Принцесса Севера
Шрифт:
Шанс избежать встречи с имперскими сыскарями есть.
Но если ее захочет вернуть Эвгуст, он быстро отыщет ее с помощью магической метки, оставленной на ее ноге. Правда, прошло несколько дней – проклятый маг не объявлялся. Значит, она для его планов не так уж и важна. Придя к такому выводу, Эва, к своему удивлению, ощутила легкое разочарование.
Посовещавшись, беглецы выбрали дорогу паломников. Несколько дней на дорогу до Элевтии, оттуда еще две недели до Лапимара, а потом вместе с богомольцами – в пустыню.
Утро третьего дня своей свободной жизни она провела над записками Первой императрицы.
И только после полудня Эва набралась смелости нанести на тело магические охранки охотника. Процесс оказался болезненным, как она и предполагала.
Девушка натянула черные штаны, серую рубаху мужского кроя, поверх нее застегнула непременный атрибут охотника – пояс из посеребренных острых бляшек. По нему судили об опытности и успешности охотника, так как количество убитых тварей тьмы отмечалось на его кругляшах. Затем девушка рассовала за голенища сапог ножи. То, что она умела их метать, целиком заслуга Грэма.
В летние месяцы, когда двор спасался от жары в загородной императорской резиденции, Эва училась стрелять из арбалета и сражаться на мечах. Умение отстоять свою жизнь – часть обучения жриц Судьбы. Что поделаешь, слуги Предвечной всегда отличались некоторой воинственностью. И Регина взяла с Тристана слово, что девушка, вырванная из храма в юном возрасте, будет уметь все, что и любая другая жрица.
Решив оставить меч в комнате (все равно оружие в трактире сдавали на хранение вышибале), Эва стала плести охранное заклинание для вещей. Пояс с сюрикэнами Грэма притягивал взгляд. Не удержавшись, девушка в который раз провела кончиками пальцев по опасным лезвиям.
Маленькие, легкие, смертоносные… Грэм не понимал ее блажь, ведь метать сюрикэны Эва не умела. Но как заманчиво научиться ими пользоваться! Сюрикэны с шестью лучами покрывал парализующий яд, который мог, если не убить, то серьезно ранить противника. Лезвия с девятью лучами изготовлены из ненавистного нечисти серебра. Двенадцатилучевые входили в список запрещенного оружия: «звездочки», покрытые тонким напылением хианита, на некоторое время лишали стихийников Силы. Поэтому возникли бы неприятности, попади она под обыск магическим патрулем.
Прищурив правый глаз, Эва метнула сюрикэн в дверь. «Звездочка» с глухим стуком отскочила от дубовой доски.
«Я думал, ты хочешь есть», – проявил недовольство Грэм.
«Вообще-то есть хочешь ты, – возразила девушка. – С тех пор, как ты во мне застрял, я стала точить больше обычного. Просто хомяк какой-то».
«Не надо сваливать на меня свое обжорство, деточка. Стой, ты неправильно его держишь. Сдвинь ниже большой палец. Да, вот так. Теперь прицелься и бросай».
Эва, все так же щурясь, сделала бросок – и от радости захлопала в ладоши. Она попала!
После подсказки сжалившегося над неумехой сатурийца обучение пошло веселее. С глухим звуком раз за разом лезвия вонзались в дерево.
Став спиной к мишени, она бросила сюрикэн с разворота – и завопила от ужаса.
Смертоносная «звездочка» вонзилась в человека!
Темноволосый
парень взвыл от боли и выдернул сюрикэн из плеча. Оцепеневшая метательница с облегчением заметила, что метнула в него серебряной «звездочкой». Хорошо, что не ядовитой…– Вот и побеспокоился о благополучии соседки, – скривившись, прошипел шатен и зажал кровоточащее плечо. – Попади ты выше и левее – и здесь валялся бы труп.
– А какого демона ты вломился без стука?! – придя в себя, Эва бросилась к заплечному мешку в поисках материала для перевязки.
– Услышал подозрительные звуки и поспешил на выручку прекрасной деве, а тут полоумная охотница, – огрызнулся пострадавший.
В волнении кусая губы, Эва указала на кровать:
– Садись, я обработаю рану. Снимай рубаху, пока не вымазал ее всю.
– Право, мне как-то неловко раздеваться, когда девушка одета, – попытался пошутить парень, но сделал так, как потребовала Эва.
Промыв глубокую рану заживляющей настойкой, девушка собралась ее перевязать и вдруг передумала. Парень пострадал из-за своего человеколюбия и ее глупости, ведь это она не закрыла дверь. С нее не убудет, если она залечит рану магическим способом.
Возложив ладони на смуглое жилистое плечо, Эва перешла на магическое зрение, сконцентрировалась и направила Силу к пульсирующему алому пятну. Стоя вблизи к пострадавшему можно рассмотреть его удивительно красивое лицо. Но скромная девушка уставилась на одинокую серьгу в левом ухе. Серебряная, с матово-черным камешком она придавала парню игриво-лихой вид.
– И охотница, и магичка, – уважительно протянул молодой мужчина.
– Магесса, – поправила его Эва, не открывая глаз. Пренебрежительно-простонародное прозвание магов-женщин ее всегда раздражало.
Пациент улыбнулся и пожал здоровым плечом.
– Меня, кстати, Юлианом зовут.
– Угу, а приходишь ты даже, когда не зовут.
– Могла бы и представиться, все-таки такую дыру в моем теле проделала…
– Какую дыру? – мягко спросила девушка, убирая ладонь. – О чем ты?
Парень скосил глаза – кожа была слегка красной, но целой.
– Быстро ты справилась! – восхитился Юлиан. – У меня бы так не получилось.
– Так ты маг? Чего же тогда ныл над своей ранкой? Мог бы и сам подлатать.
– Нет, целительство не в числе моих талантов. Я всего-навсего простой следопыт, – скромно произнес парень и опустил карие глаза, полные лукавства. – Благодаря дару, я прочувствовал отголоски чужой боли и, услышав странные звуки, поспешил на помощь.
Эва недоверчиво посмотрела на собеседника.
Следопыты – маги, читающие отпечатки заклинаний и сильных эмоций, – рождались редко. Поэтому она не удивилась, что парень слегка двинулся на своей исключительности.
– Как интересно, – пробормотала девушка, – мне остается только порадоваться за тебя и твой дар.
Не дождавшись предполагаемого восхищения, Юлиан разочаровано проговорил:
– Кстати, могла бы извиниться, что ранила человека, желавшего тебе спасти.
– Хотя помощь не требовалась, я благодарю за твои намерения. И хотела бы загладить свою вину.
– О! И я знаю, как ты это сделаешь, – промолвил Юлиан, плотоядно оглядывая ее с головы до ног. – Угости меня ужином.