Разбитые острова
Шрифт:
– Думаю, ты права, – сказал Дигси.
– Что?
– Насчет того, чем нам следует заняться дальше. Закорешиться с армией. Я на твоей стороне. И все в Фактории пятьдесят четыре тоже. – Подавшись вперед, он взял ее руку в свою. – Слушай, я хочу попросить тебя кое о чем.
– Валяй, – ответила она безразлично. На самом деле от волнения у нее едва не выскакивало сердце.
– Знаешь, я тут поговорил с остальными, – начал он, – и мы все сошлись на том, что нам нужен представитель. Ну, типа, начальник. Раньше-то мы якшались только с такими же, как мы, а теперь, когда мы собираемся выйти за пределы своего круга, нам нужен лидер. Кто-то должен вести переговоры от нашего имени. Мы больше не дети,
– Ой. То есть, в смысле… да. Я с удовольствием. Правда, я думала, что ты попросишь меня о другом…
– Это о чем же? – поинтересовался он игриво.
Выйти за тебя замуж.
– Да так, ни о чем, – солгала Джеза. – Насчет того, что ты сейчас сказал. Ты уверен, что все этого хотят?
– Ага, все. Даже Корен. – Дигси не удержался от усмешки. – Думаю, и Лим хотел бы того же, будь он с нами.
На мгновение она опустила взгляд. Потом снова посмотрела на Дигси.
– И что я должна буду делать?
– Голова у тебя работает как надо, мы все это знаем. Ты никогда не упускаешь из виду картину в целом, пока мы путаемся в деталях. Корен тоже умен, но он слишком занят собой. Я чересчур ленив, меня все устраивает как есть.
– А Пилли?
Дигси пожал плечами:
– Ты умная, Джеза. Тебе и иметь дело с этим типом – командующим армией. У тебя наверняка получится.
– Ты правда так думаешь?
– Правда. Может, поэтому меня и беспокоит, что ты так много пьешь.
– И вовсе не много, – возразила Джеза, нахмурившись, но внутренне едва сдерживая ликование. Она потянулась через стол и поцеловала Дигси, потом снова откинулась на спинку стула, довольная и полная решимости заняться делом. Но сначала надо было все-таки закончить обед, что она и сделала, с удивлением отметив, насколько вкуснее стала вдруг еда.
Закончив ужин, они отправились домой, в свою комнату на самом верху Фактории-54.
Жилье было не ахти какое, но лучше, чем у большинства культистов, вынужденных довольствоваться каморками без окон, где помещалось только самое необходимое, а у них все добро было как-никак под рукой. Да и вся их жизнь была так или иначе связана с факторией. Каждый организм, каждый прибор и каждая реликвия, с которыми они работали, создавались их командой именно здесь. И не только работа – еда, секс, все было здесь, под одной крышей.
Час был поздний, почти тринадцать, и Джеза, немного пьяная от вина, пошатываясь, стала подниматься наверх по ржавой металлической лестнице. Внезапно осознав, какой грохот она производит своими башмаками, девушка сначала остановилась, а потом двинулась дальше, нарочито осторожно ступая на цыпочки, как актер в пантомиме. Дигси за ее спиной фыркнул от смеха и подтолкнул ее к их общей спальне.
Когда дверь открылась, Джеза потащила Дигси к кровати; одинокий лунный луч упирался за ней в стену. Как попало стянув одежду сначала с него, потом с себя, Джеза затащила своего компаньона под одеяло.
Он был нежен, слишком нежен и слишком медлителен временами, когда ей хотелось большего. Он ласкал ее языком, и она была благодарна ему за это, но все равно, его робость временами раздражала.
Хватит…
Джеза толкнула его на спину, забралась сверху и, убедившись, что он вошел в нее как надо, начала агрессивно его трахать.
Скоро оба уже лежали бок о бок, часто дыша и обливаясь потом. Ей было хорошо, хотя его хватило всего минут на пять. И почему с симпатичными парнями всегда такая проблема? Может, они просто не стараются? Но ведь это всего лишь четвертая их ночь вместе.
Может, все еще наладится, когда они привыкнут друг к другу.Комнату словно заволокло туманом, вкус алкоголя еще чувствовался во рту, и Джеза, довольная, отключилась.
Ночью Джеза вскочила, сама не своя от страха. Дигси спал рядом, свесив руку с кровати; натянув на него простыню, чтобы он не замерз, она выскользнула из постели, подошла к окну и стала смотреть на улицу позади Фактории-54.
Обе луны прятались где-то за облаками или за горизонтом, кругом было темно. Голая Джеза быстро замерзла, страх перед ответственностью, которую она готова была взвалить на себя, не давал покоя.
Вдруг ей вспомнились голоса войны. Совсем не так давно улицы перед их окнами были буквально запружены повозками, которые вывозили мертвые тела из центра города. Чем больше их становилось, тем громче делались крики людей вокруг. Некоторые тела на повозках были без рук или без ног, и она, хотя и привыкла иметь в своих экспериментах дело с живой плотью, все же не настолько утратила чувствительность, чтобы не понимать: перед ней не куклы, а люди, которые еще совсем недавно были живыми.
В свое время вся команда Фактории-54 испытывала чувство вины за то, что они выжили, когда другие погибли. Всем хотелось внести свой вклад в войну, но Джеза тогда решительно заявила, что их помощь в том, чтобы заниматься своим делом, которое они знают и которое получается у них лучше всего, а не в том, чтобы покорно пойти и умереть вместе с остальными. И вот наконец их время настало. Она знала это наверняка и была рада, что командующий отнесся к ним серьезно и говорил с ними как с настоящими людьми, не выказывая им своего пренебрежения, как с другими культистами.
Ей было всего восемнадцать лет. Ей еще хотелось учиться, веселиться с друзьями и спать с Дигси. Но если она станет представительствовать за всех, кто работал в Фактории-54, не значит ли это, что она сама превратится в командира? А когда они начнут зарабатывать большие деньги, кто будет отвечать за их распределение – неужели тоже она? И неужели это ей предстоит убедить командующего в том, что они способны выдержать сроки?
То, что казалось такой чудесной новостью в бистро, теперь тревожило ее так сильно, что сон как рукой сняло.
Тогда Джеза подошла к столику возле кровати, достала из ящика блокнот и принялась тут же делать наброски нового монстра, такого, от которого будет прок в войне вроде той, что была недавно.
– Ты чего там? – спросил Дигси, едва ворочая языком спросонья.
– Я… – Она помолчала. – Да так, проект один обдумываю.
– Ты спятила? – сказал он и улыбнулся. – Я знал, что тебе понравится отвечать за все дело. Только давай подумаем об этом утром, а?
– Ага, – ответила она. Со вздохом отложила блокнот и забралась в постель, где на нее навалилось теплое тело Дигси.
Утром Джеза с блокнотом под мышкой спускалась по металлической лестнице. Внизу был беспорядок, и она, положив блокнот на край стола, начала убирать грязные стаканы и тарелки, корки хлеба и засохшие ломтики сыра, оставшиеся от вчерашней трапезы. Все еще спали; она часто вставала первой и наслаждалась утренней тишиной. Вот и теперь, прибираясь, она сосредоточилась на своих мыслях, пока вокруг еще не стало шумно и Корен не сыплет своими остротами направо и налево.
В здании было холодно, и она начала с того, что растопила огненным зерном плиту, от которой они провели трубы во все помещения бывшей фабрики, так что получилась единая, вполне прилично функционирующая система. Огонь сначала закашлялся и едва не захлебнулся, точно начинающий курильщик первой сигаретой, но пламя вскоре занялось и разгорелось, выбрасывая искры.