Пророк
Шрифт:
– И всех женщин...
– прошипела Тина, продолжая сверлить взглядом стол.
– Простите?
– Ничего, сэр.
Харрис не стал заострять внимание на этом.
– Что касается вашего материала... Я только что разговаривал с губернатором Хирамом Слэйтером, и он...
– Харрис слегка поморщился при воспоминании о разговоре, - он был в бешенстве, в негодовании, он сыпал ругательствами и убедительно призвал меня как друга взять контроль над ситуацией.
– Он помолчал в ожидании реакции присутствующих на свои слова.
– Вы собираетесь зарубить сюжет, сэр?
– спросил Джон.
– Тут нечего рубить!
– прошипела Тина.
– Это никакой
– С вашего позволения я закончу. Премного благодарен. Они снова перевели глаза на него.
– Естественно, у губернатора есть свое мнение о происходящем. Он уверен, что вы собираетесь сделать сюжет, крайне его компрометирующий, порочащий его самого и его семью, и он заставил меня плясать на раскаленных углях, в сильнейших выражениях предположив, что вы делаете это только потому, что близятся выборы и он вовсю развернул свою избирательную кампанию. Он обвинил нас в готовности выполнить грязную работу по заказу его политических оппонентов - каковое предположение я счел возмутительным и оскорбительным, о чем и сообщил губернатору. Тем не менее он продолжал сокрушаться о том, как некогда доверял нам, как всегда полагался на благожелательное - или, по крайней мере, беспристрастное -отношение к нему нашей телекомпании и спрашивал, как я, его Друг, могу терпеть таких нечистоплотных любителей сенсационных разоблачений, таких пожирателей гнусных сплетен среди сотрудников собственного штата, включая...
– Харрис взглянул на Бена, - директора программы новостей.
Бен приподнял одну бровь, но сохранил невозмутимый вид.
Тина скрестила руки на груди и самодовольно улыбнулась Джону с Лесли. Будь она школьницей, непременно показала бы им язык.
Джон и Лесли просто ждали, чем закончит Харрис.
Тот продолжал:
– Итак, леди и джентльмены, я оказался в крайне трудном положении, вынужденный выбирать между идеалами свободной журналистики и... высшими идеалами дружбы, приличия, такта...
– Прагматизма, - подсказал Бен. Замечание Харрису не понравилось, но он не мог не согласиться с ним.
– Возможно.
Бен уже приготовился высказаться и сделал это.
– Губернатор ваш друг, и вы за него голосовали...
– он метнул взгляд на Тину, - как и большинство сотрудников телекомпании. И единственное предубеждение, которое здесь преследуется и порицается, это предубеждение против губернатора и проводимой им политики. Прибавьте к этому деньги, которые он вливает в телекомпанию за свою сладкую и гладкую рекламу, и вы получите тефлонового губернатора, к которому нашими стараниями ничего не липнет и не пристает. Извините за прямоту, но я вижу дело именно так.
Харрис воспринял слова Бена плохо.
– Насколько я понимаю, вы находите возможным пустить сюжет в эфир, Бен.
– Вы правы, как никогда. Это сенсационный сюжет. Он недвусмысленно говорит о том, насколько Слэйтер заслуживает доверия как кандидат, насколько честна его программа и насколько он уважает способность граждан мыслить самостоятельно!
Тина не собиралась пропускать реплику мимо ушей.
– Мистер Харрис, думаю, природа представленной здесь точки зрения совершенно очевидна! Это... это чистое безумие! Это не новости!
– Нет, новости!
– резко бросил Бен.
– Пора уже начать разбираться в элементарных вещах.
– Это чушь собачья! Клеветнические измышления, пятнающие репутацию достойного человека - какую пользу может кому-то принести подобный сюжет? Да, дочь губернатора умерла в результате единственного несчастного случая! Губернатор уже рассказал обо всем публично! Он
добровольно признал правду перед обществом!– Добровольно признал!
– не вытерпела Лесли.
– Мистер Харрис, он предал информацию гласности только потому, что знал, что мы собираемся ее обнародовать, и он рассказал не все, далеко не все!
– Он рассказал достаточно много! Это его жизнь, его частная жизнь. Зачем все снова вытаскивать на всеобщее обозрение? Какой смысл?
– По-моему, смыл очевиден! Если существующая политика и действующие законы допускают, чтобы подобное происходило...
– С действующими законами все в порядке! Законы защищают тайну частной жизни!
К счастью, их разделял стол - хотя, казалось, Лесли готова перепрыгнуть через него и вцепиться в Тину.
– Вы имеете в виду, защищают клинику и доктора Хьюронака вместе с прочими шарлатанами!
– Леди, леди...
– предостерегающим тоном произнес Бен.
– Ладно, хватит песен про объективность!
– закричала Тина, уже совершенно не сдерживаясь.
– Они выполняют политический заказ!
– Она повернулась к Харрису.
– Политический заказ! Это грязные политические махинации - и ничего больше.
– Тина!
– предостерег Бен погромче. Она буквально вопила о помощи.
– Мистер Харрис, вы должны сделать что-нибудь!
– ТИХО!
Это гаркнул Лорен Харрис. Никто не поверил своим ушам. Все мгновенно умолкли.
Харрис заговорил нарочито медленно, одновременно выбивая пальцами барабанную дробь по столу:
– Именно... против этого... мы возражаем, господа! Сюжет, который разжигает гнев, сеет рознь, растравляет старые раны... который ведет к расколу моего отдела новостей...
– Но сюжет, содержащий правду, - сказал Джон.
– Вы меня не убедили, - отрезал Харрис.
– А в чем тут надо убеждать?
– возмутился Бен.
– Вы просмотрели видео. У нас имеется губернатор, которого больше интересует политика, чем благополучие собственной семьи или любого другого человека, коли на то пошло. Еще одна девушка умерла из-за того, что он пытался замять историю, а другую девушку практически заставили молчать грязным шантажом!
Харрис уже довольно наслушался.
– Бен...
– И вы собираетесь принять сторону этого парня? Вы собираетесь похоронить сюжет ради его
благополучия? Если так, значит вы ничем не лучше него!
– БЕН!
Бен замолчал.
– Я уже сыт по горло! Джон поднял руку.
– Сэр, мы представили еще не всю информацию. Я говорю о деле Брюверов. Они просто пытались выяснить истинную причину смерти их дочери Энни, когда наш канал сделал сюжет, в котором выставил их фанатичными противниками абортов, которые грубо посягают на тайну частной жизни и всеми силами пытаются обойти законы. Это было ужасно несправедливо по отношению к ним...
– Это был основанный на фактах достоверный сюжет!
– возразила Тина.
– Ну конечно!
– Лесли метнула в Тину бешеный взгляд.
– Совершенно объективный и беспристрастный!
– Извини, если он пошел вразрез с твоими убеждениями, - злобно парировала Тина.
– О, вы мне напомнили!..
– Лесли порылась в бумагах на столе и вытащила из стопки заключение патологоанатома доктора Марка Деннинга.
– Вот, господин исполнительный директор!
– Она ладонью припечатала лист к столу прямо перед Тиной.
– Я не забыла, как усиленно вы напирали на то обстоятельство, что у Брюверов пет подлинного заключения о вскрытии, чтобы доказать истинную причину смерти их дочери. Можете считать, вам утерли нос этим подлинным заключением!