Чтение онлайн

— Ясно, — резюмировал Михаэль. — Ну что ж, раз такие дела, гнать вас наружу, естественно, никто не будет, но сидите тихо и куда не надо не лезьте. Будете мешать, отдам Кайлане: она из вас плюшевых зайчиков быстро сделает.

Маги, впечатленные угрозой, согласились вести себя смирно. Вероятно, слабо представляли процесс сотворения из себя любимых мягких игрушек, но не сомневались в том, что для темной эльфийки задача эта вполне осуществимая.

Обитатели пещеры готовились к отражению штурма. Вернее, все, что можно, они уже подготовили и теперь маялись от безделья и нервных переживаний. Расстановке дополнительных ловушек мешала недостаточная прочность пещерных сводов, которую, по приблизительным прикидкам, уже подготовленные запасы, в случае их одновременной активации,

неминуемо обрушат. Азриэль на случай повторного нападения бдил у входа вместе с животными, усиленный разбуженным гипнургом. Шаман, судя по долетающим из лаборатории звукам, повторно зачаровывал духов воздуха, которые, после того как раздавили орков, слегка на него обиделись. Дело шло медленно, но верно. Серый, переживающий за подругу, метался по самой большой зале из конца в конец, постепенно увеличивая скорость и амплитуду движений. Семен за ним пристально следил, вероятно, хотел дождаться того момента, когда эльфу перестанет хватать пола и он перейдет к беготне по стенам. А может, просто опасался оставить друга в такой момент одного: мало ли, на какую глупость решится? Девушки под руководством дроу заперлись на кухне и чего-то варили. Судя по тому, как опасливо принюхивался к долетающим оттуда запахам развлекающий коллег беседой Асазор, продукт, который там столь старательно изготавливали, мог использоваться для отравления средних размеров реки. Прибытие парламентера орков было встречено если и не с радостью, так с энтузиазмом точно.

— Пойду один, — решил шаман. — Если что…

— Все помним, — кивнул Шиноби. — Твой тайник, папка «Шампанское», открывать Лике… Кстати, что там?

Михаэль сделал неопределенный жест рукой, но, видимо, это не могло служить для любителя тайн исчерпывающим ответом.

— Ну я же все равно узнаю, — пообещал он.

— А-а-а-а, ладно … — вздохнул шаман, потом наклонился к уху друга и что-то ему прошептал.

Глаза Семена округлились.

— Ты спятил? — спросил он Михаэля. — И почему шампанское?

— Читал где-то, что первый образец иприта, позднее используемого в Первой мировой, был получен случайно, когда этот напиток сварганили с каким-то нарушением технологии. Вряд ли правда, но все же запомнилось. Горчичный газ в здешних условиях пока не изготовить, а вот его предшественника можно.

— И ты полагаешь, что это будет эффективно? — по-прежнему сомневался Шиноби.

— Облако хлора — сама по себе вещь неприятная, но если кто-то договорится с духами воздуха, которые без особого труда могут сосредоточить газ вблизи лиц неприятелей, то простых солдат, не защищенных магией, после его применения не останется. Против малых групп такое оружие применять бессмысленно, маги или шаманы спасут бойцов, а вот против армий, где народу больше, чем могут оградить от растворенного в атмосфере яда даже самые искусные из владеющих силой, самое оно.

С этими словами Михаэль и отбыл на встречу с орками. Принимали гостя во дворце, ранее занимаемом правителем города. Шпион Келеэля взломал защиту этого строения уже давно, а потому архимаг при желании мог наблюдать за тем, что происходит внутри. Повсюду магический взгляд находил следы боя и грабежа: по разлитым в воздухе эманациям ярости и смерти, по пятнам крови, по неубранным телам защитников или просто по не вовремя попавшимся на глаза оркам людям. В общем, не прибрано было в роскошном здании. Даже очень. Михаэль, войдя на порог, где его уже ждали двое орков, остановился в состоянии, близком к шоковому.

— Полный сюр! — выдохнул он.

Птицеподобный наблюдатель уселся на ветку дерева и заглянул в окно, чтобы увидеть то, что происходит внутри, обычным, а не магическим зрением. Келеэль, просматривая воспоминания своего создания, решил, что нужно обязательно спросить полное истолкование этого слова. Очень уж картинка была… специфическая. Не каждым ругательством описуемая.

