Психиатрия
Шрифт:
2. Систематика нарушений мышления
Представим несколько подходов разных авторов.
Классификация Е. Блейлера различает, во-первых, нарушения мышления, которые являются общими для разных болезненных форм. Это: 1) «общее облегчение психических процессов» и «скачка идей»; 2) «меланхолическое затруднение ассоциаций (заторможение)»; 3) «болезненно короткие ассоциации»; 4) «моноидеизм»; 5) «спутанность»; 6) «витиеватость и обстоятельность». Во-вторых, это нарушения мышления, свойственные конкретным болезненным формам. В этой группе представлены: 1) «ассоциации при органических психозах»; 2) «шизофреническое (сноподобное) расстройство ассоциаций»; 3) «ассоциации олигофреников»; 4) «ассоциации эпилептиков»; 5) «ассоциации при истерии»; 6) «ассоциации неврастеников» и «7) ассоциации параноиков».
К. Ясперс различает заторможенность мышления, ускоренное мышление и «путаницу». Такие нарушения, как персеверации, вербигерации, речевая путаница, инкогеренция, он рассматривает в разделе «расстройства речевой деятельности при психозах», хотя предпринимает попытку разграничить расстройства мышления и собственно речевые нарушения.
А.
Систематика А. А. Меграбяна представлена перечнем отдельных нарушений мышления и включает: 1) возбуждение, ускорение мышления, 2) заторможение мышления, 3) обстоятельность мышления, 4) персеверация мышления, 5) резонёрство, 6) аутистическое мышление, 7) паралогическое мышление и 8) разорванность и инкогерентность мышления.
Остановимся на систематике Г. И. Каплана и Б. Дж. Сэдока (1994). Начинается она определением понятия «мышление». Авторы указывают, что «мышление нормально, если его результатом является логическая система выводов. Парапраксия (отступление от логического хода мышления, т. е. «фрейдистские соскальзывания») считается проявлением нормального мышления». Авторы указывают, что некоторые формы мышления, в частности, аутистическое, является безусловно патологическим. По их мнению, что существуют «формы нарушения мышления» и «специфические нарушения мышления».
1. Формы нарушения мышления: 1) умственная недостаточность «в виде не совсем адекватных реакций на определённые события, связанные с пережитым горем или болезнью»; 2) «невроз», то есть психические нарушения, при которых оценка реальных событий и нормативное поведение не нарушены, но «симптомы болезни проявляются как эгодистония»; 3) «психоз», то есть неспособность отличить реальность от выдумки; 4) «оценка реальных событий: объективная оценка и суждение об окружающем мире»; 5) «нарушения формального мышления» – нарушения ассоциаций, неологизмов и алогичных построений мыслей; 6) «нелогичное мышление» – ошибочные заключения или внутренние противоречия; 7) «фантазирование (дереизм)», оно не согласуется «с логикой или опытом»; 8) «аутистическое мышление», в нём выражаются «только собственные желания», ему свойственна также «поглощённость личными, внутренними переживаниями»; 9) «магическое мышление» как «форма дереистического мышления»»; 10) «конкретное мышление» или «буквальное мышление», когда метафоры понимаются без нюансов их значения, «всего лишь в одном измерении»; 11) «абстрактное мышление», способное «уловить нюансы значения», то есть «многомерное мышление со способностью правильно использовать метафоры и гипотезы».
2. Специфические нарушения мышления: 1) «неологизм» – новые слова, созданные пациентом часто путём «комбинирования слогов, взятых из разных слогов»; 2) «словесная окрошка» или «бессвязная смесь слов и фраз»; 3) «обстоятельность мышления» с чрезмерной детализацией и изобилием вводных слов и замечаний; 4) «тангенциальность» или «неспособность к целенаправленным ассоциациям», в результате чего «больной никак не может добраться от начала мысли до желаемой цели»; 5) «инкогерентное (бессвязное) мышление» или «дезорганизованная речь, …которая состоит из набора слов без всякой логической или грамматической связи»; 6) «персеверации» или «неоднократное повторение ответов на предыдущие стимулы после того, как уже предъявлен новый стимул»; 7) «конденсация» или «слияние различных концепций в одну»; 8) «иррелевантные ответы» – ответы, не соответствующие содержанию заданных вопросов; 9) «избыточность ассоциаций» или «поток мыслей, при котором постоянно происходит их сдвиг с одного предмета на другой, не обусловленный логической связью»; при значительном нарушении мышление может стать бессвязным; 10) «разорванное мышление (derailment)», то есть «постепенное или внезапное отклонение в мыслительном процессе без блокирования, т. е. «нелогичность ассоциаций»; 11) «полёт мысли» или «быстрая, непрерывная вербализация или игра слов» со «сдвигом с одной идеи на другую» и с тенденцией к «некоторой логической связи этих идей в единое целое»; 12) «нечленораздельные звуки в мышлении», то есть «ассоциации слов, сходных по звучанию, но не по значению»; «иногда может включать рифмы и каламбуры»; 13) «блокирование» или «депривация мыслей», то есть «резкий обрыв мысли до того, как она завершается»; 14) «глоссолалия» или «разговор на другом языке», то есть «выражение мысли непонятными словами».
