Росич
Шрифт:
Это ведь был ваш первый бой, Антон Сергеевич, так что ни чего не обычного не произошло, разве только то, что мне еще не приходилось сталкиваться с человеком обладающим таким холодным расчетом, будучи в своем первом бою. Не смотрите на меня так. Быть может экономика России и приобрела в вашем лице умного и предприимчивого дельца, но вот флот явно потерял талантливого офицера и командира. А ваше минутное возбуждение ни в счет, я видел как куда более опытные и бывалые ветераны, вели себя как нервные гимназистки. Так что теперь?
Теперь производим какой возможно ремонт на ходу. Пополняем запас топлива и курс на Порт-Артур. Именно там нам и место.
А
Основательный ремонт мы можем провести и в Артуре. А вот во Владивостоке мы останемся без главного нашего оружия. Там нет готовых торпед, только те что в стадии производства, а если и есть то не хватит и на один боекомплект.
Но нам теперь и не нужно много, один то аппарат потерян безвозвратно. Ну да без разницы. Приятно конечно было на старости лет поучаствовать в подобном предприятии…
Вы это сейчас о чем?
Ну как же. Едва мы придем в Артур, как впрочем и во Владивосток, как меня спишут на берег. Теперь то морское ведомство с руками оторвет "Росич", за любые деньги.
И не надейтесь, что уйдете на покой. Самая лучшая проверка нового оружия это война. Только полный идиот приобретя такое судно поставит его на прикол, пока не подготовит для него команду, когда такая команда, да еще в добавок ко всему с боевым опытом уже имеется на борту. А Макаров, хотя и амбициозен и иногда болезненно самолюбив, идиотом ни когда не был.
ГЛАВА 15
Когда же, Максим Петрович,- Зубов обернулся к говорившему и ободряюще улыбнулся.
Скоро Андрей, уже не долго осталось.
Мы в этих скалах уже десятые сутки. Японцы спокойно входят в гавань и чувствуют себя здесь как дома, а мы только и делаем, что наблюдаем да на карте отметки ставим.
Ты чем до приюта промышлял?
По разному бывало,- удивленный внезапным вопросом на отвлеченную тему растеряно проговорил парень.
Воровал?
И это было, чего греха то таить, пожав плечами ответил он.
Ну и как ты это делал?
К чему это вы,- не понимая чем вызваны эти вопросы, спросил парень.
Я сам тебе расскажу,- вновь улыбнувшись, проговорил Зубов.- По началу ты просто подбегал к какому либо прилавку и хватал то, что успевал, скорее всего это был хлеб или еще что съестное. Бывало по разному, иногда тебе удавалось убежать, а иногда тебя ловили и тогда тебя секли, не желая такого мальца, отдавать в приют для малолетних преступников. Но потом ты стал умнее, ведь тебе хотелось есть, а не получать розги по чем зря, ты стал думать как провернуть кражу и не то что под руку попадет, а чего ни будь наиболее стоящего, но при этом не попасться. Так все было?
Ну если коротко, то да,- насупившись буркнул парень.
Наша задача ни чем не отличается от того, что ты проворачивал в детстве. У нас только пять скутеров, пять мин и только одна возможность заложить эти мины под брюхо корабля. Скажи как ты собираешься заложить мину под днище корабля, когда ты не знаешь где его искать. Ты думаешь будет много толку, если ты заминируешь какой либо пароход. Конечно микадо понесет убытки, но что выиграем мы от этого, чем это поможет обороне крепости.
Но мы точно знаем, где находятся японские броненосцы.
И ты можешь дать гарантию, что никто не сможет спастись.
Разговор происходил в гроте на берегу Даляньванского залива, где десять пловцов коротали
уже две недели без горячей пищи на одном только сухом пайке, огонь не разводили, что бы ненароком не выдать себя. Диверсанты откровенно маялись от безделья. Все снаряжение уже было проверено и перепроверено десятки раз. Все что им оставалось это только вести постоянное наблюдение за гаванью порта Дальний. Встречая и провожая военные корабли японской эскадры, которые с завидной регулярностью входили в порт и покидали его.На ряду с военными кораблями в порт заходили и транспорты, которые тут же становились под разгрузку. По началу у японцев все получалось весьма плохо, так как отступающие разрушили столько сколько успели, а успели они надо заметить не мало. Однако низкорослые азиаты довольно быстро и споро восстанавливали инфраструктуру порта и процесс разгрузки становился все более налаженным и быстрым.
За это время в беспрерывном движении эскадры адмирала Того, наблюдателям удалось выявить определенную закономерность. С приближением темноты в море выходили дивизионы миноносцев, чтобы занять позиции на блокирующей линии. С рассветом в море выходили броненосные суда и крейсера, сменяя легкие силы, но чаще к Порт-Артуру выходили быстроходные крейсера, которые могли вести блокаду и самостоятельно, в случае же появления больших сил, используя преимущество в ходе уходили от погони избегая не равной схватки.
Благодаря радиосвязи с Гавриловым, Зубов пришел к выводу, что броненосная фаланга покидает порт, только тогда, когда Макаров выводит эскадру на внешний рейд. Того все еще пытался подловить русского адмирала и вынудить его дать морской бой. Но Макаров упорно продолжал уклонялся от сражения, не снижая активности, продолжая учения и маневры, с каждым разом повышая профессионализм экипажей судов и слаженность эскадры в целом.
Зубов понимал, что парни уже на пределе и высказанное недовольство Андрея, это пока только первая ласточка. Люди устали от безделья, все стоянки судов уже были давно нанесены на карту и японцы с завидным постоянством отдавали якорь на одних и тех же местах. Уже сегодняшней ночью они могли установить мины под днищами броненосцев, а именно они были выбраны в качестве целей, но Зубов по совету Гаврилова решил не спешить с этим.
Атака японских миноносцев в ту ночь когда прозвучали первые выстрелы в этой войне, были полной неожиданностью для русских моряков и все же они сумели не потерять ни одного судна. Командир "Ретвизана" спасая свой броненосец выбросил его на мель. Предполагать, что японские моряки менее профессиональны ни у кого не было оснований. А нужно было именно уничтожить корабли противника, а не просто повредить и дать временное преимущество русской эскадре.
Для осуществления этого замысла нужна была самая малость, а именно заранее знать о времени выхода русской эскадры в море, чтобы ночью установить заряды и с легким сердцем утром проводить их в море, чтобы те не вернулись обратно, оставшись покоиться на дне морском.
В последний раз японская броненосная фаланга покидала порт за день до этого разговора, но Гаврилову не удалось заблаговременно узнать о выходе Порт-Артурской эскадры в море. Макаров к вопросам секретности относился явно гораздо ревностнее чем его предшественники.
Максим Петрович в расположении судов ничего не изменилось,- доложил вернувшийся с наступлением темноты наблюдатель. В охранение заступили Кротов и Губин.
Хорошо. Ужинай и отдыхай. Плошкин готовь рацию, через минуту сеанс.