Раминар
Шрифт:
– Ты решил воспользоваться?...
– Вместо того чтобы отпустить, - твердо закончил Халахам.
– Наших сил не достанет.
– Но целитель? Что она способна противопоставить грубой силе? Это дар созидательный.
– Любой процесс можно повернуть вспять. Кто в состоянии срастить кость, тот может её и поломать, заживить плоть и так же её разорвать. Просто. Повернуть. Процесс.
Лайлин чувствовала, как внутри нее зреет отчаяние - снова её способности навлекли беду на их с отцом головы. Размеры этой беды пока сложно было определить, но тень, наползавшая издалека, внушала серьезные опасения.
Алестар
– Возможно, Лайлин давно использует свой талант в обоих направлениях... Этот нерожденный ребенок не дает мне покоя. Крестьяне ведь могли быть и правы.
– Считаешь, она подправила ликаду младенца? Назло?
– Хотел бы я знать.
Лайлин, похолодев, медленно выпрямилась.
Сердце споткнулось, и от него по телу поползла ледяная тягучая волна ужаса.
"Я?.. Я изуродовала малыша?"
Девушка оцепенела, и теперь, будто сквозь толщу воды, слышала, как ходил в глубине комнаты Халахам, шаркая сапогами на поворотах.
– Я прекрасно осознаю, что сейчас затеял игры с огнем. Но в нашем положении не ищут сухих надежных тропок. Так что придется рискнуть и нарушить запреты...
Дальше слушать Лайлин уже не могла.
Она вспоминала.
Вспоминала, как, скрепя сердце и сжав губы, лишь бы не огрызаться в ответ, сносила колкие замечания Милары. Как иногда, проходя мимо, слышала обрывки разговоров, которые сразу затихали, стоило ей приблизиться. Не сложно было догадаться, о ком шла речь. Помнила, как накапливалась обида. Так тяжело было брать себя в руки и проверять состояние плода, под хмурым взглядом будущей матери. Только сейчас девушка поняла, почему форма "второго тела" выглядела искаженной. Близкой к человеческой, но с еле уловимыми отличиями. Она считала, причина в ее рассеянности. Теперь же выходило, что ребёнок был болен, а она не заметила, или... Или он был здоров до её вмешательства.
Не заботясь о том, что её могут услышать, просто не думая об этом, Лайлин поднялась на ноги и протопала к лестнице. По дороге она перецепилась через невидимую в темноте корзину, на ходу нащупала сумку с фруктами и спустилась вниз, забыв закрыть чердачную дверцу. Когда посреди коридора перед ней внезапно возникла мужская фигура, загораживая собою проход, она, как во сне, ещё некоторое время смотрела на длинные черные волосы и неизменно аккуратно подстриженную бородку Халахама, прежде чем до неё дошло, кто перед ней. Когда же это случилось, первым порывом было бежать, что Лайлин и попробовала проделать, но с роковым опозданием - на её запястье уже сомкнулись железной хваткой пальцы мужчины.
– Что с тобой, Лин? Ты бледна.
Девушка хотела крикнуть сначала, что не калечила ребёнка. Потом заявить, что не собирается с помощью своих способностей ломать людям кости и рвать плоть на части. Но, в конце концов, она решила за благо промолчать, так как чувствовала: что бы ни сказала в таком состоянии, всё будет иметь гибельные последствия. Халахам же, пронаблюдав внутреннюю борьбу, так ярко отразившуюся на лице девчонки, и встретив так внезапно заледеневший взгляд серо-голубых глаз, окончательно убедился в том, что Лин не только была на чердаке, но и слышала что-то из имевшего место разговора. Что-то для себя очень неприятное.
– Идем.
– Куда?
– Ко мне в комнату.
–
Нет. Лучше здесь говорите, что вам от меня надо.– А если я тебе руки заломлю и силой уведу?
– А если я вам потроха в узел затяну?
– Лин сама испугалась того, как это прозвучало в ее исполнении, не говоря уже о смысле сказанного.
Халахам уставился на нее, и промелькнуло в его глазах что-то ну очень недоброе.
– Хорошо. Давай сначала. Я так понимаю, ты слышала наш разговор о тебе и сделала определенные выводы. Я, однако, сомневаюсь, что выводы твои верны, и очень хочу прояснить с тобой ситуацию, прежде чем мы поднимем полдома на ноги. Что скажешь?
– Скажу, что в комнату к вам я не пойду. Откуда мне знать, что для вас означает "прояснить ситуацию".
Халахам молча слушал, прикидывая что-то в уме. В это время в коридор вышел Алестар и встал за его спиной. Лайлин напряглась еще сильнее.
– Хотите говорить - давайте. Только там, где я скажу.
– Это где же?
– Это на кухне. Мне еще компот варить.
Брови Алестара поползли вверх, но он промолчал. Его красноречие имело свойство возникать и испаряться в зависимости от окружения.
Кухня пустовала, время уже было позднее. Горели свечи. В котле на печи что-то отчаянно бурлило.
– Компот?
– понимающе качнул головой Халахам.
– Компот.
Девушка подняла крышку и цокнула языком - вода почти выкипела. Наполнив котелок заново, она бросила на стол, за которым уже расселись мужчины, сумку с сушеными фруктами.
– Угощайтесь. Теперь надо ждать, пока закипит.
Через минуту она молча заняла свободное место напротив недавних постояльцев.
– Итак, ты... слышала что-то из нашего с Алестаром разговора. У тебя появились вопросы, требующие ответов?
– Да, появились. Что вам от нас с отцом надо?
После непродолжительной паузы Халахам проговорил:
– Я не могу сказать, пока сам не получу от тебя некоторые сведения.
– Ну, еще бы, - девчонка скривилась.
– Ты всегда применяла дар для исцеления? И только.
– Да.
– О другой его стороне ты услышала лишь сегодня?
– Какая разница, услышала я об этом от вас или знала всегда?
– Я бы не спрашивал, если бы разницы не было.
– Боитесь, что открыли мне глаза? Что мне захочется попробовать, как оно там, на другой стороне? Ну, хватит. Теперь мой вопрос. Зачем я вам нужна?
Халахам выдвинул табурет и поднялся из-за стола. Достав из сумочки у пояса курительную трубку, он наполнил её табаком из замшевого кисета и не спеша прошёл к печи.
– Ну, а сама как думаешь?
Лайлин случайно перехватила странный взгляд Алестара, адресованный товарищу. Был то вопрос или невысказанное сомнение, или же всё сразу, гадать она не бралась.
– Я думаю, - осторожно начала она, - что вы... в любом случае преследуете какие-то свои цели, а я для вас... средство в их достижении? Или помеха.... Нет, не помеха, иначе вы бы меня уже убили. Хотя, кто знает. А вдруг вы еще не решили... Вы не знаете, откуда взялся мой дар и вы... боитесь его.
Мужчины замерли, ожидая продолжения.
– Короче, мои способности, - девушка облизнула губы, - вас заинтересовали.... Или не вас самих, а того, кто стоит выше... Одор. Это его имя?