Рабыня колдуна
Шрифт:
– Позвольте мне пойти с ними. Вдруг ночью кому-то станет плохо.
Мужчина покачал головой – если в тёмных он был уверен, то мало ли, вдруг именно эта женщина и есть тайный осведомитель инквизиции, желающая лично убедиться в том, что узники никуда не денутся.
– Колдуны владеют целительством, – пробурчал он, – К тому же за ночь ничего не случится.
Самым последним шёл седенький сухой старичок. Невысокий, с бородкой, заплетённой в тонкую косичку и перевязанной серенькой лентой, он никак не хотел отдавать охотникам небольшую флейту, которую держал в руках.
– Обычная флейта, – тонким скрипучим голосом вещал он, – ничего особенного, даже не артефакт. Поиграю деткам, чтобы повеселее было.
Артефактники
– Допивай, здесь, при мне. Саму бутылку можешь взять с собой, – и он дёрнул правым уголком губ вниз, и ещё раз.
Старичок осторожно взял бутылку, неожиданно хищно усмехнулся и лихо опрокинул последние капли в рот. Дверь за вошедшими в зал закрылась. Охотники эаложили створку тяжелым засовом и защёлкнули на кольцах замки-артефакты. Четыре замка с разными ключами унесли четыре преподавателя, каждый по одному. Ректор довольно ухмыльнулся – даже, если теперь заключённые неожиданно сбегут, к нему не смогут предъявить никаких претензий.
Адепты столпились около входа, не решаясь пройти дальше. Не так-то уж и много их было на тёмном отделении, всего около двухсот. Зло шипящие сквозь зубы ругательства, преподаватели сосредоточенно обшаривали стены, всё ещё надеясь на замаскированный подземный ход. Увы, стены оказались сложенными из огромнейших плит, и никаких признаков на потайные двери найти так и не удалось.
– Нуте-с, – и Илзаар откашлялся, выплюнув на ладонь бесцветный шарик, шарик портала-перетяжки, – до которого часу ждать будем?
– Да хотя бы пару часов для приличия не мешало бы, – с сомнением сказала заклинательница дождей, пристально разглядывая артефакт перехода, – Подслушивать точно станут, а я не уверена, что он сможет сработать из-под земли.
– Усилим, – прогудел преподаватель некромантии и кладбищенской работы, – здесь земляной пол. Можно создать круг, объединить собственные силы. Ну и…
Он не договорил, но все и так поняли. Да, портал-перетяжка мог одновременно вывести очень много народу. Но на другом конце его должны были встретить, или хотя бы подстраховать, потянуть на себя. А так они даже не знали, где стоит маяк, насколько он сильный, и не встретят ли их прямо в подвалах инквизиции с распростёртыми объятьями и радостными улыбками.
Илзаар тем временем топтался в центре зала, прикидывая размеры круга, в который нужно было уместить всех: и учеников, и учителей. Грязный платок, вытащенный из кармана, повинуясь жесту иллюзиониста, подплыл к двери и плотно прилип к ней. Тут же с него послышались невнятные всхлипы и тихая ругань.
– Пусть подслушивают, – тёмный иллюзионист довольно потёр руки, излучая бодрость и любопытство, – Итак, порассуждаем: куда может вывести портал перетяжка? В инквизицию… Вряд ли, слишком близко. На чернокнижный переход в светлых землях… Возможно, но в этом нет смысла. Менять один на другой нерационально. Значит, где-то должен стоять маяк, причём очень мощный, рассчитанный на большое количество прибывающих. А это возможно только в тёмной империи. Ну или на нейтральной полосе, рядом с границей.
Учителя переглянулись. На их лица проступили сомнения, что столь крохотный артефакт обладает такой мощностью. Многие из них прятались в этих стенах, защищённых личным распоряжением императора. До сего дня…
Но думать долго времени не было, а попадать к инквизиторам никому не хотелось. Да и дети тоже не были виноваты, что в их крови заплескался дар, столь неподходящий для этих земель.
