Принц подземелья
Шрифт:
Гарри, быстро окинув взглядом гостиную и поняв, что опасности уже нет, облегченно выдохнул и подошел к дочери.
— Ты в порядке, Лил? — обеспокоенно спросил он.
— Кажется, да… — улыбнулась она сквозь слезы.
— Мама хотела пойти с нами, но ей было не оставить малышку…
— Пусть она еще немного побудет с ней. Мы заберем её утром, когда я немного приду в себя и приведу в порядок дом, — сказала Лили, почувствовав, что она страшно соскучилась по дочери. — Тут кругом кровь… не самая подходящая обстановка для ребенка.
Джордж и Северус уже говорили о чем-то, стоя над телом Беллатрисы, и Лили увидела, как Джордж отправил куда-то патронуса.
«Наверное, в
Гарри тоже подошел к ним, а вместо него рядом с Лили теперь сидел брат. По лицу Джеймса было ясно, что он чувствует себя не в своей тарелке. Вид крови и пены, капающей из приоткрытой пасти оборотня, вызывал у него отвращение.
— Как вы с ними вообще справились? — потрясенно спросил Джеймс, глядя на оборотня.
— Ну… Северус ведь очень сильный волшебник… — уклончиво ответила Лили. Она не знала, собирается ли Северус рассказывать правду о том, что произошло, и обнародовать свои эксперименты с беспалочковой магией, или придумает какое-нибудь другое объяснение. В любом случае, ей пока не стоило вдаваться в подробности поединка.
В окне мелькнула серебристая вспышка, и посреди комнаты возникла рысь — патронус Кингсли. Его густой голос словно заполнил собой гостиную:
— Я жду вас в Министерстве, немедленно. Их нужно допросить, и чем скорее, тем лучше. И желательно в твоем присутствии, Северус, — сказав это, рысь исчезла.
Лили взглянула на Снейпа, всё ещё стоявшего рядом с Гарри. Тот поймал её взгляд и подошел к ней. Он сел перед Лили на корточки, взял её руки в свои и посмотрел в глаза.
— Мне нужно будет уйти, Лили.
— Ты оставишь меня одну? Нет, Сев, пожалуйста…
Лили было страшно подумать, что его не будет рядом с ней. Она, наоборот, хотела, чтобы все ушли и оставили их вдвоем, а вместо этого он собирается уйти сам. На глазах у неё снова выступили слезы.
— Ты не будешь одна. С тобой останется брат, — Снейп взглянул на Джеймса, который старательно смотрел в сторону и явно чувствовал себя неловко, став свидетелем их разговора. Джеймс повернулся к ним и с готовностью кивнул, а Снейп продолжил: — Мы должны извлечь из неё всю информацию, пока она ещё жива, чтобы поймать остальных. Скорее всего, для этого потребуется легилименция, а искать другого легилимента моего уровня — это долго. К тому же, Белла умеет хорошо закрывать свое сознание, а я знаю кое–какие приемы… И мне нужно будет поговорить с Кингсли; объяснить ему, что произошло. Ну, ты понимаешь… — многозначительно сказал он.
— Северус, как же ты пойдешь? Ты еле стоишь на ногах, тебе нужно отдохнуть.
— Ничего, там еще осталось восстанавливающее зелье, так что я как-нибудь справлюсь. А вы с Джеймсом приведите тут всё в порядок и отправляйтесь в Годриково Ущелье. Хорошо?
Лили вдруг поняла, что он уговаривает её, как капризного ребенка, и ей стало стыдно.
«Не хватало ещё, чтобы он сейчас переживал из-за меня», — подумала она, вытерла остатки слез и твердо сказала:
— Хорошо, я сделаю всё, как ты сказал. Только когда вернешься домой, сразу пришли мне патронуса. Я не хочу, чтобы ты оставался тут один.
— Договорились, — Снейп встал, поцеловал её, и они с Гарри и Джорджем ушли через камин, забрав с собой Беллатрису и оборотня.
Лили попыталась встать, но ноги после пережитого волнения плохо слушались её. Она снова села на диван и стала убирать кровь и чистить ковер, произнося заклинания с другого конца комнаты.
