Сердце Хаоса
Шрифт:
– А? Что... как...
– несмотря на слезы, щеки Вельки снова зарделись, совсем как раньше.
'Это хорошо', - подумал Кальвин, - 'хорошо, что ты еще открыта простым чувствам'.
– Шучу, я понимаю, что этот трудоголик, этот самонадеянный король, который возомнил о себе невесть что и теперь пытается в одиночку спасти этот глупый мир, нравится тебе больше меня.
– Прости, Кальвин, я не должна была...
– она отстранилась окончательно. 'А она повзрослела', - про себя отметил он. Действительно повзрослела и стала еще симпатичнее.
– Не волнуйся, потому что я тоже как раз собирался отправиться на поиски Сая. Я обязательно что-нибудь придумаю.
–
– Два дня...
– Кальвин задумчиво потер подбородок, - ну, что-нибудь решим.
– Ты не оставишь его?
– Оставить? Да я хочу спасти его и вытрясти из него всю эту дурь. К тому же...
– Кальвин скрестил руки на груди и произнес нейтральным тоном, - как я могу бросить его, когда так и не успел рассказать свой прекрасный план?
– План?
– Да-да, просто замечательный план, так что, Велька, давай постараемся и сделаем все, на что способны. В одиночку мне не справиться. Нужно будет убедить остальных помочь нам.
– Давай, - она неуверенно кивнула. Кальвин заметил, что Йон все еще наблюдает за ними. Ну и пусть. Даже если он слышал, возможно, его помощь тоже могла бы пригодиться.
– Но... тут есть одна сложность.
– Сложность, Кальвин?
– словно эхо повторила девушка.
– А... ну ты видела, моя госпожа... то есть, я хотел сказать, Гвен так просто не отпустит меня. Так что наша с тобой первая задача - убедить ее!
– с энтузиазмом закончил Кальвин. На сей раз он смог вздохнуть свободнее - во взгляде Вельки появился отблеск надежды. Да, этого достаточно, если он сумел хотя бы осушить эти слезы. Даже большой путь начинается с маленького крохотного шага. 'Так что... жди меня, Сай'.
– Кальвин, я рада, что смогла помочь тебе тогда...
– А?
– он очнулся от своих размышлений, повернувшись к Вельке, которая шла рядом.
– Помогла?
– Ничего, главное, что сейчас с тобой все в порядке, - произнесла она такую странную фразу. Но у Кальвина не было времени, чтобы ее обдумать. Они как раз подошли к домику Мэй Као. Кальвин уже заготовил фразу извинения перед Гвен.
– Прошу прощения за опоздание, - начал было он, но сцена перед глазами заставила его замолчать. На полянке, усаженной ирисами, расположились несколько человек. Среди них были Ренье, Розетта с детьми и кое-кто из офицеров. Все они сидели прямо на земле, перед наглухо запертой дверью домика, чего при Кальвине еще ни разу не было. На лицах присутствующих читалась некоторая растерянность. И в это время изнутри донесся громкий яростный крик, в котором Кальвин узнал голос Мэй Као.
– Да где это видано, чтобы так нарушать правила Кодекса? Как я могу так опозорить семью? Пригласить гостей в дом, где не подают чай?!!
– орал хозяин.
– Успокоитесь, дедушка, я уверен, этот никчемный слуга сейчас будет, - второй голос принадлежал, несомненно, Гвен.
– Если нет, я сама спущусь и вытрясу из него весь дух.
– Нет, сперва я угощу его моей палкой!
Кальвин поежился, на лицах всех присутствующих появилось сочувственное выражение.
– Ахахха, - вяло засмеялся он.
– Кажется, я снова оплошал.
Он уже собирался шагнуть навстречу своей судьбе, когда дверь резко распахнулась, и на пороге показалась Гвен. При виде выражения ее глаз Кальвин подумал, что зря так поторопился.
– Живо внутрь, дедушка желает тебя видеть, - приказала она.