Один из колдунов расчерчивал круг переноса, старательно выцарапывая символы маленьким ритуальным ножом, вытащенным из сапога. Женщины старались объяснить адептам, что им предстоит сделать. Все дети плотно усаживались в центре зала, прижимаясь друг к другу. Взрослые и старшие адепты встали за их
спинами, чтобы в нужный момент соединить руки и силу.Илзаар ещё раз пробежался по залу, остановился около запертой двери. Снаружи донеслись тихие удаляющиеся шаги. Те, кто их сторожил, решили пойти отдохнуть, ведь узников закрыли на магические замки, которые нужно отпереть одновременно. Никуда не денутся…
Иллюзионист расплёл бородку, вытащил из нее невзрачную серую ленточку и начал сосредоточенно пропихивать её в дырочки флейты. Повинуясь его жестам, которые дедок шустро сплетал пальцами, ленточка превратилась в узенький воздушный поток, скользящий внутри небольшого музыкального инструмента. Флейта запела.
Протолкавшись в середину между столпившимися тёмными, он поднял шарик вверх и кивнул колдунам: «Начинайте». «Асс-э-эхейре», – чуть шипящая тихая фраза сорвалась с губ. Нужно было подстроиться так, чтобы произнести всем вместе, на выдохе, вложив в эти слова собственную силу и желание уйти. Как только Илзаар почувствовал, что все готовы, – он резко сдавил шарик в пальцах. Узников накрыла чёрная сеть с кисточками на концах.
Наблюдатели со смехом и долей растерянности смотрели, как неспешно к башне приближается высокий бронзовокожий мужчина с букетиком полевых цветов в одной руке и бутылкой вина в другой. За ним в отдалении плелась девчонка с корзиной в руках, смущённо оглядывающаяся по сторонам. Мужчина светлым был хорошо знаком. Некий оборотень с кличкой «Мартовский кот» со своей неуёмной страстью к женскому полу навещал и их империю. А вот девчонку они видели в первый раз. Просканировав корзину, маги снова рассмеялись. Конечно, артефакт «Зонтик от дождя» как нельзя лучше подходил для встречи влюблённой парочки, а пирожки должны были послужить закуской к вину, принесённому сластолюбцем. Прямо у них на виду, Сарт подхватил Киру на руки, закружил и чуть пригнувшись шмыгнул в развалины.
– Как ты думаешь, поверили? – спросила девчонка, лишь только мужчина поставил её на землю.
– Куда они денутся? – хохотнул горный кот, – Я ж персона достаточно известная. А теперь, давай-ка вниз.
И он подтолкнул артефактницу к приоткрытой двери в стене башни. Лестница вела вниз, в старый подвал. Несмотря на то, что на улице уже темнело, в подземелье ярко горели магические фонари. Их уже ждали. Двое старых колдунов, Малика и Сархас неторопливо прогуливались по залу, поджидая Киру.
Девушка чуть присела, приветствуя всех собравшихся, и поставила корзину на земляной пол. Разрисованное полено легло в центр зала, в углубление, выкопанное заранее тёмными. Маяк пока спал, надёжно скрытый под сложным узором. Кира опустилась на колени рядом с ним и сняла с пояса небольшой кинжал. Самая главная вязь требовала крови, чтобы закрепиться и активироваться, именно крови мастера, создавшего этот артефакт.
Резанув по ладони, девчонка поморщилась от боли и резко опустила руку вниз, так чтобы капли растекались по узору маяка. Прижав разрез к полену, она закрыла глаза, собирая собственную силу и перекачивая её в артефакт. На линиях возникло небольшое свечение, просачивающееся сквозь пальцы. Оно становилось всё ярче, заливая дополнительным светом пространство. Кира начала бледнеть, такую зарядку ей пришлось делать впервые, да ещё настолько мощную.
Колдуны переглянулись, одобрительно кивая головами. Ещё миг, и артефактница просто осела набок, отняв окровавленную ладонь. Оборотень тут же подскочил, поднимая её и относя в сторону. Из бутылки полетела пробка – восстанавливающее вино, смешанное со специальными травяными настоями, плеснулось в кубок.
– Работает? – Кира с трудом повернула голову. У неё кружилась голова, и всё в глазах куда-то уплывало.
– Работает, – словно через пелену пробился голос Терриана.
Губ коснулся кубок. Сарт, поддерживая сползающую по стене артефактницу, пытался одновременно её напоить.