Принц-Разбойник
Шрифт:
— Игры кончились.
Глава 8
— Буря! — северянин сказал всего одно слово, что камнем упало на плечи всех вокруг, придавив вниз.
Вскинув левую руку вверх, Владыка перестал сдерживаться и призвал свои истинные силы. И мир содрогнулся.
Вокруг вспыхнувшей рассветной звездой ладони адепта закружилась снежная метель, немыслимая в летнем лесу, но она была. Спустя миг, сфера разрослась до величины телеги, а ещё через один удар сердца будто лопнула, как воздушный шарик. Во все стороны разлетелись бритвенно острые снежинки, до костей стёсывая с тел разбойников
Новая техника земли, выпущенная главарём в северянина, бессильно остановилась всего в паре метров от него. Промерзлая земля покрылась коркой льда, упорно не желая трескаться. Воздушные серпы и огненные всполохи бессильно вгрызались в его совершенную защиту, рассыпаясь облаком искр. Адепт даже не замечал укусов комаров, дерзнувших встать на его пути. Хлопнув в ладоши, Владыка создал сильную волну, разбросавшую храбрецов, пошедших в последнюю атаку на оказавшуюся чересчур зубастой для них добычу. Вырастив в руке огромную сосульку, северянин метнул её как копье, пригвоздив особо меткого лучника к дереву, за которым тот прятался. Казалось, весь мир вокруг подчинялся воле могущественного адепта.
Владыка перестал сдерживаться, и повсюду стали вырастать чудовищно острые сосульки, как шипы в адском саду, пронзая разбойников, где бы те не прятались. Топнув ногой, северянин создал пять своих ледяных копий, что бросились в бою, разрывая людей на части голыми руками.
Один безумец спрыгнул с дерева прямиком на Владыку, приземлившись всего в паре шагов. Северянин даже не стал шевелить пальцами, а только взглянул на тлю, посмевшую привлечь его внимание. Холодные озёра глаз потемнели от гнева, и из них словно выскочили прозрачные клинки, угодив точно в сердце вскрикнувшего человека. Не глядя больше на упавшего замертво врага, северянин направил палец на широкоплечего мужчину, укрывшегося за щитом от буйства природы. Возникшие вокруг него снежные щупальца обхватили могучую шею, заставив упасть на землю, силясь разжать мертвую хватку.
Выскочивший на помощь товарищу адепт рассёк глефой щупальца, освобождая человека. Нахмурившийся северянин щёлкнул пальцами, и двух людей пронзили выскочившие из земли ледяные иглы. Тела замерли, как бабочки, прибитые булавками к столу.
Теперь была ощутима та пропасть, пролегающая между адептами стадии Владыка, считающейся четвёртой по счёту, и третьей, стадии Души, на которой пребывали четверо его сильнейших сегодняшних противников. Адепт стадии Владыка Стихий может справиться с тремя десятками врагов на стадии Души, или стереть в ничто тысячное войско простых смертных. Такую силу могли остановить только адепты того же уровня, или маги. У разбойников изначально не было и тени шанса.
Северянин решил размяться со скуки, только и всего. Подобно жестокому ребёнку, отрывающему лапки паучку, он развлекался, заключая живых людей в глыбы льда, только для того лишь, чтобы вскоре разбить их на миллион красных осколков.
«Отребье» — беззвучно прошептали тонкие губы.
— Пощады, господин! Стойте, Владыка! Владыка! Пощады! — раздавались испуганные вопли утративших последнюю надежду людей.
Те что были в стороне от боя развернулись и побежали вон, да так, что только пятки сверкали. Судьба боевых товарищей их не заботила. Разбойничье “братство” во всей красе.
Как только разбойники поняли, кого действительно им не посчастливилось сегодня попытаться ограбить, они окончательно утратили
любую волю на сопротивление. Многие валились на колени и молили о пощаде, протягивая к могучему адепту побелевшие от смертельного холода руки. Другие молились Семерым о благосклонности в посмертие. Некоторые просто плакали и звали матерей.Северянин и бровью не повёл.
С его уст скороговоркой слетели слова заклинания, а руки вывели в воздухе замерцавшие от силы руны.
— Дикая Охота! — его хриплый голос звучал как приказ.
Топоры послушно вернулись в повелительно протянутые руки своего хозяина. Северянин скрестил перед собой оружие, что вспыхнуло на мгновение подобно солнцу, и прямо перед ним возникла стая ледяных волков, что достигали в холке двух метров. Их глаза, острые льдинки синего льда, зло сверкали. Свора белыми, не знающими пощады молниями метнулась вслед сбежавшим людям, настигая трусов, куда бы они не попрятались. Северянин не собирался оставлять свидетелей.
Вскоре всё было кончено. Перед адептом стадии Владыки Стихий остались лишь несколько разбойников, что выглядели более упитанными и крупными, чем остальные. Да и одеты были явно по богаче, с чужого плеча. Среди них затесался тот самый главарь, всё так же бессильно сжимающий свой молот, и адепт, подчиняющий ветер. Эти двое были из злополучной четвёрки адептов третьей стадии, ещё только утром державшие под началом почти две сотни головорезов.
— Давай уже, не тяни, — процедил сквозь зубы главарь теперь уже мёртвой банды. Позади него тряслись несколько бандитов, не понятно, от чего больше, не человеческого холода или выворачивающего душу страха. — Мы — люди Смальда Весёлого! Под его началом множество отъявленных головорезов стадии пробуждения Души, и сам он тоже Владыка, как и ты. За нас отомстят. Так что, заканчивай, мразь. Я тебя не боюсь!
— В самом деле? — задумчиво спросил северянин, разглядывая лезвие своего топора на предмет зазубрин. Не обнаружив ни одной, он довольно кивнул и, обтерев их о спину какого-то неудачника, вновь спрятал под плащом. Казалось, его действительно не пугала возможность остаться безоружным перед живыми крупными мужчинами, вооруженными до зубов. — Тогда ты умрёшь храбрее, чем остальные.
Но что значит оружие, когда под рукой у Владык всегда есть их сила, готовая в любой момент, как верный пёс, откликнуться на призыв?
Северянин щелкнул пальцами.
Главарь свалился на землю, раздирая ногтями собственное горло, силясь сделать хоть один вздох. Напрасно: его губы намертво примёрзли одна к другой, как и ноздри. Трясясь от удушья, бандит дрожащей рукой ухватился за собственный молот и бросился в отчаянную, бессмысленную атаку. Так загнанная в угол крыса может наброситься на кошку.
С ленивой грацией северянин сделал шаг на встречу, голой ладонью поймав оружие. Под изумлёнными взглядами разбойников он сжал пальцы в кулак, и на пожухлую траву осыпались покрытые инеем осколки железа. Артефактная сталь стадии Героя лопнула как стекло.
С красным от удушья лицом и безумными, навыкате, глазами, главарь повалился наземь, попытался отползти от северянина, что с безразличным лицом смотрел на него. Вздрогнув всем телом в последний раз, разбойник затих навсегда.
— Соврал, — заметил мужчина, повернувшись в сторону обделавшихся разбойников. — А говорил, что не боится. Вы тоже думаете, что не боитесь смерти?
— М-мы боимся, г-господин, — проблеял один из них.
— Тогда вы умнее вашего мёртвого главаря. Ответите на пару вопросов, и я уйду, оставив вас живыми. Даю слово адепта.