Санация
Шрифт:
– Сашка, так это ты был? Я уж испугалась, думала, что маньяк какой-то караулит, - послышался знакомый голос из-за спины.
"Маньяк" обернулся, и оказался заключён в объятия девушки с крыльями, чудом не клюнувшей его в глаз металлическим клювом. К объятиям со стороны незнакомых ему представительниц противоположного пола мизантроп был не готов, но и отказываться не стал, великодушно разрешив девушке ещё пару секунд повисеть у него на шее.
– Девушка, я, конечно, рад вашему вниманию, но и не отказался бы от каких-нибудь объяснений, - осторожно сказал Саня. Быстро прикинув, он предположил, что по его душу по ошибке пришёл
– Ой, точняк. Надо ж было маску снять, - виновато сказала блондинка. Перед Брюсом оказалась Аля, хорошая подруга с университета.
– А где твои перчатки? И когда ты успел отрастить волосы?
– Чего? А когда ты успела обзавестись крыльями?
– озадачился мизантроп.
Девушка неожиданно смутилась и странно осмотрелась по сторонам:
– Какой сейчас год?
– 2013-й. Странно, что ты забыла, - ответил наш герой, пополнив копилку любопытства ещё парочкой вопросов.
– Не может быть... Получилось!
– пробормотала блондинка.
– Что получилось?
– как клещ, прицепился к фразе Саня.
– Нужно срочно найти остальных. И себя... Да, себя в первую очередь...
– Да что происходит?
Вспомнив про существование молодого человека, девушка тревожно взглянула на Брюса:
– Прости, наша встреча должна была произойти по-другому. Я Аля, только из будущего. Мы переместились во времени, чтобы предотвратить катастрофу...
В ухе девушки начал жалобно пищать датчик, похожий на закрученную гусеницу, который та поспешила включить.
– Макс? ... Я не знаю, где нахожусь... И они тоже?... Я тут на Саню наткнулась... Почему не надо было... Да не кричи ты!
Мизантроп мельком посмотрел на часы и с ужасом понял, что рискует не успеть на электричку. Поколебавшись, он пулей рванул к автобусной остановке, оставив девушку выяснять отношения с неизвестным собеседником.
Пропустив мимо ушей гудок машины и изысканные ругательства водителя, Саня на огромной скорости врезался в поток ожидающих людей, разлетевшихся, как кегли, под его грубым напором, и благополучно оказался в автобусе за несколько секунд до закрытия дверей. Мизантроп пробил билет и облегчённо опустился на одно из пустующих кресел. Сзади доносился разговор двух пенсионерок, обсуждающих его героический прорыв.
– Нахал! Растолкал бедных людей и даже не извинился!
– И не говори! Мало того, что уселся, как барин, так ещё и рюкзак на соседнее место кинул!
Конструктивная критика со стороны "престарелых гарпий" не сильно волновала Брюса, который теперь мог спокойно поразмыслить над разговором с Алей. Вопреки собственным ожиданиям, логика не стала прокручивать палец у виска, а, удовлетворённая объяснениями, сидела с невозмутимым видом. И это действительно был уникальный случай: например, Брюс мог зайти за другом и позвать его на улицу. Проведя почти с битый час под дверями, он мог привести миллионы аргументов с целью заставить жертву подышать свежим воздухом, с настойчивостью капризного ребёнка начинал торговаться, временно искрил эмоциями, после чего неожиданно мог уступить и обиженно уйти.
Но на этом спектакль не заканчивался: под нажимом человек, которого так настойчиво убеждал мизантроп, поддавался совести, наждаком проводящей по чувству справедливости, и догонял Саню, надеясь на его радостную реакцию. В ответ наш герой начинал метаться, заниматься самоедством на
почве того, что потревожил друга, искать тайные причины, с которыми тот вышел на улицу, рассыпался, как конфетти, в неуместных извинениях и уходил в свой колпак, делая общение невыносимым.На этот раз лишь слово "катастрофа" породило нехорошие мысли, которые потом затерялись в голове по причине неактуальности.
– Саня, можешь убрать рюкзак?
Человеком, осмелившимся тревожить Брюса, оказался его сосед с третьего этажа, а по совместительству лучший друг и заклятый должник.
– Бельмач? Что ты здесь делаешь?
– уступая просьбе Виталика, спросил мизантроп. Спросил с облегчением, понимая, что сосед ещё сносный подарок судьбы, по сравнению с крылатыми девушками.
– Дежурство по лицею. В Минск едешь? Ах да, сегодня же понедельник ведь, - сам ответил себе на вопрос сосед Брюса, увидев "арсенал" на неделю.
У его друга была забавная привычка играть с самим собой в загадки, которая слегка отдавала заторможенностью мышления, но на деле была лишь побочным продуктом неуверенности в себе.
– Не припомню я что-то таких ранних дежурств. Ты, часом, лунатизмом не страдаешь? Лунатики, конечно, чаще бродят по улицам в пижамах, но что мешает тебе оказаться исключением из правил?
Решительно покачав головой, Виталик отверг гениальную идею нашего героя и выдал:
– Сначала мне нужно маме на завод бумаги привезти, а потом только в лицей.
– И поэтому ты решил пройтись лишнюю остановку?
– подозрительно глянул на соседа мизантроп. Для того чтобы Виталик сделал что-то сверх нормы, в лесу должно было сдохнуть не одно животное, а целое стадо.
– Я опоздал на автобус, а так как сейчас они ходят редко, то решил не терять времени и пройтись пешком одну остановку, - объяснил Бельмач.
– Одиночество - не худшая трата времени.
– Ясно, не подкопаешься, - хмыкнул Саня, - Увидимся в Минске, мне выходить сейчас.
– До встречи, - со странной улыбкой произнёс Виталик.
Двери автобуса открылись, и поток людей хлынул наружу. Рука мизантропа неожиданно нащупала странный прямоугольный предмет, который с лёгкостью лёг в его ладонь с чьей-то помощью. На миг Брюсу показалось, что это был Виталик, но не был до конца уверен в своей догадке. Клептомании за нашим героем не замечалось, за исключением редких случаев, когда вещь того стоила.
Наш герой в оцепенении простоял несколько секунд на остановке, провожая уходящий автобус, после чего осмотрел приобретение. Им оказался замшевый футляр, внутри которого Саня увидел странную красно-синюю капсулу...
2
Холод стекла швейцарской электрички хмуро встретил щеку Брюса и оторвал его от дрёмы. Недовольно осмотревшись по сторонам, мизантроп обнаружил группу людей у выхода, что подразумевало скорое прибытие в столицу. Выдавив из себя благородство, Саня лениво поднялся и помог женщине, сидящей рядом с ним, достать тяжёлый чемодан с верхней полки. Остановив увесистый предмет, доверившегося закону всемирного тяготения, в десятке сантиметров от лысой площадки головы мирно дремлющего дедушки, и наступив на ногу замешкавшемуся профессору в очках и с кожаным кейсом в руке, наш герой прекрасно продемонстрировал баланс Вселенной, с педантичной осторожностью регулирующей количества добра и зла в пространстве.