— Мне тут тоже не нравится, — ответил ему восседавший за очень низким столом орк, судя по всему бывший шаманом, который возглавлял поход. Острые, покрытые лаком когти, длина которых почти равнялась длине самих пальцев, рунический узор на гипертрофированно большой мочке уха, два кольца в носу

и десяток тонких косиц на лысом черепе — все эти атрибуты не оставляли сомнений в профессии их обладателя. В руке зеленокожий сжимал небольшой фарфоровый чайничек, из которого наливал в крохотную чашку какой-то напиток. Судя по цвету, вино. Вторую чашку уже опрокидывал в рот присутствующий здесь же старший вождь. Перед ним на двухэтажном серебряном подносе лежали разнообразные пирожные. И все это в окружении кукол, маленьких стульчиков и прочей миниатюрной мебели, бархата и тканей веселеньких расцветок. Пара игрушек, в том числе и плюшевый зайчик, вроде тех, которые должна была «если что» наделать из человеческих чародеев дроу, играли для захватчиков роль импровизированных собутыльников.

— Детская? — пораженно спросил шаман, оглядывая комнату.

— Угу, — мрачно согласился с ним старший оркский коллега. — Единственное помещение во всем дворце, где не воняет выпущенными кишками. Да ты садись, разговор вряд ли будет коротким.

Михаэль осторожно присел на небольшой стульчик. Мебель даже не скрипнула, оказавшись довольно-таки прочной. Хотя с чего ей выражать свое недовольство эльфом, если она не развалилась под двумя отнюдь не легкими орками?

— И о чем будем говорить? — осторожно спросил он.

— Ну как о чем? — удивился шаман. — Сначала, как положено, представимся друг другу, ну а потом о деле. Отхыг Ловкий, старший шаман племени Красного коня.

— Мих, — не остался в долгу эльф. — Шаман эльфов, что поселились в пещере неподалеку от города.

— Верховный?

— Единственный.

— Ну тоже неплохо, если подумать, — решил орк.

Откуда-то из-под шкафа выбрался забавный черно-белый котенок и запрыгнул на диван, стоящий позади столика. Рука зеленокожего шамана мгновенно схватила жалобно мяукнувшее животное и поднесла к лицу.

— А я думал, крыса скребется, — задумчиво пробормотал он, после чего своим длинным когтем перерезал добыче горло и вылил кровь в чайник, смешав ее с вином. — О духи, примите жизнь скромной жертвы! Эй, перворожденный, пить будешь?

— Нет. — Михаэль сумел скрыть брезгливость, но окаменевшее лицо служило неплохим источником информации о своем владельце. — Я не люблю подобные… блюда.

— Зря. Плоть созданий, чью жизнь отдали духам, очень помогает приросту магических сил.

— Короче, — оборвал беседу двух говорящих с духами старший вождь. — Мы захватили город. Остались вы. Сдавайтесь.

— Не будем, — покачал головой эльф. — Ну сам посуди, зачем нам это?

— Чтобы выжить, — хрюкнул зеленошкурый.

— Смею надеяться, у нас это и так получится, — пожал плечами шаман. — В тесных коридорах ваше численное превосходство исчезнет, там все равно, десять врагов напротив тебя или тысяча, больше двух-трех все равно не развернется. А мы, сам знаешь, любители взрывающихся ловушек и прочих занятных вещиц того же толка. Будете сильно наседать, подорвем всю верхнюю часть пещеры вместе с вашими воинами, а сами телепортом уйдем. Вы готовы платить сотнями жизней за груду камня?

— Нет у вас телепорта, — улыбнулся Отхыг. — Крырг специально узнавал. Так что вы там сами себя не замуруете.

— Если припрет, замуруемся так, гномы не отроют, — посулил ему эльф. — Вы здесь долго не высидите. Уверен, армия, для того чтобы освободить город и навести здесь порядок, уже собирается.

— Кто спорит? — развел руками старший вождь. — Вот только когда она придет, нас тут не будет.

— Да и вообще, — начал было Отхыг, но оборвал себя на полуслове. — Магия! Чувствую магию! Злую, черную, сильную!

— Что ты задумал, собака?! — В мгновение ока орк в шипастых доспехах приставил ятаган к горлу Михаэля.

— Не он! — одернул сородича шаман. — Не он колдует! Это… это… это что-то божественное!

Из угла комнаты, оттуда, где валялся котенок, на эльфа прыгнуло нечто слепленное из остатков животного. Прямо в полете оно увеличивалось в размерах и наливалось силой. Шерсть становилась панцирем, лапы раздваивались, открывались новые глаза. Паукообразная нежить не успела до конца оформиться, будучи в воздухе разваленной на две части вспыхнувшим багрово-алым огнем лезвием.