Семь ступеней в полной темноте
Шрифт:
Арон с удовольствием уделил внимание всем частям ее тела. Помня, как вздрагивала от этого Сольвейг, он делал дело нарочито плавно, с нежностью. От чего щеки девы заметно порозовели, а дыхание участилось.
Закончив с омовением тела, кузнец просушил полотенцем ее светлые волосы и усадил на пол возле постели. Аделина охотно повиновалась. Усевшись позади нее, он деловито расчесал гребнем еще влажные пряди. Бедная валькирия сидела чуть дыша, млея от каждого его прикосновения. Руки кузнеца и впрямь были так нежны…. Неспешными уверенными движениями, кузнец сплел из ровных толстых волос Аделины отличную плотную косу. Незаметно стянув все
Сольвейг с нескрываемым удовольствием, то и дело, заглядывала в лицо старшей сестры. Такого рода внимание со стороны мужчины, для ее сестры было в новинку. Не смотря на солидный возраст и жизненный опыт, она все сильнее смущалась…. Внимание и ласка с трудом укладывались в ее воинственном сознании. Но, совершенно оробев, она не смела отказаться.
На теле Аделины кроме легкой туники ничего больше не было. Все остальное, вместе с доспехами было свалено в кучу у двери. Арона присел на колено, и подобрал кусочек светлой, тонко выделанной кожи с тесемками. У женщин этого рода — племени, она служила практичным и прочным нижним бельем.
Поглядывая на реакцию Аделины, он присел перед ней. Положив руки сначала на колени, кузнец не слишком быстро провел вверх, по ее сильным бедрам. Затянув тонкие тесемки одну за другой, он надежно закрепил сей предмет на ее интимном месте.
Поцеловав напоследок, руку обомлевшей в конец Аделины, он тихо спросил:
— Тебе помочь с доспехами?
— Нет — неуверенно улыбнулась она — я пойду налегке.
Окинув взглядом сестру, а затем Арона, Аделина больше ничего не сказала. Поджав губы, она надела сандалии, сгребла свои вещи в кучу, и повесив на меч в ножнах, взвалила все это себе на плечо. Откланявшись, Аделина выскользнула за дверь.
Заливаясь недобрым смехом, Сольвейг раскидала подушки по кровати. Ее нехитрый замысел вполне себе удался. Войдя в эти двери грозной воительницей, Аделина покинула покои кроткой и смущенной, словно девица, впервые испытавшее томление любви.
Пару часов спустя, подали завтрак. В обеденном зале присутствовали, как и прежде, королевская чета, Сольвейг с кузнецом, и все семеро сестер. Судя по их лицам, все что было нужно, они уже обсудили в семейном кругу. Что ж, оно и к лучшему.
— Я так понимаю… вопросы излишни? — прервал неловкую тишину Ангус.
Он обращался не к Арону, а к сидящей по левую руку от него Аделине. Она задумчиво ковырялась вилкой в своем блюде, с явным безразличием в лице.
— Да, просто отозвалась она. Начало положено.
Отец критично оглядел старшую дочь. Она была не в доспехах, а в плотной светлой тунике с кожаными вставками и широким поясом, на котором неизменно красовались ножны с клинком. Лицо ее было… безмятежным, что по отношению к Аделине в принципе было неприменимо. Ее неизменное кредо в виде боевого настроя и бескомпромиссной целеустремленности, дало глубокую трещину. Король поднял руку и стал загибать пальцы. Потом, взглянул на кузнеца в недоумении:
— Ты сломил мою дочь за каких-то несколько часов! Что ты с ними делаешь, Арон?!
— Это загадка — развел тот руками — Мы лишь слегка сняли напряжение, между нами.
— Мы? — недопонял любящий отец.
— Она сама изъявила желание — взяла слово Сольвейг — Вчера мы с сестрами выпили немного вина, мило пообщались. И, Аделина, на правах старшей сестры, предложила помочь моему возлюбленному
с решением. Раскрепостить немного. Люди, они ведь, такие скованные в подобных вопросах….— И как? — улыбнулась королева мать — Раскрепостили?
— Более чем… — согласился Арон заметно краснея.
— Так что же с тобой случилось, дочь моя — снова задался вопросом Король Ангус.
Аделина отодвинула от себя тарелку и звучно встала, скрипнув стулом. Вероятно, она хотела сказать нечто совершенно другое, но, глубоко вздохнув, передумала. Вместо этого сестра, чуть подумав, ответила спокойно:
— Ничего. И с волей моей все в порядке. Думаю, просто… пришло мое время, отец.
— Что ж, — Ангус задумчиво потер бороду кулаком — значит не зря мы все это затеяли.
Аделина, склонив голову, опустилась на свое место и продолжила прерванную трапезу. Но, все же, слегка покраснела.
Королева, не сводила с Арона любопытного взгляда. Ее словно что-то подогревало изнутри. Было совершенно очевидно, что Гуда давно созрела для того, чтобы стать бабушкой, и, одного внука ей явно было недостаточно. По лицу Ангуса тоже гуляла еле заметная, насмешливая улыбка. Его здорово забавляла мысль о том, что его буйные дочери вскоре изменятся. А в этом он уже не сомневался. И какие именно метаморфозы и с кем из них произойдут, он мог только гадать. Дело осталось за малым: чтобы кузнецу хватило сил и терпения на каждую из них. Ведь девочки полны сюрпризов. Он то уж точно это знал.
Глава 30
Следующая неделя жизни, Арона пролетела как один день. Он едва успевал отдохнуть и восстановиться от одной из сестер, как внимания его уже требовала другая. Арон позднее благодарил судьбу, за то, что дочерей у короля было всего восемь. Надо сказать, что несмотря на свою внешнюю потерянность, Аделина, все же довольно красочно описала сестрам все и в подробностях. Женщины, видимо везде одинаковы. Ну и интерес к Арону, со стороны сестричек, с этого момента значительно подрос. Впрочем, не у всех.
Сестры, за исключением Сольвейг и Аделины, в основном, не жили во дворце. Каждая из них занимала свою должность при дворе и курировала строго определённые вопросы. Вроде министров различного хозяйства. А потому и жилища их были ближе к сфере так сказать, профессиональных интересов. Поэтому, Арон должен был каждое второе утро, ожидать сестер у фонтана, что в центре города. Так было справедливо. А там, каждая, из них уже решала, как именно они проведут эту ночь или сутки.
Катрин, пришла первой. Вторая по старшинству, после Аделины, была куда стройнее своей сестры, хоть и не уступала ростом. Заметно общительнее и легкомысленнее. Ее жилище располагалось на окраине города на вершине живописной скалы. Открытое всем ветрам, но, с восхитительным видом на город и окрестности. Попасть туда можно было только своим ходом, поэтому пришлось ей довериться. Катрин, без труда доставила гостя в свои чертоги.
Долгого разговора не случилось. Она вела себя как настоящая блудница. Соитие было бурным, энергичным, и, поистине незабываемым. После ярких возлияний, они проговорили ночь напролет, выпили добрый бочонок вина, и вдоволь навеселились. К исходу суток, она доставила его на землю. Едва Арон успел привести себя в порядок, настала очередь следующей сестры.
По логике вещей, должна была прийти Далия, но, на сколько он успел их запомнить — пришла Аста. Арон не стал задавать лишних вопросов.