Далее опишем: 1. нарушения операционной стороны мышления, 2. нарушения логики мышления, 3. нарушения динамики мышления, 4. симптомы диссоциации мышления, 5. нарушения отдельных видов мышления и 6. нарушения отдельных форм мышления.
3. Нарушения операционной стороны мышления
1) Нарушения операции анализа. Проявляются неспособностью или утратой способности выделять в некоем целом составляющие его элементы. Нормальным аналогом нарушения является детский синкретизм. Например, предмет и его название для ребёнка слиты в одно целое. Семья для ребёнка есть та единица, по образу которой он воспринимает другие группы объектов. Рассматривая сидящих на ветке воробьёв, он делит и их на соответствующие единицы: папа, мама, их сыночек. Семья является для него основой ощущения стабильности и безопасности окружающего мира. Утрата, уход кого-то из членов семьи, рождение нового ребёнка или появление отчима, матери может быть очень болезненной для детей. Например, мальчик трёх лет после похорон бабушки скучает без неё. Он говорит, что летом он её «откопает» и всё станет на своё место, как было ранее. При умственной отсталости аналитическая способность не развивается в достаточной мере и даже у взрослых пациентов даже при дебильности остаётся на детско-подростковом уровне. При органическом снижении уровня мышления тенденция к синкретизму усиливается. Пациенты теряют, например, способность различать вариации в отношении к себе со стороны окружающих, лишаются возможности дифференцировать социальные ситуации, отождествляют их или различают без должного основания. Так, они могут быть
излишне доверчивыми и им нравятся обходительные люди, не замечая того, что скрывается за вежливым отношением. Ревнивый пациент всё большее число ситуаций рассматривает как основание для его подозрений, он не выделяет отличий, позволяющих их дифференцировать.Синкретизм составляет основу описанного Е. Блейлером симптома коротких ассоциаций. «Явление это состоит в том, что количество имеющихся в распоряжении понятий уменьшено и ход мыслей всегда завершён, очень короток». Пациенты с этим нарушением в беседе обычно ограничиваются неразвёрнутыми, часто односложными ответами. Вот как выглядит такая беседа. «Как вы себя чувствуете? – Голова. – Что у вас с головой? – Давление. – Какое давление? – Разрывается. – Как это разрывается? – Сзади. – Как это разрывается сзади? – Давление. – Вы пьёте лекарства от головной боли? – Да. – А что пьёте? – Таблетки. – Какие таблетки? – Жёлтые. – А что ещё вас беспокоит? – Кошмары. – Что за кошмары? – Во сне» и т. д. Е. Блейлер полагает, что данный симптом относится «большей частью непосредственно к шизофрении» и характеризует «некоторые состояния оглушённости при шизофрении». Нечто подобное может наблюдаться, указывает он, при депрессивном торможении ассоциаций, а также «при органических психозах, эпилептических исключительных состояниях, в лёгком сопоре разного рода».
Противоположным является симптом избыточных ассоциаций, при котором анализ протекает как бы без контроля со стороны других умственных действий. В частности, без абстрагирования, без отсеивания несущественных сторон явления. Так, пациент с шизофренией в ответ на просьбу назвать признаки реки приводит такой их перечень: вода, русло, водоросли, рыбы, лягушки, змеи, простейшие одноклеточные, разные другие живые существа, песок, ил, щебёнка, течение, волны, рыбаки, крючки, червячки, направление течения, устье… В этом перечне значатся не только важные, но и второстепенные, а также не имеющие отношения к делу признаки. Аналогичное явление нередко встречается и в норме, например, в выпусках новостей в СМИ. Так, сообщается: «Кремль сожалеет, что европейский вещательный союз не обеспечил участие на Евровидении певицы из России». И сразу же: «В Новосибирске задержан убийца 17 женщин», о чём Кремль не сожалеет.
