Сделай, что должен
Шрифт:
Дело для Ивана было новое, поэтому он попросил капитана помочь ему, чтобы правильно указать ратные подвиги своих бойцов и себя лично. Главное было определиться с героическими поступками и особо числом убитых врагов. Понятно, что супостата жалеть нечего, что ранее завещал всем русским генералиссимус Суворов, но и особо лишнего указывать не стоит. Красная армия при таких чудо – богатырях, как отряд ефрейтора Ковалёва, пока вынуждена отступать перед Вермахтом. Значит, нужен баланс и здравый смысл. Вот этим благородным делом и предстояло заняться лично капитану госбезопасности. Иван дал полную раскладку по всем боям и делам, а вот что делал конкретно каждый боец отряда, это уже решит капитан. Главное, чтобы всем награда досталась.
Возможно, что Иван
Блицкриг в Белоруссии группы «Центр» и не такие быстрые и убедительные победы у групп «Север» и «Юг». Что спасало Вермахт от более жесткого отпора со стороны Красной армии, то это полное не знание на самом верху, где же на самом деле немцы и где РККА. Мадам бардака не владела происходящим, а точнее не желала знать о том, что на самом деле происходит. Как всегда, весь порядок у русских навели прусские. Из шестой армии в середине июля прислали пленного и карту. Именно по этой карте руководство страны, командование РККА и Государственный комитет обороны узнали точное положение войск на советско – германском фронте. Странно, но немцы более точно знали, куда продвинулись их части Вермахта на советской территории.
Конечно не точное, но вполне правильно указывающее очертание фронтов и продвижение Вермахта вглубь территории. Немцы в отличие от РККА точно знали соседей слева и справа. В отличие от Вермахта, непобедимая и легендарная РККА соседей знала на уровне дивизии, в лучшем случае. Например, девятнадцатая армия, отправленная до начала войны, так и не была собрана на месте определённом для её дислокации. Генерал Конев так и не смог собрать подчинённые ему дивизии, которые благополучно потерялись во вселенском бардаке ВОВ. Так это глубокий тыл и нет воздействия со стороны противника. Видимо, такой талант высоко ценился в РККА. Это к тому, что уже в октябре генерал Конев потерял не дивизии своей армии, а целые армии на своём фронте. Громадный талант! Прогресс налицо!
Вот так до самого Берлина в мае сорок пятого, не только терпели, но и поощряли Жукова и Конева. Правда за талант такого свойства и масштаба отвечали простые красноармейцы и младшие командиры. Жителям тоже пришлось не сладко. Только товарищам из политбюро, ЦК ВКП(б), Ставке и прочим управляющим и направляющим органам для талантов ничего не было жалко. Всего – то озвучено двадцать шесть миллионов! Что – то скрыли, а вот же результат хорош, Берлин сорок пятого. За много меньшее и Черчилль, и Рузвельт потеряли власть. Однако Сталин продолжил править. Если что – то в СССР планировали из озвученного, то так в плане всё и осталось. Надорвался СССР, пупок развязался планов громадьё выполнить. Не хватило кадров. И пушки были, и танки были, и самолёты были, да людей всех перебили. Война.
Примерно так будут пояснять в двадцать первом веке, почему весь мир насилья в конечном итоге придёт в то место, где до того был СССР. Вопрос, кто кого решился для СССР тем, что его того, не стало, а вот капитализм продолжил разлагаться и загнивать, как сказал Маркс, подхватил Ленин и продолжил Сталин, после которого жить было весело, но жили недолго. В конечном итоге коммунисты и верные псы – рыцари революции загрызли СССР до смерти. Самый прогрессивный государственный строй быстро разделил жителей на правоверных руководителей коммунистов, а всех прочих на рабочий управляемый скот. Как, оказалось, иметь партбилет для
управления государством, мало. Вот страна и развалилась.Мысли такие у Ивана появились не на пустом месте. Новая эмка главного врача находилась в жалком состоянии. А в каком ей быть состоянии, если с неё всё снимали, что можно и ставили на полуторку. Запчастей нет! Это, кажется, что свечи или карбюратор или бензонасос перекинуть, так ничего особого и не случится. Может немного, совсем чуть – чуть хуже будет. Когда этих чуть – чуть набралось в конструкции всё кроме родного мотора, то состояние стало близкое к коллапсу. О чём Иван поставил начальника гаража в известность, хотя тот и сам всё прекрасно знал.
