюшек для гольфа, чтобы добраться до "Лексуса" доктора, Данте обежала дом в поисках Дэррила. Через несколько секунд они услышали откуда-то слабый крик, и оба вбежали обратно в дом, зовя её, но миссис Суториус не отвечала.

У лестницы в подвал бывалые служители закона столкнулись с неприятным запахом, который чувствовали раньше. Он был похож на запах гниющего мяса. Они поняли, что там внизу лежит труп и уже довольно давно. И когда они завернули за угол лестничного пролёта, то увидели Дэррила Суториуса, лежащего на диване. Рядом с его головой на полу лежал револьвер. Вокруг было много крови.

Миссис Суториус стояла над телом, скрестив руки на груди, как будто молилась. Она слегка склонилась над Дэррилом и была чрезвычайно расстроена.

— Что с ним? — кричала она. – Разбудите его!

Далее всё происходило, как в замедленной съёмке. Полицейские оттащили Данте от тела. Казалось, она не понимала, что муж лежит в луже крови; она думала, что его вырвало на самого себя. Она думала, что Дэррилу плохо, и продолжала кричать, чтобы муж проснулся.

— Ты злишься на меня, Дэррил? – спрашивала она. — Почему ты мне не отвечаешь?

Данте отвели наверх, где она быстро набрала номер Бет и закричала:

— Помогите мне, кто-нибудь, помогите мне! — но слишком быстро повесила трубку.

Бет потребовалось некоторое время, чтобы понять, что это Данте, но когда она поняла, то прибежала по морозу, даже не потрудившись переобуться.

Пока Хубер связывался с диспетчером, чтобы сообщить, что Суториуса нашли мёртвым, и что тут огнестрел, Данте расхаживала по кухне, изо всех сил прижимая к себе Тедди. К тому времени, когда прибежала Бет, Данте сильно плакала и не выпускала собаку из рук. Бет не удавалось по-нормальному расспросить подругу о произошедшем.