Рабыня колдуна
Шрифт:
– Зааачем? – девушка похолодела, ожидая ответа.
– Венцом нашей бессмертной любви станет эта постель, – Дамир театрально протянул руку к кровати.
Девчонка приуныла, этот момент она как-то забыла учесть. Как и то, что практически у всех мужчин чувства связаны с постельными утехами.
– Потом как-нибудь, – пробормотала Кира, усиленно выталкивая собственного хозяина из комнаты, благо он уже успел подняться на ноги.
Захлопнув за ним дверь, она лихорадочно начала переодеваться, гадая, до чего всё-таки может довести колдуна её амулет. На то, чтобы привести себя
И, если честно, она уже почти пожалела о том, что натворила. Выглянув за дверь и убедившись, что никаких неожиданностей в коридоре не предвидится, девушка побрела на кухню. Утро оказалось не настолько радостным, как хотелось, в душе поднималось на саму себя раздражение.
В кухне никого, кроме Лизабеты, не оказалось. Кира привычно налила себе чай и села за стол.
– Что пригорюнилась? – домовиха поставила перед ней тарелку со свежими ватрушками.
– Да вот Дамир как-то странно себя ведёт, – промямлила девчонка, отворачиваясь к окну.
– Всё образуется, – Лизабета понимающе усмехнулась, – И Дамир в себя придёт, и ты.
Свежайшая выпечка не лезла в горло. А тут ещё и оборотней, как назло, рядом не оказалось, а Кира так надеялась немножко разузнать у них о хозяине. Неспроста же Сарт лично сопровождал его в сад, да ещё так активно поддерживал. В голове неожиданно всплыли слова домового духа, сказанные несколько дней назад.
– Лизабета, – Кира повернулась к домоправительнице, – а почему ты решила, что я тёмная?
– Так ведь кровь не скроешь. А я дух старый, опытный, да ещё и дом этот колдовской – здесь вижу больше, – домовиха, стоя к ней спиной, чистила рыбу для обеда.
– Так моя мама светлая, она же мелкой ворожбой занималась, да веера делала. Правда, в них заклинания на привлекательность закладывала, – девушка чуть улыбнулась воспоминаниям, – Прикроет какая-нибудь дамочка таким веером лицо, и кажется, будто она красивее, чем на самом деле.
– А об отце забыла? – Лизабета повернула голову, изучая нахохлившуюся фигурку.
– Так мама о нём никогда и не говорила.
– Не говорила – это не значит, что его не было. Ты не ребёнок и прекрасно понимаешь, отчего дети получаются, – домовиха собрала чешую и плюхнула её в мусорное ведро, – Подумай, а почему она никогда о нём не упоминала, предпочла, чтобы её прижившей ребёнка на стороне посчитали. Не побоялась позора и косых взглядов.
– Необязательно, – возразила девушка, прихлёбывая остывший чай, – может погиб он. Или просто разошлись.
– Ну, ты думай, как хочешь, – Лизабета сноровисто потрошила карасиков, – А я тебе точно могу сказать – есть в тебе тёмная кровь. Где-то на треть есть, да не простая тёмная.
Кира открыла рот, собираясь возразить, а потом резко его захлопнула. В словах домовихи был резон: Дамир – колдун, и защищал её в таверне не зная, что это она не явилась к нему на работу. Да и если с самого начала посмотреть, то ведь он именно на неё вызов оформлял, а не на потенциально светлого артефактника. Не так уж и много их на этой специальности в выпуске было.
– Лизабета, а мне можно за порог
одной выходить? Или Дамир сердиться будет? – девушка обречённо вздохнула, просто захотелось пройтись по городу и отвлечься от дум.– Так по браслету будет видно, – рассудила домовиха, – Прижмёт он руку или просто греть будет.
Кира поднялась из-за стола, благодаря заботливую хозяйку за завтрак, и пошла к входной двери. Там, на вешалке, висел лёгкий плащ.
– Деточка, – окликнула её Лизабета, торопясь из кухни, – вот тебе корзинка. Зайди-ка заодно к молочнику, а то у нас сметана заканчивается. Продают её прямо в горшочках, а деньги – вот.
Девушка недоверчиво взвесила кошелёк на ладони. Тяжеловат. Не слишком ли много монет туда сложили.
– Ну и себе что-нибудь посмотри. Да не беспокойся о тратах, Дамир достаточно зарабатывает. Ах, вот ещё… в этом городе довольно много можно встретить и тёмных, и оборотней. Так что не шарахайся в сторону, их появление здесь ничем необычным не является.
* * *
Кира шла по улице, пытаясь вспомнить дорогу к рыночной площади. В прошлый раз она даже не удосужилась обратить внимание на окружающий пейзаж. Тогда её вёл Филли, да и не думала, что браслет выпустит одну за пределы хозяйского сада.
Каменные дома стояли почти вплотную, соприкасаясь оградами палисадников. Всюду в садах виднелись беседки со столами, открытые террасы. Из открытых окон доносился неторопливый говор, смех, звяканье посуды.
Девушка призадумалась: в какой же город тогда перенёс их тёмный портал? Судя по растениям, буйно цветущим за оградами, эта местность находилась где-то в южной части материка. В голову из карты, которую они так любили разглядывать в Школе, представляя себе, куда их пригласят на работу, упорно лез только один населённый пункт – Симер. Город, расположенный почти на самой границе с Тёмной империей. По коже пробежался холодок – Кира даже в страшном сне не могла себе представить, что окажется в подобном месте.
Через дорогу важно прошествовал чёрный кот, вальяжно покачивая кончиком хвоста. Прошёл и уселся в тени, под оградой, чему-то лукаво ухмыляясь себе в усы. Девчонка проводила его недоверчивым взглядом, уж больно здоровенный, размером со среднюю собаку. Кот прищурился и нахально подмигнул ей карим глазом. Карим? Оборотень? Домашний дух? Мысли спутались в клубок. Кира огляделась и уныло сообразила, что понятия не имеет, как выйти на рынок.
– Киса, а ты не знаешь, по какой улице можно выйти на рыночную площадь? – артефактница присела на корточки, просительно заглядывая зверю в глаза.
Кот фыркнул, поднялся и пошёл впереди, даже не оглядываясь. Мол, провожу, а дальше сама, как знаешь. Девушка покачала головой – после знакомства с филином и пумой, то, что её вопрос смогло понять животное, уже не особенно удивляло. Чуть поразмыслив, она двинулась за неожиданным проводником.
Чёрное создание не торопилось, Кира тоже. Теперь, когда появилась надежда спокойно попасть туда, куда она и собиралась с самого начала, девушка начала оглядываться, пытаясь запомнить дорогу назад.