В конечном итоге, все привезённые запчасти, были отданы на реанимацию эмки, но не более этого. В довесок ко всему, все работники гаража, занялись только эмкой, при этом остались в гараже даже после окончания положенного времени. Конечно, это в мирное время начало и конец рабочего дня регламентированы, а сейчас война. Конечным по эмке итогом усилий всего коллектива начальник гаража остался вполне доволен. Эмка ритмично работала мотором на всех скоростях и вообще не стреляла чёрным дымом при перегазовке. Круг почёта по территории госпиталя со сменой всего диапазона скоростей, дефектов не выявил.
Капитан госбезопасности Соломин не поленился и лично проверил машину по улицам, прилегающим к госпиталю. После чего признал эту машину пригодной для встречи высокого гостя из Москвы. Не высший класс, но вполне прилично. Доводить до идеального состояния можно и нужно, но не сейчас. Должны же люди осознать, что машинам запчасти нужны не только на фронте, но и в тылу, особенно в госпитале. Если давить на жалость и состояние машин при варианте, как до начала ремонта, то хруст железа при переключении скоростей, частая детонация двигателя, жёсткие подбрасывания пассажиров на ухабах, густой чёрный шлейф из выхлопной трубы, это можно счесть как частичное или даже полное несоответствие кадров работников гаража занимаемым должностям. Везде и во всём нужна мера, баланс.
Что касается наградных листов, то Иван их просмотрел только на себя и Миколу с Тимохой, а прочие, подписал не глядя. Если кто потом будет опрашивать, то Иван сошлётся на отчёт и в итоге конечный результат боёв. Отчёт по итогам боёв и их результатам в особом отделе госпиталя хранится, кому надо, всегда посмотреть может.
Итогом наградных листов было представление на орден «Красная звезда» и восьми медалям «За отвагу». Везде указывалась личная отвага и мужество. При этом противнику был нанесён урон, как в технике, так и в живой силе. Медики, кроме этого общего под огнём противника оказывали первую помощь и выносили бойцов с поля боя в безопасное место. Никакого обмана, всё так и было. Что касается боёв до города Пинск, то Иван сам написал представление и подписал их у главного врача. Три медали «За отвагу», не так и много, если учесть почти три десятка убитых немцев, щедрые трофеи и конечно вызволенные из плена бойцы и командиры РККА, но это и слишком много. Это как смотреть, с какой колокольни.
Главный врач госпиталя открыто указал, что вероятность награждения за дела до Пинска стремится к нулю. Но он своей властью скомпенсирует горечь утрат и присвоит Ивану очередное звание старшего сержанта, как выполнившего задание госпиталя по вводу в работу автотранспорта с риском для жизни. Это конечно не орден и не медаль, но тоже вполне видимое признание заслуг. Кроме того на Ивана будет выписана денежная премия в размере его месячного оклада.
Дарёному коню в зубы не смотрят, поэтому Иван принял стойку «смирно» и отчеканил – «Служу трудовому народу!» Представления от Ивана тоже были подписаны и через Ивана перенаправлены в особый отдел госпиталя. Капитан Соломин, просмотрев представления, сунул их себе в стол, зыркнул на посыльного и процедил – «Свободен!» Когда дверь за сержантом Ковалевым закрылась, то капитан выдал некую многоэтажную конструкцию, смысл которой сводился к одному слову «Оборзел!» Однако перечить Главному врачу смысла не было ни какого.