Сделай, что должен
Шрифт:
Вот так Иван получил своё очередное звание, между первым и вторым был промежуток всего в четверть часа. В приказе на новое звание, не указывалось, что это звание Ивану присвоено за личную преданность не родине и партии, а генералу. Что касается приказа, то там стояло «…образцовое исполнение приказа и опережающее все сроки исполнение…». Генерал решил щёлкнуть по носу тех, кто сидит над ним. Наших бьют, а реакции нет? Это не хорошо! Значит, пришло время напомнить о взаимных обязательствах. Отношения, это всегда двери с движением в две стороны. Будьте любезны помнить об этом, товарищи!
Документы на утверждение звания улетели, а ближе к вечеру в порт вошли три самоходные баржи с бойцами переменного состава батальона,
Лично для Ивана главным было то, что с каждой из трёх барж пришедших в порт, отремонтированная баржа получила людей и могла вместе с остальными баржами каравана уйти из порта. Ивану подписали акт ремонта и приёма передачи груза в виде металлолома из этого порта в будущее место следование баржи. Отметили, что с данным грузом на тихой воде в порту баржа простояла целую декаду, ожидая выхода в море. Документ ушел в канцелярию гарнизона порта, а Иван, загрузив товарищей Новикова и Старикова, повёз их на оборону перевала. Личный приказ генерала, однако.
Главное правило для начальника в любом деле, это или тяни всё сам, своими руками всё делай или не мешай своим специалистам делать это дело. Иван не мешал, поскольку, это единственно правильный подход к работе, поскольку он верный. Обязанность любого начальника указать, проверить, как задачу уяснили и отвалить, чтобы не мешаться, а в конце проверить результат. Что касается прочего, то именно этим Иван и занимался, вёз особистов на линию обороны для неизгладимых впечатлений и проверки, кто они на самом деле. Конечно, мин для батальонного миномёта мало в наличии, но заставить немцев немного пострелять и одной мины иногда достаточно.
Иван проинструктировал проверяющих, что надо поспешать и не отсвечивать при переходе от перевала к холму. Расчёту миномёта Иван молча знаками показал, что надо будет стрельнуть в немцев одну мину и желательно по цели. Момент выстрела он укажет. И указал, но неудачно. Практически сразу спустившись в траншею, Иван прошел на КП. Известно, что под грохот взрывов лучше всего идёт беседа и анализ изменений, что произошли в видимой части мест занятых заклятым противником. Для проверяющих, это хорошая возможность увидеть условия, в которых идёт служба на передке. Когда на передке стоит тишина, то в штабах начинается шевеление мысли, аж свербит: «Не братание ли там началось?» Вроде сами большевики эту форму боя придумали, но странным образом они категорически были против такого события на «своём» фронте. Диалектика!
Тишины здесь практически не бывает. Наблюдатели и все местные корректировщики вполне активно отрабатывают свой хлеб воина на обороне перевала. Мины бросают не абы куда, а предварительно найдя позицию врага. После этого начинается шевеление и полёт мин. Судя по слишком затянувшемуся по времени обстрелу, цель накрыли не простую, а реально важную, возможно с жертвами. Значит, у Ивана не получается план с проверяющими. Было желание привезти их на передок, передать командиру опорного пункта на холме, а самому быстро умотать отсюда. Но не срослось и не совсем всё состыковалось. Подождём! Точнее, проверим исправность моторов и оружие.
Проверка показала, что мысль не гонять моторесурс БА себя оправдывает, но профилактически есть смысл раз в декаду или две недели гонять технику в мастерскую. Качественно отремонтировать на берегу в порту можно, но на берегу всё
будет хорошо и даже отлично, а на перевале, где высота и холод, все прибрежные регулировки сразу поплывут. Выход один, ремонт и регулировка должна проводиться на перевале. Для этого придётся организовать палатку и отрыть траншею под машиной, это для маскировки от взгляда сверху. Иван был очень заинтересован поиметь взгляд сверху обороны перевала у порта и оборону немецкой стороны. Скорее всего, это возможно, раз в порт даже наблюдатели приехали и наступление планируют. Не мешает, значит, нам посмотреть на свою оборону сверху, чтобы знать, что враг там видит с высоты. Надо будет генерала попросить о такой аэросъёмке.Сговор за своей спиной Иван прочувствовал сразу. Проверяющие в категорической форме потребовали провести смену моряков на другое подразделение, сроком на две недели, а морякам дать отдых в тылу. Кто численно подходит? Естественно отряд из мастерской, вот его и следует рекомендовать на подмену. Прочие? Так прочие не имеют оружия и знаний местных реалий, их надо готовить. А мастерская, вон они, какие орлы! Иван сказал, что это без проблем. Поскольку краснофлотцам надо немного поправить физическую форму и усвоить некоторые новые тактические схемы поведения в бою. В общем, полигон и стрельбище в их распоряжении, как и строевая подготовка. Плац клёшем своим заодно подметут и в морской форме пофорсят. Кое – кто и медалями покрасуется. Это важно.
Хе – хе – хе! Занятия на полигоне и на стрельбище для моряков проводить будет группа инструкторов отряда лейтенанта Душегубова. Лейтенант и его парни душу вынут у морячков, впрочем, как и у всех прочих, кто прибыл в порт недавно. Сидение под обстрелом, как навык, отрабатывать можно начинать прямо сразу. Зачем тянуть неизбежное? Сортировку только надо провести на всех борзых и случайных или со статьёй. Поэтому, придётся морякам, немного подождать со своим желанием попасть в тыл. Вот обустроим тыл завтра, тогда и проведём ротацию сидельцев на холме. Если генерал так решит…
Набрать сотню бывалых военных оказалось достаточно сложно. По документам служивые все с приличным стажем, но интенданты и около тыловая публика. Проверить, что из себя представляет боец просто, если дать ему возможность по – пластунски проползти сотню метров, а потом вернуться назад, имитируя атаку на окоп противника под свист пуль и рикошеты. Жестковато стрелять в специальные ловушки, навстречу людям, но это надо. Пуля влетает в железный ящик и звенит там до своего успокоения, а тот, кто рядом, очень неравнодушно реагирует на такой звук. Можно по щитам из дерева пострелять под ухом у бойца, попугать немного. Обкатка танком, это для всех и скопом, нет времени на частности. Вот отберём элиту и нечто годное для настоящего боя, а прочие пойдут под нож. Не для них эта жизнь. Но шанс надо дать всем.
Отбор жёсткий. Что ты умеешь? Покажи! Бегать в атаку и колоть штыком, это не уменее, а вот сбить выстрелом ветку на ста метрах, это заслуживает внимание. Профессия есть? Покажи! Клоун? Отлично! Покажи! Покажи! Покажи…
Умельцы все, в сторону. Прочие все Ивану не интересны. Это типа второй сорт, затраты на них мизерные и такая же им ценность. Хороший человек, это не профессия, а медицинский диагноз. С ними тоже будут занятия, им тоже многое покажут и пояснят, шанс выжить и победить у них будет, но они пойдут первые, а вот умельцы если и пойдут, то последними, когда всё уже решится. Шанс выжить у них выше, но и ценность у них большая. Прочие отцы командиры могут думать иначе, но пока их нет, Иван и лейтенант думают, как считают нужным. Полторы сотни от шести сотен, это хороший результат. Они первыми идут на холм. Там места для такого количества людей есть в достатке, вот пусть и сидят. Научить их чему – то новому не реально. Их можно только переучить. Вот пусть сидят на холме и не мешаются.