Анализ может быть нарушен так, что при выполнении задания выделяются преимущественно случайные признаки объекта – симптом побочных ассоциаций. Операция анализа при этом выполняется так, будто существенные признаки объекта теряют для пациента всякий смысл. Так, он выделяет такие свойства реки: прохлада, повышенная влажность, рябь, водоросли, камни на берегу и на дне, лодки, сети, изгибы, живность, пляж и т. п. В жалобах на самочувствие игнорирует то, что может быть действительно важно: «дергается веко… слипаются ресницы… я не могу долго стоять на солнце… я жую левой стороной, а не правой… я не могу долго смотреть на солнце… при ходьбе я не ступаю на пятки… потрясывает в мизинце… я раскачиваю зуб кончиком языка… не могу носить майку… не могу стоять на цыпочках, у меня слезится на ветру глаз… слипаются пальцы на ногах… не могу носить что-нибудь в правом кармане… не могу спать на левом боку… быстро растут ногти на средних пальцах… не могу долго сидеть на корточках… не выношу, когда шуршит бумага… не люблю писать карандашом… неприятно стоять на одной ноге… сваливаются с ног тапочки… боюсь щекотки… не могу думать в горизонтальном положении» и т. п. Столь странные жалобы с указанием преимущественно случайных либо не имеющих отношения к расстройству признаков большей частью предъявляют повидимому, аутичные пациенты, утратившие чувство реального.
2) Нарушения операции сравнения. Это неспособностью выявлять черты сходства и различия в сравниваемых объектах, а также делать на этом основании определённые выводы. Особенно важно, что сравнение объектов нередко проводится без учёта их релевантных или атрибутивных, то есть неотъемлемых признаков (англ. relevant – уместный, относящийся к делу; лат. atributum – данное, предписанное). Так, сравнивая своё настоящее самочувствие с тем, каким оно было до начала терапии, пациент не находит между ними какого-либо отличия либо упоминает о второстепенных изменениях, не замечая того, что объективно в его состоянии налицо значительная динамика. Не понимает также, в какую сторону развиваются отношения в его семье даже на той фазе, когда она находится уже на грани распада, – ему по-прежнему кажется, что ничего в сущности не изменилось. Или считает, что раньше ему жилось много хуже, чем теперь, поскольку у него есть инвалидность и меньше денег уходит на лекарство. В последнем случае он принимает во внимание только одно и далеко не самое важное отличие, ситуацию в целом он не различает, как он сделал бы ранее. В клинической практике способность сравнивать исследуется по-разному. Чаще всего достаточно бывает беседы, где пациенту приходится сравнивать разные жизненные его ситуации. Иногда возникает необходимость специального изучения способности к сравнению.
Одним из методов является попарное сравнение понятий с целью выявить различия между ними. В частности, для изучения могут быть пригодными три группы попарных понятий, представленные в порядке возрастания сложности задания. Первая группа включает следующие пары: соль-сахар, круг-шар, комната-квартира, пища-еда, простуда-кашель, овощи-фрукты, озеро-пруд, лес-сад, поле-огород, камень-кирпич, молния-гроза, сено-солома, река-озеро, заяц-кролик, вода-лёд, дождь-снег. Вторая группа составлена из пар более отвлечённых понятий: беда-горе, смелость-мужество, страх-тревога, крайний-последний, высокий-длинный, звезда-планета, обида-самообвинение, путь-дорога, страна-государство, темп-ритм, терпение-терпимость, равнодушие-хладнокровие, мёртвый-неживой, настойчивый-упрямый, вежливый-добрый, сердитый-злой, смех-веселье, скупость-бережливость. Третью группу образуют пары весьма отвлечённых понятий: число-цифра, красивый-привлекательный, самолюбие-самоуважение, ум-разум, вера-религия, речь-язык, мораль-право, правда-истина, честь-долг, ценность-стоимость, труд-работа, ирония-юмор, искусство-творчество, смысл-значение, радость-счастье, ложь-обман, эмоция-чувство, гнев-ярость, сообразительность-мудрость. Задания второй и особенно третьей групп целесообразно предлагать лишь пациентам с высоким образованием, так как простые задания некоторым из них могут показаться обидными.