Род Ллевелин
Шрифт:
Интересно было узнать и тот факт, что он являлся, по сути, таким же, как и она — человеком, родившимся в обычном мире.
Ллевелин отсутствовал довольно долго и прибыл уже к ужину, довольный и раскрасневшийся.
Ужин проходил как обычно — неторопливая беседа, вкусности. Понятно, что для Грейнджеров многое было непривычно — мама, обсуждающая с брауни рецепт интересного блюда, сам брауни, сидящий с нами за столом на специальном стульчике; отсутствие многочисленных столовых приборов — они-то нацелились на обед с аристократами,
После ужина я предложил показать Гермионе библиотеку, а точнее — ту её часть, которую можно было дать в руки постороннему человеку, не сведущему в магии. Таких книг оказалось не так уж много — сотни три. Точнее — их было в десяток раз больше, но на английском только эти. Однако глаза у девочки вспыхнули.
Гостевые покои Грейнджеров почему-то привели их в восторг. А чему тут восторгаться — комнаты как комнаты: шкуры животных, деревянная резная мебель, старинное серебряное зеркало. Словом — обычные…
Гости и родители легли довольно рано: гостей утомили новые впечатления, а родители привыкли вставать с петухами. Я же пошёл тренироваться ходить по Тропе Теней, скользя по дому и поместью сквозь Тени и выныривая то полностью, то частично. Уже сейчас я могу переместиться таким образом откуда угодно — хоть из Хогвартса, и никакой антиаппарационный барьер мне в этом не помеха. Однако перемещался я пока довольно медленно и на сравнительно небольшие расстояния. Ну да, в Хогвартсе приходилось тренироваться с большой осторожностью…
Утро началось для меня с привычного уже Танца с Клинками. Былую неприязнь к холодному оружию я преодолел, хотя до мастера Клинка мне всё равно никогда не дорасти. По меркам настоящих боевых магов я откровенно слабоват… Ну да ладно, я ж всё-таки учёный, а не боевик. Если кто решит показать мне зубы, Кланы непременно заступятся за меня — артефактор одна из самых редких и при этом востребованных профессий. Даже если Мастеров в Уэльсе будет не трое, а три десятка, их всё равно будет жутко не хватать.
Гермиона, всё ещё сонная, вышла в сад, когда я уже заканчивал. Пожелав мне доброго утра и сразу озадачив вопросом о книгах, мелкое создание начало едва ли не подпрыгивать рядом, желая добраться до вожделенной библиотеки. В общем, после завтрака мои родители начали общаться с её, ну а я с девочкой.
— Профессор Ллевелин, — начала она.
— В данном случае — лорд Ллевелин. Ты пока ещё не в Хогвартсе.
Девочка смутилась.
— Да не смущайся — мне то всё равно. Просто воспринимай это как урок — в Замке хватает снобов.
Гермиона перевела дыхание и сказала:
— А здесь можно тренироваться с палочкой?
— Да, разумеется, — недоуменно пожал я плечами.
— Заклинание Надзора вешается на саму палочку и действительно только в маггловских местах. Давай так — сейчас у меня есть около получаса свободного времени. Я отвечаю на накопившиеся вопросы. Потом наш Брауни проводит тебя в тренировочный зал.
— Расскажите о войне с Темным Лордом, — произнесла она с горящими глазами.
Я вздохнул про себя — какой же она ещё ребёнок — страшных сказок захотелось…
— Темный лорд, он же Том Марволо Риддл, он же Лорд Судеб и Тот-Кого-Нельзя-Называть.
Родился в браке от матери волшебницы и отца маггла.— Как маггла, — перебила меня Гермиона. — Он же хотел уничтожить всех магглорожденных и полукровок.
— Ну во-первых — не перебивай и не отвечай с места. В Хогвартсе этого не любят ни преподаватели, ни ученики — запомни крепко. Спросят — отвечай, нет — просто покажи учителю, что ты можешь ответить. Подобные же выкрики — жуткое оскорбление.
— Извините, — потупилась та, — оно само как-то…
— Ладно, продолжаем. Так с чего ты взяла, что он хотел уничтожить всех магглорожденных?
— Профессор МакГонанагал сказала и в книжке написано…
— Именно так и сказала, так и написано?
— Нет, но это и так понятно!
— Да нет, ничего тебе не понятно, — вздохнул я.
— Запомни главное правило — маги стараются не лгать. Этого не любит магия. Однако недоговаривать, умалчивать, расставлять акценты в нужном им ключе они умеют мастерски.
— Для примера: Дамблдор — светлый волшебник, победитель Гриндевальда. Именно так и написано в твоём письме. Верно?
— Да, — недоумённо сказала девочка.
— Ни слова лжи, просто забывают упомянуть, что сперва он был соратником Злого Колдуна, идеологом и вдохновителем. И забывают сказать, что Злобный Колдун был светлым магом, воевавшим ради общего блага — как он его понимал. Перед началом войны они с Дамблдором разошлись, но тем не менее…
Девочка потрясённо глядела на меня. Судя по всему, я разрушил её детскую мечту.
— Пойми, мир магии ни имеет ничего общего с волшебной сказкой из детских книг. Волшебные палочки и посохи, заклинания и мантии не мешают людям быть негодяями. Не обращай внимания на антураж. Директор — обычный политик, очень умелый и опытный. Ничего общего с образом Санта-Клауса он не имеет. Могучий, умелый и опытный маг, сильный политик, но не более. По сути, пост директора политический. Реальным управлением или преподаванием он не занимается. Пост директора в Англии магов соответствует примерно министру образования и пропаганды. Плюс он является главой Визенгамота — то есть председателем парламента и верховного суда. В общем, Альбус Дамблдор — политик и чиновник. Функции директора выполняет Минерва МакГонагал — по большей части.
Девочка задумалась, весь вид её говорил о работе мозга.
— Ясно, — протянула она задумчиво. — Неприятно, конечно, когда вместо детской мечты оказывается тот же мир, но с другим антуражем.
— Ну далеко не тот же, — возразил я. — Просто тебе нужно изначально смотреть на мир с позиции циника. Иначе твоей доверчивостью будут пользоваться.
Та кивнула, но в глазах снова зажёгся огонёк исследователя.
— А всё это противостояние Света и Тьмы? — Спросила она.
— В идеале должно быть равновесие. Сам факт, что появляется Тёмный или Светлый Лорд, говорит о серьёзных проблемах. Кстати говоря, их назначает сама магия, пытаясь выправить положение. В общем, изначально Волдеморт был обычным консервативным политиком, призывающим более осторожно взаимодействовать с властями магглов и внимательно относиться к древним обычаям. Тем более, что придуманы они не на пустом месте. Талантливый учёный, много сделавший в области… как бы перевести на понятный язык… Да, генетики! Собрал единомышленников и постепенно начал пробиваться во власть.