— Ты в порядке? Она тебе ничего не сделала? — решил наконец заговорить Джеймс.
— Нет, ничего серьезного. Просто чары помех… Но я здорово перетрусила и неважно себя чувствую. Думаю, это скоро пройдет, — Лили вздохнула и посмотрела
на брата. — Северусу досталось гораздо больше. Она пытала его… Это было ужасно, — Лили провела рукой по лицу, словно пытаясь стереть воспоминание о пережитом, и принялась сбивчиво рассказывать о случившемся, стараясь не сболтнуть лишнего. Ей было нужно выговориться, и Джеймс подходил для этого как нельзя лучше: он слушал, открыв рот.Наконец Лили закончила рассказ и с трудом поднялась с дивана.
— Надо отправляться к родителям, я обещала Севу. Но сперва пойду, возьму кое–какие ингредиенты. Надо будет сварить еще одно восстанавливающее зелье.
— Лили… — Джеймс виновато смотрел на неё. — Знаешь, наверное, он действительно тебя очень любит. Может, он и вправду не такой уж плохой человек, как я думал…
— Ну наконец-то до тебя дошло! — Лили ткнула Джеймса кулаком в плечо и направилась в лабораторию. — Надеюсь, у вас в Годриковом найдется приличный котел для варки зелий? Очень уж не хочется тащить свой…
Разумеется, Снейпу не удалось скрыть того, что для защиты он использовал беспалочковую магию. Во время допроса Беллатрисы данное обстоятельство, к его огромному сожалению, всплыло практически сразу, причем без помощи авроров, Веритасерума или легилименции. И это стало гораздо большим потрясением для всех присутствовавших на дознании, чем вся остальная информация, которую им удалось добыть из Беллатрисы и оборотня. И хотя Кингсли воздержался от обсуждения этого вопроса в присутствии авроров и Беллы, Снейп знал, что неприятного разговора ему не избежать.
— Почему ты не доложил о своих опытах в Министерство? — спросил Бруствер, как только Беллатрису увели и они со Снейпом остались в кабинете вдвоем. — Все новые исследования должны регистрироваться, ты прекрасно знаешь этот порядок.
В других обстоятельствах Снейп, наверное, постарался бы не вступать в конфронтацию с Кингсли, но только не сейчас. Беллатриса и так уже истрепала ему все нервы своими не слишком уместными, но весьма настойчивыми вопросами о том, как ему удалось напасть на неё без палочки, и порой ему казалось, что это она допрашивает его, а не наоборот. К тому же, только что ему впервые пришлось проникать в сознание оборотня. Как и следовало ожидать, оно сильно отличалось от человеческого, и хотя сопротивляться Сивый не умел совсем, контакт с ним вымотал Снейпа, пожалуй, даже больше, чем «общение» с Беллатрисой: на профессора обрушился неудержимый поток кошмарных образов, наполненных бешеной злобой и жгучей ненавистью к людям. Так что ни на какую дипломатию сил у него уже не оставалось.
— Я что, теперь должен отчитываться перед твоими людьми за каждое сваренное не по утвержденному рецепту зелье? — жестко спросил он.
— Это не зелье! Это принципиально новые исследования! Ты понимаешь, что проводил эти эксперименты безо всяких санкций? Мог хотя бы поставить меня в известность о том, чем занимаешься! А теперь ты меня подставил. Пойдут слухи, что я покрываю тебя, потакаю своим приятелям в проведении опасных нелицензированных экспериментов… Да мало ли что навыдумывают! — недовольно ворчал Кингсли.
— Можешь валить всё на меня. Моей репутации хуже уже не будет, — сухо заметил Снейп.
— Ты прекрасно знаешь, что я дал бы тебе разрешение на эту работу, — продолжал выговаривать ему Бруствер. — А так я выглядел перед моими ребятами полным дураком, когда выяснилось, что я ничего не знаю даже о теоретической возможности колдовства без палочки, не говоря уж о его практическом применении. Ты должен был сообщить обо всем в Министерство. Эти правила — не моя прихоть, они продиктованы соображениями безопасности!