Противостояние
Шрифт:
— Это мягко говоря и в общих чертах, — таким же доверительным тоном ответил Гелашвили и покосился на Леру. — Но жестче и подробнее при женщинах не могу. Сам все увидишь. А что не увидишь, тебе господин подполковник по пути доложит.
— И ты тоже веришь, что я смогу что-то сделать?
— Жженые верят, Орден тоже, вот и господин подполковник говорит, что шанс имеется, — сержант пожал плечами. — А что до меня… Честно говоря, не знаю, Избранный ты или нет. Да и плевать мне на все эти титулы. Одно знаю — ты боец от бога, и нам ты сейчас позарез нужен.
Гелашвили провел
— Не вопрос, поехали, — Леший ответно хлопнул сержанта по плечу. — Получится — не получится, а попытаться хоть что-то исправить я обязан.
— Ты не обязан, — в рукав Лешему вдруг вцепилась Лера. — Это неправильно!
— Ты чего? — Леший удивленно взглянул на Леру.
— Я… — девушка смутилась и попыталась на ходу придумать оправдание своему эмоциональному всплеску. — Я хотела сказать… неправильно… с таким настроем идти в бой. Ты не по обязанности должен идти, а по желанию.
— Все нормально, — Леший похлопал ее по руке. — И потом, ты же слышала, господин подполковник в долгу не останется. Разве нам не требуется переуступить, мягко говоря, кому-нибудь свои долги перед гражданами из мафии? Допустим, людям в погонах. Чем не вариант?
— Я же знаю, что дело не в этом, — грустно сказала Лера. — Ты пошел бы, и не имея долга перед мафией. Разве не так?
— Давай позже об этом поговорим. Завтра, — Леший улыбнулся. — Где-нибудь здесь меня дождись. Или на базе. Жора, хотя бы одна база в локации уцелела?
— Лучше здесь, — посоветовал Гелашвили. — Все базы на карантине. Эпидемия. «Стальной грипп», как лекари выражаются.
— Фигушки! — Лера бесцеремонно выдернула из кобуры у сержанта «Страйк», сунула на место своего потерянного и встала рядом с Лешим. — Я готова. Идем вместе.
— Э-э, дэвушка, — сержант поднял кверху указательный палец и осуждающе покачал головой. — Там война, да?!
— Бесполезно, — остановил спецназовца Леший. — Проще взять девушку с собой. Едем.
— Я же говорил! — полушепотом и с какими-то непонятными интонациями воскликнул Кольцов, обращаясь к Терещенко. — Что я вам говорил?! Говорил же?
— Вот заладил, — Терещенко кивком указал на вертушку. — На борт, или здесь оставим.
— Здесь?! — Капитан просиял, но спустя секунду вновь угас. — Без оружия?
— Само собой.
— Не надо.
— Тогда на борт, — подполковник перевел взгляд на шагающего слева Лешего. — Есть мысли?
— Насчет чего, насчет исправления ситуации? — Леший усмехнулся. — Ни одной. Ввяжемся в драку, а там сориентируемся. Трояна у тамбура видели?
— Видели, — Терещенко кивнул. — Вот только беда — его видели у всех пяти тамбуров.
— В смысле он так быстро перемещается или размножился?
— Скорее второе.
— Вот хитрый чугунок! — Леший хмыкнул и вдруг задумался. — А может быть, это и не чугунок хитрит. Он трансформируется?
— Троян? Здесь он пару раз менял обличья, а о поведении в других локациях сведений нет.
— Еще интереснее…
— Появились мысли?
— Появились. В остальных локациях находятся его двойники. Обычные биомехи, которые служат для Трояна ретрансляторами. Командует всеми пятью армиями только он.
— Логично, —
согласился военный. — И какой вывод?— Никакого пока. Сначала драка, потом выводы. Или хотя бы сначала рекогносцировка. Блин…
Леший вскинул брови и выразительно взглянул на Леру. Та ответила примерно похожей пантомимой.
«Поверить не могу, что выговорил это слово с первого раза, — установив прямую связь между имплантами, сказал Леший. — Как только язык повернулся!»
«А я не могу поверить, что ты решил рискнуть своей жизнью из-за угрызений совести. Причем навязанных тебе Черным Лисом!»
«Мы же договорились обсудить это завтра».
«А оно у нас будет, это «завтра»? И даже если будет, где гарантия, что тебе кто-нибудь снова не навяжет очередное дело чести?!»
«Никто ничего мне не навязывал».
«А подстава с товаром? Не будь ее, ты не оказался бы сейчас крайним!»
«Значит, так и было задумано».
«Кем?!»
«Может, судьбой?»
Леший улыбнулся и подмигнул Лере. Та округлила глаза, покрутила пальцем у виска, а затем махнула рукой. «Поступай, как знаешь!»
Леший так и собирался поступить. А что до жеста спутницы — он не обижался. Ведь с некоторых пор этот жест уже не нес однозначной нагрузки, мог символизировать процесс подключения к импланту или обмен данными между вживленными компьютерами. Но даже если рассматривать его через призму старого значения, обижаться не на что. Лера права. С точки зрения подавляющего большинства сталкеров Зоны, рисковать жизнью из-за угрызений совести мог только сумасшедший.
«С точки зрения сталкеров… — мысленно повторил Леший и усмехнулся, — то есть с точки зрения людей, которые слышат потусторонние голоса и усилием мысли подключаются к виртуальной М-сети. С точки зрения людей, которые уже толком не понимают, что в них было заложено от рождения, а что привнес компьютерный имплант. Да, с точки зрения сталкеров я, возможно, и вправду сумасшедший, но вот с точки зрения нормальных людей я поступаю правильно».
«Это факт».
Короткий комментарий пришел извне, а быть может, из глубин второго импланта, Леший так и не понял. Очень уж похожие по структуре были мысленные интонации у Леры и у речевой программы второго импланта. Будто у родственников.
«И это тоже факт, — вновь пришел комментарий, на этот раз точно от Леры. — Но не отвлекайся. Сосредоточься на деле. Оно будет непростым».
«Сам знаю, — ответил Леший. — Но ничего. Прорвемся. Не в первый раз живем».
С борта вертушки поле битвы, развернувшейся вокруг московского тамбура, было видно как на ладони. Частично его заволокло дымом, частично укрыло клубами пара и укутало тучами сажи, но в целом охваченная пожаром войны территория просматривалась вполне удовлетворительно.
После подробного рассказа подполковника Терещенко о подоплеке развернувшихся в Зоне событий, а также после изрядной информационной накачки, которую устроили оба импланта, подключив Лешего прямиком к М-сети (в том числе к сугубо секретным и даже к вражеским каналам передачи данных), Леший абсолютно свободно ориентировался в ситуации.