'И все? Ни вееров по шее, ни толчка кулаком в бок, странно', - подумал Кальвин, но счел за благо скорее просеменить в дом.
– Неблагодарный ученик! Как смеешь ты так
позорить меня, главу этого дома? Гости вынуждены сидеть на голой земле, ожидая, пока я приглашу их на чай!'И чья же здесь вина?' - подумал Кальвин. Но чай был камнем преткновения дедушки Гвен, и поэтому такая ситуация вполне могла случиться.
– Да-да, простите, больше не повторится, - Кальвин упал на колени, сложив ладони и склонив голову, - сейчас все будет готово.
Под грозные крики дедушки и взмахи его не менее внушительного посоха Кальвин летал по комнатке, заваривая чай в нескольких чайниках одновременно, так как большого, чтобы хватило на всех гостей, не нашлось. Наконец все было готово.
– Прошу вас, - Кальвин протянул чашку чая, заваренного по всем правилам и разлитого с точной церемониальностью Мэй Као.
С насупленными бровями тот сделал небольшой глоток. Палка была отложена в сторону, а лицо разгладилось.
– Все еще чего-то не хватает, но очень неплохо для ученика. А теперь...
– он отставил чашку, поднявшись, - пора приветствовать наших гостей.
'Вот старый дурак', - подумал Кальвин, - ' не ты ли выгнал их всех полчаса назад?'
– Приветствую дорогих гостей с Юга в моем скромной жилище!
– нараспев провозгласил хозяин, сложив руки за спиной и почти коснувшись головой колен. Выражение растерянности на лицах Ренье и остальных только усилилось. Но на сей раз Гвен пришла на помощь.
– Дедушка, эти люди, как вы заметили, пришли сюда из южных стран, поэтому не знакомы с обычаями нашей страны. Позвольте им просто пройти в дом и приветствовать вас как умеют.
– А... конечно-конечно, - старик просиял, и Кальвин вздохнул с облечением, явно как и все остальные.
Наконец все удобно расположились на подушках, сев в круг. Комната сразу стала какой-то маленькой. Однако для Кальвина все только началось. Пока Ренье рассказывал о недавних событиях в Приоре, Аше и Тааре, Кальвин был усиленно занят тем, что подливал и вновь заваривал чай. Лишь когда последняя чашка была отставлена в сторону, Мэй Као добродушно пригласил его присоединиться.
Кальвин оглянулся на Вельку, которая сидела у стены и почти не притронулась к своей чашке. Гвен в уголке была занята тем, что перебирала побеги папоротника.
Все уже были представлены друг другу. Мэй Као явно впечатлили образованность Розетты и ум и простота Ренье, которого он похвалил, сказав, что молодость мудрости не помеха. По очереди хозяин задал какие-то незначительные вопросы каждому из офицеров. А Велька... он лишь взглянул в ее сторону и слегка улыбнулся. Слышал ли он хотя бы одно слово из того страшного рассказа, который только что окончил Ренье? Рассказа, в котором Кальвин хотя и не упоминался, но принял участие, будучи едва ли не главным виновником. Разумеется, Мэй Као это все было известно. Кальвину пришлось рассказать ему все до мельчайших подробностей. Все, кроме того, что произошло на Древе между ним и Саем.
– Ууу, - наконец кивнул хозяин дома, когда рассказ был закончен.
– Ирисы этой осенью чрезвычайно обильно цветут, хотя всем известно, что ирисам не время осенью. Период их цветения - весна и лето.
– Дедушка...
– откашлялась Гвен. Даже ей показалось это странным.
– Прошу меня простить, - подал голос Ренье, переглянувшись с Розеттой, ворковавшей с детьми, - но я хотел бы услышать ваш ответ.
– Мой ответ?
– глаза Мэй Као сфокусировались на Ренье, как будто он только что узнал о его существовании.
– А, да, как я уже говорил... если ирисы цветут на этой горе, то здесь найдется место и для ромашек.