Сдвиг
Шрифт:
– Откуда такая уверенность? – настороженно спросил Волосатый.
– Не знаю, если бы я верил в богов то сказал бы что вы отмечены каким-то благословением… Ничего с ними не случится… по крайней мере здесь.
Волосатый посмотрел на ассасина и тихо матернулся.
– Меня беспокоит будущее.
– Не думаю что у нас будет общее будущее, так что можешь не переживать за нас, - заметил мародер.
– Я тоже придерживался таких же мыслей какое-то время, но мне всё больше кажется, что разойтись нам не получится…
– У Диала бывают видения, - мрачно сказал Стилет, вмешиваясь в разговор, - в них он видит грядущее.
– И что же ты такое увидел? – удивился Волосатый.
– Смутные отрывки, предчувствия. Видения приходят ко мне неожиданно, и редко удаётся что-то понять из них. Но я уверен, что к нам приближается что-то ужасное, имея ввиду нас я говорю о всех присутствующих здесь и там, - ассасин кивнул в сторону таарских лагерей.
– Я даже чувствую иногда чьё-то присутствие рядом… Неприятное такое ощущение, скажу вам.
Даже в темноте легко читался, безграничный скепсис, написанный на лице Волосатого. Диал только тихо вздохнул, вся сложившаяся ситуация смущала его не меньше, чем мародера.
– Время покажет, - философски заметил ассасин.
Мародеров встретило на редкость ясное утро.
Когда все вышли из шатра и вдохнули ещё чуть морозный воздух утра, их уже ждали, чтобы проводить к месту испытания.
Костун долго всматривался в голубое небо прежде, чем ступить на землю Детт-Даарга, пока друзья за его спиной нервно рассматривали его противников.
Все воины племени Вако в отличии от большинства собратьев оказались рослыми и крупными, что некоторые легко бы сошли за берсерков. Параноик Аза сразу же озвучил эту мысль остальным. Но все посчитали, что его подозрения не имеют под собой никакой почвы, зеленокожие и правда считали соблюдение мистического ритуала очень важным, и известно это мародерам очень давно. Война Черепов имела столько легенд связанных со странным представлением зеленокожих о чести, что даже некоторые из них записаны в Летопись мародеров.
Не малое значение имело и то что, нигде не появились балахоны колдунов Красного Круга, хотя, по словам Аро-Хала без тех не обошлось. Должно быть, они не очень уютно чувствовали себя без магии в нескольких шагах от мародеров.
Схватка в Круге Смерти представляла из себя бой на ритуальных кинжалах, соперники обнажались по пояс, поэтому Костуну пришлось снять броню. Хоть та и была в данный момент бесполезна, всё же без неё любой мародер чувствовал себя неуютно.
Кинжал лежал в руке Костуна как влитой, ему не раз приходилось драться таким оружием, так что в собственных силах тот не сомневался.
Люди и таарцы все на нервах, только оргар казался спокойным как стадо талоских жрецов Чёрного Бога, он похоже не умел сомневаться в друзьях. Пенёк просто не понимал, что происходит и тихо гудел что-то себе под нос.
Костун имел вид мрачный, но уверенный, мародер и без брони стоил добрый десяток зеленокожих, другое дело что ему предстояло сразиться с отборным десятком.
Раздался оглушительный звон боевого рога – схватка в Круге Смерти началась…
– Демон меня побери, да это же Детт-Даарг! – воскликнул Волосатый, безуспешно пытаясь рассмотреть в огромной толпе, что происходит в самом её центре, где находились мародеры. – Они участвуют в их грёбанном ритуале.
– Что за ритуал? – спросил
Стилет.– Хур упоминал о нём вскользь. Что он из себя представляют я не знаю, но явно, что-то очень неприятное.
– Зачем им это понадобилось, не проще просто убить? – недоумевал Стилет.
– Хвала богам, что не проще…
– Судя по воплям этих варваров, происходящее им не слишком-то нравится.
От огромного скопления зеленокожих и вправду раздались возмущённые и гневные крики.
– Проклятье, - прошептал Волосатый, - они не уйдут оттуда живыми, даже если и пройдут это испытание Детт-Даарга. Колдуны ни за что их не отпустят, они слишком хорошо знают, как ненавидят нас Баалы, за голову любого мародера дают много серебра.
– Не знал, что вы так популярны, - усмехнулся Стилет.
– Надо как-то вмешаться…
– У нас нет никаких шансов.
– Я не могу сидеть здесь и смотреть, как мои друзья погибают. Я иду туда.
Волосатый и правда пошёл в сторону Круга Смерти, но Диал остановил его окликом:
– Постой! Что-то изменилось…
Когда действие маяка блокировки полностью сошло на нет, поняли это не сразу, а спустя несколько минут.
Улитка сделал это открытие первым, с напряжением наблюдая за тем, как сражается Костун, он незаметно для себя активировал атакующие заклятия, энергетические контуры брони стали переливаться электрическими сполохами, свидетельствуя о том, что мета-потоки пришли в норму.
Заметив это, мародеры оживились, воспарив духом. Атакующие заклятья буквально повисли в воздухе, чтобы если произойдёт что-то непредвиденное, сорваться и уничтожить всё в радиусе нескольких километров.
Костун всего этого в горячке боя не заметил, седьмой воин Вако заставлял его изрядно потеть, пытаясь поймать его на ошибке, которые он уже начал совершать от усталости.
Мародер внезапно оступился и получил такой удар, что посыпались искры из глаз, кинжал промелькнул в миллиметре от него, на автомате Костун смог уйти от последующих выпадов, а когда полностью пришёл в себя, дремавшая до сих пор ярость проснулась, и ещё один противник рухнул замертво.
По Детт-Дааргу прокатился очередной возмущённый вопль.
Ненависть, которая исходила от зеленокожих, казалась почти ощутимой.
Костун продолжал драться, не видя ничего кроме соперника, кровь уже стала заливать ему глаза, и мародеру казалось, что он дерётся в багровом тумане, не сказать, что это было не привычно. Это безумие знакомо каждому кто участвовал в Войне Черепов. Просто Костуну казалось, что погибнет он не так, только не в этом кровавом мареве.
Мародер вспомнил богов и как это ни странно, но впервые они откликнулись.
Усталость стремительно проходила, казалось даже, что раны стали затягиваться. Живительная энергия входила в него, и он это чувствовал. Это потрясающее чувство, не сравнимое ни с чем, до самого конца испытания Круга Смерти, не отпускало его и на секунду.
Последний противник пал.
Поднялся жуткий вой. Зеленокожие не верили в то, что видели собственными глазами. Костун и сам находился в полном замешательстве.
Мародеры же ждали атаки, готовые уничтожить всё, что движется вокруг себя, если хоть один таарец сделает шаг в их сторону. Они сбились в кучку, прикрывая спины друг друга, посреди моря врагов жаждущих их крови.