Рианнон
Шрифт:
– Я почему всегда отсылаю их - Айку, там, других... Мало ли, в нашей беседе всплывёт нечто э-э... травмирующее. Всё это ерунда, формалистика, конечно - но лучше перестраховаться. И нам беседовать проще...
– Травмирующее - связанное с Целестой?
– Да. И не только. Сразу скажу: поговорите с Аахеном, он просветит, лучше прямо сегодня - а то мало ли...
– Это их... Как бишь... Курирующий воспитатель?
– Да.
– Он ведь один? Справляется?
– Воспитателей было с десяток, поначалу. Наладили процесс - отбыли. Старшие помогают младшим... Самая малышня -
Кейрис подхватил вежливую полушутливость:
– Прям-таки, всерьёз бездельничаете?
– Да! Я - наиболее бездельничающий представитель персонала Рианнона! Ибо руковожу. Так что не стесняйтесь звать меня на помощь по любому поводу... Ну, то есть, так: по поводу барышень - к Аахену. По остальным вопросам - ко мне. Или Людвигу.
– Отлично.
– Ну, вот... Давайте, что ли, запустим карту долинок...
– Рихтер вызвал на визоры объёмную модель местности.
– Долинок две. Верхняя... Нижняя. Так и называются. Вот, всё можно посмотреть...
– Я вижу, у вас тут совершенно земные условия.
– Справляемся...
– А что компенсируют ваши компенсаторы?
Рихтер мягко улыбнулся:
– Климат же. Долины несколько э-э... впереди процесса. Как минимум, подправляем здесь температурно-осадочный режим.
– Как это делается, интересно?
– Ну, основное - тропосферная ионизация. Локальная. Великолепно управляет потоками. Причём, трансмиттером делается сам динамический йонный корд; все эти поля излучателей - в прошлом.
– Их я тем более не встречал.
– Ну, мало ли, может, слышали...
Кейр покивал. Сменил тему:
– Но я знаю, что вы серьёзно недозаселены. Даже для этой стадии.
– Ну так, дорого же! Вдобавок, как назло, цены упали...
– ??
Рихтер закинул руку на глубокомысленный затылок:
– Видите ли... Я не только про транспорт - хотя транспорт до нас вампирски дорог, до сих пор! Тут ещё вышло мнение, что флюорелла, э-э... проблемна. Чуть ли не, "океан вообще не очистится". Это, конечно, ерунда. Но народ в итоге не рвётся столбить здешние просторы, цены совершенно бросовые. Мы - в смысле, губернатор - и не продаём... Но пока, надо же как-то деньги делать!
– Понимаю. И на чём делаете?
– Биосинтез, конечно... Под каждый геоценоз можно подобрать продукт - такой, что на порядки дешевле выйдет, чем в синтезёрах... Даже при нашем дорогущем транспорте. Ну, подобрали, делаем... Есть такой заливчик... вот он на карте... далеко, да... но тем безопасней... Мы в него сеем. Собираем... Видели на картинках роботов, таких, иссиня-ржавых; они на Вторую Площадку садятся?
– Нет пока.
– Это вот оттуда. Коррозия - просто жуть.
– Я начинаю верить, что флюорелла - страшная вещь...
– Не-ет, она наполовину уже убита. И до конца убьётся... Просто, ещё важно балансировать с растущим фотосинтезом... А в заливчике - не одна она, там гаврики и похуже... Но, тоже вытравим. Когда время придёт.
– Не скоро, чувствую, в ваших морях станет можно купаться.
– Лет через пятьдесят. Тьфу для терраформии. Очень скоро...
Зато: дожди, реки - чистейшие! А купаться - в нашей долине два бассейна. В Нижней - ни одного, но там речка уже вполне. Холодная, правда... Но изумительный дикий лес. Если любите.– Не очень.
– А, и ладно, - Рихтер вернулся в схему Верхней.
– Терраски... Сосновая Балка... Рубикон. Три наших посёлка. Персонал в основном здесь... Я прикидочно ваше знакомство с персоналом на завтра планирую - годится?
– Да.
– А сегодня вас берут в оборот девчонки, знаете?
– Нет. Но ладно, пусть берут.
– Отлично. Айка всё объяснит... Кстати. Не называйте их целестеанками. Это так, местный жаргон... Технический, не афишируемый. И да! Главное. Ни слова про карантин!!
– Карантин?? Какой ещё карантин?
– А, вы не знаете. И правильно, что не знаете: нет никакого карантина. Это вот что было: тогда, на Целесте, ну, когда рвануло - биологическая же опасность, не шуточки!
– объявили карантин. Но выяснили, что вне комплекса, действительно, ничего нет. Однако деток этих продержали-таки в карантине полгода. Вдобавок ко всем прелестям... И вот, некоторые рассматривают Рианнон как продолжение их карантина. Дескать, колония, мелкая, малорентабельная, изолированная... Совершенно ответственно заявляю: карантин снят, выход открыт, если кто из девок начнёт эту бодягу - чётко им заявите: нет никакого карантина. И это без подвоха, официально.
– Ясно. Учту.
– Так... Показать... Что ещё показать?
Кейрис пожал плечами:
– Да... пожалуй, достаточно для начала. Спасибо за интродукцию. Вопросы, конечно, ещё появятся... Буду постоянно теребить вас.
Рихтер мило, по-детски, улыбнулся:
– Всегда пожалуйста.
Айка в холле встрепенулась, вскочила, заулыбалась. Вышла с Кейрисом (Рихтер остался что-то там помониторить):
– Ну, что - веду вас к вашему дому?
– Да.
– А... я вот ещё хотела спросить... Вы там подключились? Вас теперь вызвать можно? А то я пробовала, и...
– Нет. Нельзя.
– Почему-у?
Кейрис высветил на лике светскую ехидную улыбочку:
– Я намеренно отключён. Если принимаешь вызовы - система знает, где ты находишься. А инспектору положена свобода действий.
Айка удивилась:
– У вас мобик какой-то особый? Наши не отключаются...
Кейр достал свою пилотскую планшетку.
– ...Ух ты, какой большой... Он что, и не гнётся?.. А, нет, гнётся... Это какой-то особый, да?
– Пилотский.
Глаза собеседницы округлились:
– Он что, в космосе передаёт?
– Местами...
– Угу... Хм... А... если дома, по визору - вас же можно звать?
– Да. Если я дома. Не сплю, не занят... Спать могу в любое время. Смена режима, понимаешь...
– Ну... понимаю, - кивнула Айка, впадая в тяжкую задумчивость.
Рассекли наискось парковую зону. Перешли по мостику речку - ранее (судя по руслу) склонная к контрастным паводкам, она явно лет десять как остепенилась.
– Как называется?
– Что?