Чтение онлайн

— Я до сих пор не могу прийти в себя от ваших ласк, дорогой супруг.

Принц самодовольно улыбнулся, а я с досады и от смущения покраснел.

Этим сюрпризы, к сожалению, не закончились.

Вторая ночь в замке Моря не позволила мне скучать, как и предыдущая. Я уже говорил, однажды, что имею привычку иногда неожиданно просыпаться ночью. Зачастую, безо всякой видимой причины. Свежий морской воздух должен был навеять мне крепкий сон. Но этого не случилось. Посреди ночи я вдруг открыл глаза и, ничего не понимая, смотрел

в потолок.

Оттуда что-то свисало. В инстинктивном порыве я резко вскочил с кровати. Раздался еле слышный хлопок. Там, где должен был лежать я, что-то упало.

Вслед за этим звуком последовали другие.

Я дотронулся рукой до медальона — вспышка осветила комнату — на кровати лежали три острозаточенных клинка.

— Что за!…

Дверь в моей комнате тихо скрипнула. Я спрятался за ней.

— Его…здесь нет, — раздался тихий, как сквозняк, шепот.

— Мимо?

— Ага!

— Да где же он?

— Не знаю.

— Забери ножи.

Злоумышленники вышли. Я тихо последовал за ними по длинному коридору замка. Они поднялись на четвертый этаж, туда, где находятся покои принца и Фэлиндж. Но вот что странно — одна из фигур оказалась женской. Она вошла в спальню герцогини и уже не выходила оттуда. Другая фигура затерялась в темноте коридора.

Я решительно не знал, что делать — врываться в спальню Орантона и Фэлиндж?

Если бы хотели убить принца то, убийца вышла бы из комнаты. Но она осталась там. Фэлиндж?! Но зачем ей понадобилась моя жизнь?

Как мне было поступать в такой ситуации? Кому я мог рассказать о своем ночном приключении?

У меня не было никаких доказательств. И потом, не могу же я сказать Орантону: 'Ваша жена-убийца, этой ночью охотилась на меня'.

Я поднялся на четвертый этаж. Над моей спальней располагалась проходная комната. Кто угодно мог ночью быть в ней. Но вот каким образом метали ножи? Великолепный узор на паркете подсказал место. В каждом цветке, выложенном разноцветными дощечками из разных пород, была сердцевина. Если эти дощечки выдернуть из паркета, то вероятно, под ними я найду отверстие в полу, соединяющее эти комнаты.

Фэлиндж не испытывала ни тени смущения. И в ответ на мой вопрос, хорошо ли она спала этой ночью, она наигранно засмеялась и сказала:

— Спросите лучше об этом Орантона. Уж кому кому, а ему-то точно не спалось.

'Врешь! — подумал я. — Кто же тогда был третьим лицом в вашей спальне. Еще одна женщина?'

Грубое вранье Фэлиндж лишь подтвердило мои подозрения.

Но не все женщины были столь кровожадны в замке Моря. Очаровашка Кэй Дидних, которую я уже имел удовольствие видеть дважды в Мэриэге, проявила ко мне особенное участие.

— Вас что-то гнетет? — ласково спросила она.

— Ерунда.

— Предстоящий поход?

— Пустяки.

— У вас все — ерунда и пустяки?

— Только не вы, ваше очарование. Вы так талантливо изобразили юношу жреца Моволда, чо я до сих пор нахожусь под впечатлением!

Она звонко засмеялась и сказала:

— Если вам скучно, могу показать

вам грот, где живет местное привидение. Только в него не всегда можно попасть. В отлив.

— Но сейчас, кажется, прилив.

Она пожала плечами.

— Но ради вашего общества я прогуляюсь к морю.

Мы побродили по пустынному берегу. Ветер ворошил кусты и гнал волны. Кэй отвела меня к скале, но вход в грот оказался залит водой, и войти в него было нельзя.

— В другой раз. А что за привидение?

— Девушка. Гирда. Так говорят.

— Что за Гирда?

— Она — легенда Квитании. Девушка с русалочьими глазами.

— Расскажите.

— Я вам дам прочитать свиток. Фэлиндж сказала, что вы обожаете читать. Это так удивительно.

— Если вы позволите, я возьму его с собой в поход. По дороге в Ритолу мне нечем будет заняться.

— Хорошо. Это будет залогом того, что вы вернетесь.

— Вы этого хотите?

— Наверное, все девушки Мэриэга хотят этого! — смущенно засмеялась Кэй. Было видно, что я ей нравился. Но не в моих привычках дурить головы девушкам, если у меня нет на них никаких видов.

— Почему вы приехали без ваших друзей?

— Король нашел им лучшее применение.

— Какая жалость. На балу будет не хватать хороших партнеров. Но они хотя бы вспоминают меня?

— Каждый из нас носит ваш незабвенный образ в своем сердце.

Мне осталось провести еще одну ночь перед выходом в море. И я твердо решил бодрствовать.

Но беда в том, что меня могли усыпить и довести дело до…логического конца. А снова затевался пир. И лучше всего было провести эту ночь на корабле.

— На корабле? — удивился принц. — Ты сошел с ума. Кэй будет без ума от разочарования.

— Но я хочу сам за всем присмотреть. Подготовить к выходу в море. Да и, честно говоря, меня утомили все эти пиры и балы. Расстроилось пищеварение.

— Ну как знаешь, — разочарованно протянул Орантон. — Не скажу, что ты самый веселый гость на пиру, и потерю твоего общества мы без труда восполним, но я бы на твоем месте не стал пренебрегать гостеприимством Фэлиндж: она злопамятна. И потом, как знать, все ли мы вернемся из этого плавания. Надо брать от жизни все, пока живой.

Но я был настойчив и меня отпустили.

Я зашел к герцогине с тем, чтобы мило попрошаться, но ее, к моему облегчению, не было. Пришлось передать ей свой привет устно, через фрейлину.

Я отбыл на корабль со спокойным сердцем и твердым решением бодрствовать.

У меня решительно не укладывалось в голове: зачем Фэлиндж хочет убить меня. Видел ее русалкой? Бред, сон! Я никому не стану рассказывать эту чушь. И будь это правдой, она бы знала, что я не причиню ей вреда. Здесь что-то другое.

Фэлиндж, гуляющая по волнам, ее пляски с русалками и очень злое лицо при виде меня — все походило на странное сновидение. Но вот клинки, упавшие на мое изголовье кошмаром не были. Я в ту ночь успел рассмотреть их — обычные клинки, без знаков и гербов, без чеканки и украшений. Такими — могли пользоваться любые наемники. Кто угодно!