Чтение онлайн

 Но из всего можно извлечь лучшее. Мама настолько погрузилась в демонический мир, что стала экспертом и эталоном в этой области. Совершенно негаданно-нежданно, она оказалась на коне, опередив конкурентов. Переводы художественной и развлекательной литературы, затем научные труды, ее начали приглашать в разные города почитать лекции. И вот моя мамуля самый уважаемый профессор по жизнедеятельности демонов. Пятнадцать лет назад предмет ввели в программу обучения, оценив как перспективный. Королевству нужны новые кадры, а в будущем планировали ввести обмен студентами.

 А я… Не всем, знаете ли, целителями быть и боевыми магами. Я

была рада, что пошла по стопам родительницы. И даже тот самый печальный исход с пятым демоном не отвернул меня от идеи покорить вершину, пусть и немного отрезвил, а еще навсегда ввел антидот, чтобы мозг не плыл при виде невозможных красавцев, заставляющих женские сердца стучать чаще, а разум самопроизвольно отделяться.

 Итак, четверг. Сегодня домой я не тороплюсь. Дядя Зарин вернется поздно, может быть, нетрезвым. В таком состоянии он начинает долго и нудно трепаться о разных бессмысленных вещах, и его не останавливает факт того, что я сплю в своей кровати за закрытой межкомнатной дверью. Он садился рядом и спокойно вел рассуждения, иногда до утра.

 В семье, как говорится, не без ущербного. Дядя, родившийся без магии в крови, вырос слабохарактерным, туповатым и жадным. В связи с совокупностью незавидных качеств, он пытал счастье в домах развлечений, где предприимчивые граждане делали ставки, играли в азартные игры и пробовали женщин. Дядя Зарин имел некоторую службу и исправно получал небольшой доход, который почти до нуля оставлял в чужих карманах. Стоило отдать должное, при этом он исправно платил за свою половину дома и продукты. А то, что ему не всегда хватало на новые рубашки – ерунда. Мы с мамой на праздники дарили ему именно одежду, чтобы не ходил оборванцем.

 Тита на выходные всегда оставалась в общаге, ее родственники жили очень далеко и часто навещать их не позволяли средства. А вот Аритэ тоже собиралась домой. В окно я видела, как у входа ее встретил демон, легко подхватил тяжелую сумку и повел к центральному выходу из студгородка. Оттуда меньше получаса пешком до станции или пять минут на извозчике.

–Не волнуйся, он ее только проводит. С родителями она его боится знакомить, – успокоила соседка.

–Неужто сообразила, – проворчала я, задвигая штору и прячась от целеустремленного взгляда Эла, который почувствовал затылком слежку и обернулся. Отсалютовал.

 Поз-з-зер!

–Не, папы испугалась.

 Глава семейства у Аритэ слыл мужчиной деловым и строгим. Не терпел глупости и безделья, сурово сводил брови на переносице, когда уличал в них нежную половину – супругу и двух дочерей. Подруга боялась его, как огня, и высоко почитала, увы, это ей не мешало из рук вон плохо учиться. Зато демона домой не приведет.

 Положа руку на сердце, совсем критичного в парне-демоне ничего не было. Артефакты и амулеты в помощь, пострадавшие были рады побыть жертвой, получая взамен что-то для себя. Конечно, если знали об этом. Сами демоны не всегда раскрывали свою расу, а по внешнему виду определить их мог далеко не каждый.

 Аритэ испугалась другого. Эла не получится представить женихом (тьфу-тьфу, чтоб не случилось подобного). Он мог, как и его сородичи, присутствовать только в качестве любовника подле женщины. Или наоборот. Наверное, все-таки наоборот.

 Я вышла из общежития, когда сумерки начали затягивать небо. Как раз поспею к последнему поезду, при этом могу позволить себе прогуляться пешком, наслаждаясь подступающим теплом.

 Мы

часто с подругой ездили порознь, чтобы не зависеть друг от друга, при том что жили на соседних улицах. Она уже должна была успешно добраться и пить чай.

 Пить чай в нашем небольшом городе – это символ спокойствия. Это целый ритуал, призванный показать благополучие. У нас дома чайное время установлено после обеда. У Аритэ – в четыре часа дня. В рабочие дни правила не соблюдались.

 Билетерша выдала мне тонкий бумажный талончик, когда я предъявила удостоверение студента, и пропустила к перрону.

 Еще немножко, и буду дома. Поезд шумно выдыхал пар и вкусно пах топливом и маслом.

 Я прошла в вагон и села у окна. Свободных мест в вечернем поезде осталось много, малочисленные люди рассредоточивались по сиденьям, стараясь садиться подальше друг от друга.

 Из-за туч вышла почти полная бледная луна. Ниже обычного зависшая в небе. Красивая.

 Поезд загудел, неспеша тронулся, начал набирать темп, неся меня в родной город.

 Дом встретил пустотой и выключенным светом. Похоже, сегодня меня не ждали. Я скинула сумку и сразу пошла на кухню. Готовых блюд, конечно, не имелось, да и рассчитывать на них было бы странно. Но несколько консервных банок с тушенкой спасли ситуацию. Мы студенты народ простой. Кашу с тушенкой считаем за блаженство.

 Нехитро отужинав, подхватила сумку с вещами и поплелась на второй этаж. Тут у нас располагались три спальни и общая ванная. Порядок в доме удивил, чего это дядя прибрался, гостей ждал?

 Вошла в ванную, растрепала у зеркала пучок на голове. Светлые волосы, моя гордость, осыпались на лопатки тяжелыми медовыми локонами. Карие глаза покраснели и остро нуждались во сне. Неделя выдалась сложной. Подготовка нескольких курсовых работ по двадцать листов каждая заняла много времени, и вдобавок требовалось отточить ритуальный чертеж по блокировке контура от низшей нежити. Курс у меня не профилирующий, но так как предмет вел декан, я не могла не подготовиться на отлично. Запланированное выполнено, статус зубрилки подтвержден. Осталось выспаться и не думать ни о чем плохом.

 О плохом я не думала очень усердно.

 Аритэ всю прошедшую неделю делала вид, что ничего не происходит. Она мне улыбалась, желала перед сном хорошо выспаться и плевала на меня (на счастье) перед сдачей чертежа. Моя скорбная физиономия ее не смущала. И этот демон ходил, как на поводке, за ней. Повадился сидеть в нашей комнате. Я тогда не глядя брала учебник и уходила. Мерзкий тип успевал бросить мне в спину какое-нибудь язвительное замечание, выводившее из себя.

 Часы показывали начало второго ночи. Сон не шел. Кровать стояла у окна, и я, распахнув штору, залезла на подоконник.

 Щербатая луна ярко освещала улицы с блеклыми фонарями. Во время полнолуния магический фон трещит от напряжения, все колдуют, хотят успеть на самую сильную фазу. И сейчас, еще не полнолуние, а уже дышать сложнее. Зато резерв наполняется и плещется.

 Редкие прохожие из молодежи проплывали под окном. Видимо, из ночного клуба или гостей. Скоро показалась фигура Зарина. Он медленно шел к дому, останавливался через каждые три шага и хватался за голову. Опять напился. Хотя нет, когда он пьян, то не бьется головой об фонарный столб. Пятнадцать минут я наблюдала самобичевание, а когда дядя дошел-таки до двери, нырнула в кровать. Притворюсь спящей, на всякий случай.