Рейнджер
Шрифт:
— Все понятно? — Арагорн явно заканчивал какой-то инструктаж. — И насчет желания подумай еще, так и быть. Я, конечно, могу исполнить и это…
Шаман в противоположность ухмыляющемуся богу заметно содрогнулся:
— Понял, подумаю…
Я вежливо кашлянул. Арагорн повернулся ко мне.
— Явился, самовольщик! Ты куда с тропы соскочил, а, чудило лесное?!
— Никуда я не соскакивал. Это ты неправильно говоришь. Сдернуло меня сюда, в Туман, причем в своем теле, так что выйти не мог.
— Ну-ка, подробнее этот момент!
Ага, сейчас! Лишних подробностей как раз говорить не буду.
— После замка у меня случайно остались Аленины четки,
Игрок на секунду задумался.
— Ясно все. Ну, бабы, хоть смертные, хоть богини — вечно влезут в самый неподходящий момент.
— А мне вот неясно — когда и как мы будем равновесие в моем подшефном мире восстанавливать? И отпустит ли он меня после этого?
— Увидишь все, когда и как. А что до остального — закроем Язву, которая суть прямой канал Хаоса в мир, починим ткань мира вокруг. Сила, которая вытесняет орков на север, исчезнет, более того — они и сами рванут бесхозные земли делить. Хранители получат право и возможность войти ненадолго в мир, вычистят Цитадель. После этого перенесем туда всех выживших, восстановим Орден, только боги будут немножко другие участвовать. Кстати, ты мог бы претендовать на достаточно высокий пост в обновленной организации…
— Спасибо, за должностями не гонюсь.
— Ну, раз так… Тогда давай сюда путеводные амулеты, дома они тебе не понадобятся, да и работать не будут.
Этот приказ был правильным, и я без колебаний протянул и трофей из лесного святилища, и кулон, переданный мне Аленой. При этом в душе метнулось сожаление о том, что не смогу сделать ей подарок, который бы очень много значил для нас и был бы своего рода паролем. Придется дома заказать в ювелирке копию. Тут же эти мысли были подавлены другой: как я могу, я не имею права сожалеть о том, что было бы менее правильным! Это же нарушение Порядка!
— Слушай, а как так получается — то у костра не могли даже сблизиться, а то вот ты подходишь, вещи берешь… Перед замком тоже — здоровались мы с ребятами, руки жали. Это порядок поменялся? И давно ли?
— Это вы поменялись. А остальное тебе знать незачем, тем более что для тебя скоро все опять поменяется.
С этими словами Арагорн самым наглым образом исчез. Шаман сидел, обхватив посох, и смотрел на костер (а скорее сквозь него) с видом человека, на которого внезапно обрушились серьезные неприятности. Я решил, что тревожить его сейчас не стоит, и присел на один из булыжников. Кстати, камни лежали неправильно, не было в их расположении порядка и гармонии. Надо бы передвинуть, только как? Я ощущал наличие рядом сил, с помощью которых мог бы легко сделать это, но чего-то во мне не хватало для того, чтобы подчинить их. Непорядок, который я не мог устранить, вызывал буквально болезненные ощущения. Но есть неправильность и ближе, меньшего размера — поломанный лук в моем снаряжении. Я вынул испорченное оружие и стал прикидывать, как лучше с ним поступить: отделить целые и исправные плечи от сломавшейся рукояти или просто снять тетиву. Опять же — как нужно поступить с обломками?
Но не успел я прийти хоть к какому-то решению, как у костра появилась еще одна фигура. Алена, и, похоже, опять прямо из боя. Это у нее уже в привычку входит. В этот раз ей досталось, пожалуй, больше, чем когда-либо: броня на одном рукаве содрана полностью, поддетая кольчуга располосована и свисает
лохмотьями, на корпусе кое-где не хватает броневых чешуй, из юбки клок вырван… Кстати, то, что она сменила привычную бригандину на чешуйчатый доспех, говорит об одном — она заранее готовилась к тяжелому бою с мощным противником.— Ты в порядке? Помощь нужна, лечение? — спросил я.
— Вроде как… Нет, я не ранена… Кажется…
Ну, если все в порядке, это хорошо. Стало быть, вмешиваться будет неправильно, поскольку это нарушит порядок, что недопустимо.
Стоп! Что это со мной! Какой еще «порядок» — вон, пожевана вся! «Вмешиваться»… Видно же, что ей нужно, чтоб помогли, поддержали. Тем более что это не просто кто-то, это же моя Аленушка! Вон и у нее вид стал недоумевающий и обиженный…
Кажется, понял я, что со мной творится. Как там Хранитель и Наблюдатель говорили? Почти превратился в Аватара Порядка?! Нет уж, не надо мне такого счастья — стать бездушным и безмозглым куском воплощенной мощи безликого закона мироздания! И, насколько это в моих силах, я должен с таким перерождением бороться!
Я неподвижно сидел на валуне, сжимая в руках куски некогда грозного оружия, а внутри кипела борьба — за возвращение чувств, за восстановление целостности характера. Быстрее бы пришел Арагорн, и мы начали работу по латанию дыр! Надеюсь, при этом я затрачу достаточно собранной мощи, чтоб снова стать собой. Прошло, вероятно, несколько минут, которые показались мне часами. Тем не менее сдвиг был. Когда у костра появился последний из нашей четверки, Лекс, я уже достаточно оправился для того, чтобы встать к нему навстречу и поприветствовать, как полагается встречать вернувшегося из боя друга. Похоже, все мы прорывались сюда через ряды противника. И еще мне кажется, что Алена немного обиделась, что я поприветствовал ее прохладнее, чем Александра…
Во всяком случае, подошла именно к нему и с ним заговорила:
— У тебя седина.
Лекс провел рукой по немытым волосам и грустно усмехнулся.
— Жизнь, она такая. А что с Дмитрием?
— Да шут его знает, — ответил я на правах дольше всех наблюдавшего за Шаманом. — Сидит, в одну точку пялится.
— Я просто думаю, — ожил Шаман и поднялся с громким кряхтением. — Вроде все собрались. Ну, значит, расклад такой. Помните ту дверь, что мы уволокли из замка?
— Еще бы, — хмыкнула Алена. Да уж, такое забудешь… — Кстати, а где она?
— У меня, — Шаман похлопал рукой по сумке.
Неужто впихнул дверь в безразмерный инвентарь? Она же вроде как сопротивлялась…
— Помните, я вам коробочку показывал?..
Приятно быть догадливым.
— Это из которой ты тогда стул доставал, — подтвердил я этот факт.
— Да.
— Так ты что, дверь все это время с собой таскал? — сложил два и два ассасин.
— Пришлось, — кивнул пернатый (или бывший пернатый?), покосившись в его сторону. — Арагорн почему-то хотел, чтобы она была у меня, вот только проблем мне это доставило немерено. Тот маг из троицы как-то смог пройти в мой мир следом и…
Какой еще «тот» маг, из какой такой «троицы»?! У Шамана с ассасином явно есть еще какие-то общие воспоминания, отдельные от остальных. Впрочем, и у нас с Аленой тоже… Шаман тем временем замолчал и провел ладонью по лицу, словно пытаясь отогнать какие-то неприятные мысли.
— Впрочем, неважно, — он обвел нас всех усталым взглядом. — Короче, Арагорн сказал, чтобы мы установили эту дверь на постамент и шли в нее…
— А потом? — спросила наша прекрасная половина команды, а точнее, четверть.