Сердце Крима
Шрифт:
Добираясь до окраины города, Метзон решил проехать мимо дома сестёр Бертли. Девид надеялся, что Алисса вернулась домой. Пока он ехал до дома сестёр, на пути ему встретился караван военной техники и несколько гражданских машин. Люди постепенно самостоятельно эвакуировались из города, а некоторые упрямо оставались в центре событий. Пока эвакуация не стала принуждённой, Девид мог свободно, но с осторожностью, разъезжать по улицам города.
Остановившись около дома сестёр Бертли, Девид посмотрел вверх на их этаж, свет не горел, окна плотно закрыты шторами — это не о чём не говорило. Для полного убеждения, юноша решил подняться на этаж и своими глазами увидеть, что в квартире никого нет.
Через пару минут с опустошением и разочарованием, Девид вышел из подъезда сестёр
Выйдя из подъезда во двор, юноша почувствовал морозную прохладу. Быстро похолодало. Вздрогнув от холода, Девид быстро привёл в чувства свои мысли, но они были прерваны рёвом моторов, выстрелами, взрывами снарядов и шипением зверя. Из-за крыш домов появился силуэт Скарлин, а за ней её преследователи: два военных вертолёта с прожекторами и кучка наземных машин с пушками и автоматами. Военные пытались поймать Скарлин живой: невредимой или раненой. Зверь ловко уворачивался от сетей, ловушек и капканов. Даже пули и стрелы со снотворным отскакивали от тела животного, казалось, что её шкура не пробиваема. Скарлин сравнялась интеллектом с Волка, она знала все манёвры и ходы военных.
Нападая на Скарлин, военные подписали себе смертельный приговор. Защищаясь от врагов, зверь одновременно стал нападать на них. Всё вернулось на прежние места. Скарлин нападала на военных людей, и тех никто не мог защитить. Скоростью, ловкостью, проворством и яростью, Скарлин могла сравниться только с одним зверем… с Волком, который являлся ей противником, равным по силе.
Скарлин набросилась на нескольких солдат, они пытались защититься и одновременно вызвать подкрепление. Внезапно зверь остановился на полпути и по её нервному и недовольному виду было видно, что она это сделала против своей воли. Она почувствовала присутствие чего-то иного, что заставило её остановить атаку и нападение. Скарлин изо всех сил старалась не обращать внимания на чужака, инстинкт вражды брал над ней вверх. Всё внимание, она переключила на врага. На заснеженную землю опустился огромный силуэт окрылённого зверя, и стал единственной мишенью для расплаты другого зверя.
Не думая, Волк и Скарлин вцепились друг в друга. В своём сражении они разламывали и крушили всё на своём пути. Воспользовавшись паузой, военные и солдаты приготовились к масштабному нападению и манёвру. Когда подоспело подкрепление, военные решили атаковать зверей из снарядов содержащих золото и серебро — это губительно для неизведанных хищников.
Пользуясь невнимательностью зверей, военные решили усилить силу атаки одного из хищников, иными словами стать на время союзником для него. В сражении ни Скарлин ни Волк не заметят присутствия военной техники. Военные решили стрелять в Скарлин, чтобы уменьшить её активность и пыл, это даст огромное преимущество Волку, который ослабит её иммунитет. Хищники боролись на смерть, а это не входило в план военных. Когда Скарлин не будет способна сражаться, а Волк на половину потеряет свою силу, то военные переведут весь огонь на крылатого зверя и ослабят его желание сражаться. У военных и солдат по-прежнему оставалась цель: привести хищников в лабораторию живыми: целыми или раненными. Но гарантии нет, что после этого военного манёвра кто-то из зверей выживет.
