Чтение онлайн

Он пересек неосвещенный двор, нырнул в узкий проход и оказался у главных ворот. Громко залаяла собака консьержа. С трудом растащив тяжёлые створки ворот, он выскочил на улицу Верне. Дверь за ним захлопнулась в тот самый момент, когда свет залил двор.

Блез де Медем проснулся сразу же, как только зазвонил телефон, откатился от прижавшегося к нему теплого тела и сел.

— Алло, — нетерпеливо проговорил он.

Он слушал, и выжидательная улыбка на его плоском квадратном лице гасла, сменяясь яростью. Он

подался вперед, обхватив трубку обеими руками.

— Что?!

Злость и удивление, звучавшие в его голосе, встревожили женщину, она пошевелилась, де Медем обернулся и увидел ее сверкавшие в темноте глаза.

— Подожди минутку, — рявкнул он в трубку, вскочил с кровати и поспешил к двери. — Когда я возьму другую трубку, положишь эту на рычаг, — коротко бросил он через плечо.

Он почти бегом вошел в гостиную и схватил телефонную трубку. В блеклом свете, струившемся с улицы, его белые мускулистые бедра резко контрастировали с загорелой спиной.

— Ну? Что у вас там случилось? Что напортачили? Сделали, что вам было приказано?

— Да, сделали, конечно, но…

Саид говорил медленно, врастяжку, с насмешливой дерзостью, и это еще больше разозлило де Медема.

— Но? — взорвался он. — Что — но? Неожиданное осложнение, говоришь? Что вы там нагадили?

— Да вот наш приятель исчез из дома.

— Исчез? Что это значит — исчез? До приезда полиции? Куда же он делся? Они его взяли? — Голос де Медема прервался, он уже не владел собой от ярости.

— Нет еще. Он выскочил через черный ход. Сигнализация переполошила почти всех соседей, и они бросились к окнам, — он хихикнул, — наверное, были очень разочарованы, не увидев пожара.

— Но он исчез? А где была полиция? Им позвонили?

Ледяное пренебрежение де Медема ничуть не смутило Саида, его голос звучал все с той же нагловатой ленцой:

— Разумеется. Один услужливый жилец сообщил в полицию, что слышал подозрительный шум, и они приехали меньше чем через две минуты. Сейчас толкутся в квартире. А его нет.

— Это вы его упустили, — прошипел де Медем, с трудом сдерживая растущую ярость. — Придурки чертовы!

— А ты дерьмо. Вот мы и поняли друг друга. И не смей оскорблять меня. Я тебе не лакей. Я специалист экстра-класса, и ты это знаешь. Почему тебе нравится работать со мной, помнишь? Да потому что знаешь: я хорошо делаю дело и держу язык за зубами. И Пьеро такой же. Тебе повезло, что ты нашел ребят, которые никогда не проговорятся, на каких шишек они работают.

Де Медем сделал глубокий вдох. Нельзя так распускаться, подумал он.

— А женщина? Вы уверены, что на нее можно положиться? Она не доставит нам неприятностей?

— На этот счет вы можете быть абсолютно спокойны, — хмыкнул Саид. — Гарантирую, что она ничего не расскажет газетчикам.

— Вы абсолютно уверены в ней? Если она знала, что я замешан в этом деле, если она догадалась, что поставлено на карту, она…

— Абсолютно, — мягко прервал его Саид. В трубке послышался его неприятный смешок. — Я же сказал, не беспокойтесь. — Он говорил медленно, словно убеждал непонятливого ребенка. — Все, что касалось ее, я обдумал заранее, а не потом, как вы. Пьеро

позаботился о ней.

Де Медем понял намек и пошатнулся, словно от удара, во рту пересохло, он облизнул губы.

— Но я же не просил, чтобы вы… вы… — голос его задрожал. — Только не это! — Он помолчал. Сухость во рту не проходила. — Избить, ранить — да. Вы сказали, что она согласилась на это. И вы должны были заплатить ей за услугу, но не… не…

— Забудьте о деньгах, — расхохотался Саид. — Я отдал их Пьеро. В конце концов, он безупречно выполнил свою работу. — После паузы, не дождавшись ответа, он продолжил: — Послушайте, забудьте об этом. Вы же знаете, как я работаю. В любом случае в преступлении обвинят американца. Все складывается как нельзя лучше, поверьте мне. А она могла бы нас заложить. Поверьте мне на слово, это слабое звено в нашей цепи, его нужно было выбросить.

Де Медем никак не мог успокоиться, проклиная себя за то, что позволил Саиду впутать себя в преступление. Этот подонок уже потерял к нему всякое уважение и разговаривает с ним так, словно чувствует свое превосходство. Невыносимо было сознавать, что сказанное этим человеком — чистая правда, что за умение держать язык за зубами ему нужно было многое прощать. Саид умел молчать, и это выгодно отличало его от серого стада наемных бандитов и громил. Кроме того, он умел шевелить мозгами. И все же после того, что сегодня произошло, ему нужно поскорее навсегда запечатать рот.

— Итак, согласимся, что дело было отлично спланировано, — язвительно проговорил де Медем. — Тем не менее, после того что случилось с женщиной, вы позволили ему убраться подобру-поздорову.

— Да какая разница? Полиция скоро схватит его, если, конечно, он не сбежит за границу. В любом случае вы от него избавитесь.

— Да, вне всякого сомнения. Спокойной ночи. — Де Медем положил трубку на рычаг. Около минуты он стоял не шевелясь и тупо смотрел в темноту. В комнату незаметно вошла женщина, ее рука коснулась его руки. Он вздрогнул.

— Неприятности, да? Все из-за этого подлого ничтожества Саида. Никто в мире не посмел бы звонить тебе ночью!

Он посмотрел на нее несколько секунд, словно никогда прежде не видел, потом медленно поднял плечи и так же медленно опустил.

— Да, это был он. — Де Медем вздохнул и криво улыбнулся. — Он не просто наглый, он опасный.

Он обнял ее и попытался увести обратно в спальню, но женщина отбросила его руку и повернулась к нему.

— Блез, посмотри мне в глаза. — Он машинально наклонил голову, все еще улыбаясь. — Ты в самом деле думаешь, что дело сделано?

— Дело? — он пристально посмотрел на нее, но она лишь нетерпеливо махнула рукой.

— Ты в самом деле думаешь, что стоит работать с таким сбродом, как… он? — Последнее слово она произнесла так, словно выплюнула его. — Ты в самом деле нуждаешься в помощи подобных людей? И при этом веришь, что главное дело твоей жизни удастся, что тебе когда-нибудь позволят добиться настоящего успеха? Ты знаешь, как я обожаю тебя, мне кажется, никто другой не осмелится высказать того, что говоришь ты, но даже я не верю, что Франция готова пойти за тобой.