Военные начали атаковать Скарлин, и в неё полетели снаряды, пули и стрелы. Полуживотное-полуптица не могла одновременно сражаться с Волком и оборонятся-уворачиваться от снарядов и пуль. Несколько снарядов удачно попало в зверя и зарвалось. На её теле появились первые, свежие раны. В раненного хищника снова полетели снаряды и пули. Тело животного превратилось в кровавое месиво над которым нависал величественный силуэт Волка. Окрылённый волк почувствовал своё могущество и силу над противником и швырнул его в сторону. Скарлин полетела на уличный экран, разбила его и упала на снег. Военные и солдаты не переставали атаковать её. Она понимала, что больше не сможет сражаться — её бой проигран, Скарлин попыталась
подняться и скрыться, но сил уже не оставалось.Везде раздавались взрывы и всплески света от снарядов. Среди шума войны, Волк уловил еле слышный писк умирающей Скарлин. Окрылённый зверь огляделся и увидел, что вокруг него военные люди и военные машины. Вся волна взрывов была направлена на раненное, умирающее животное. Волка охватила ярость и злоба, он распахнул крылья и во всю свою глотку зарычал. Его рёв имел огромную силу и мощь, что даже смог перекрыть собой звуки взрывов. Вокруг от зверя задрожали стены домов, машины заскрипели, люди пороняли свои оружия и не смогли удержать их в руках. Своим царским рёвом, хищник показал, что он главный и не нуждается ни в чей либо помощи.
Всё стихло. Военные приходили в себя и готовились к следующей атаке. «Атакуйте Волка!» «Ловите Скарлин» — раздался приказ командира. Все военные и солдаты сразу стали действовать.
Теперь военные машины стали атаковать окрылённого зверя, а другие пытались поймать Скарлин, она нашла в себе силы, чтобы откусывать стальные петли и верёвки. Волк снова зарычал, оскалив свои большие клыки и помчался к противнику. Зверь снёс всё на своём пути, перевернул несколько машин, которые усердно пытались зацепить стальными тросами Скарлин, разогнал людей, пытающиеся её схватить. Всю волну снарядов и атак, окрылённый зверь взял на себя, ради того, чтобы хищник-птица смогла убежать и скрыться. Скарлин смогла спастись. Волк сражался, боролся, бился до последнего, но в конце был пойман в железные и стальные тросы с токовым зарядом.
Скарлин забралась в дом. Чувство боли, слабости и страха, вывело её из собственного разума. Она не знала себе места от неприятных ощущений, от открытых ран, от шрапнели и осколков внутри тела. Поднимаясь выше на этажи, она крушила всё на своём пути: царапала стены, выдёргивала провода, вытащила наружу с корнями лифт, разломила лестницы и перила. Ей было очень больно, и она не знала, как успокоить своё ноющее тело. Она боялась… боялась, что умрёт. Поднявшись выше, Скарлин стала чувствовать холод на своей спине и ещё сильнее пала в панику и страх перед смертью, её ярость спала. Она с трудом поднялась на этаж выше и поползла к двери, оставляя от себя чёткий след свежей крови.
Добравшись до двери, Скарлин услышала щелчок замка. Дверь открылась и в проёме появились две пары крепких рук, которые втащили зверя внутрь. Почувствовав себя в безопасности, Скарлин из зверя превратилась в девушку, истекающую кровью.
— Она сильно ранена. — произнёс высокий человек, красивым голосом. — Я принесу инструменты, а ты перенеси её на постель. Только аккуратно.
— Хорошо… аккуратно. — сказал другой тёмный человек.
Он взял хрупкое тело девушки в свои крепкие, накаченные руки и понёс в спальню. Человек положил её на постель. Девушка всхлипнула от боли.
— Ты не понимаешь слова «аккуратно»? — с каплей недовольства произнёс первый человек и вошёл в комнату, с собой он принёс инструменты, блюдца и полотенца.
— Я понимаю. Просто она сильно ранена. — сказал тёмный человек и, опустившись к девушке, тихо, умоляюще произнёс ей: — Робин… Ты держись. Это пустяк, это не повод, чтобы отчаиваться и умирать. Держись, Робин, всё хорошо.
Около постели Робин Бертли стояли два высоких человека под два метра роста с широкими плечами и прямыми спинами. Но они не были полностью похожи на людей у них были кошачьи уши и длинные хвосты. На каждом из них была маска, скрывающая пол-лица.
— Валлер, будешь мне помогать. — сказал высокий, тёмный человек.
Он напоминал большого, мускулистого человека в облегающем, чёрном костюме из короткошёрстого глянцевого меха. Второй, Валлер, отличался от первого, он был тоже в чёрном коротком мехе, но конечности и хвост переливались в белый цвет.
— Хорошо, только аккуратно. — предупредил того Валлер.
— Я должен был защитить её… Должен был!
— Это не законно! То есть, я хочу сказать, мы не имеем право вмешиваться в другую культуру без приказа нашего повелителя. — растерянно сказал Валлер. — Всё же, это другой мир. Здесь свои правила и законы. Мы не имеем право вмешиваться.