Прикосновение
Шрифт:
Рука Бена взлетела. Годы привычки заставили меня отпрянуть от неё и поднять руки, чтобы защитить лицо от предстоящего удара.
Всё остановилось. Мой крик. Рыдания Лауры. Моё и Бена тяжёлое дыхание наполнило комнату.
— Реми, дорогая. Всё хорошо. Ты в безопасности.
Мягкий голос Лауры наконец дотянулся до меня сквозь охвативший меня кошмар. Я опустила руки и увидела замешательство Бена. Он хотел утешить меня, а теперь смотрел так испуганно, как будто действительно ударил.
Во мне будто что-то переключилось и гнев уступил место стыду. Меня затошнило, когда он отступил на несколько шагов и спрятал руки за спиной, чтобы казаться менее
Инстинктивно я обняла его за талию, чтобы попросить прощение и тут же по привычке и из-за раскаяния исцелила его нерегулярное биение сердца.
— Мне очень жаль, Бен. Прости меня, прости! — Под моей щекой его сердцебиение было сильным и я чуть не задохнулась, когда он ответил на мои объятия, при этом тщательно избегая ушиба на спине. — Я не это имела в виду. Мне жаль.
Его дыхание растрепало мне волосы.
— Ты имела в виду каждое слово, что сказала. И, Реми, я клянусь, что никогда не причиню тебе боль!
Я должна была убраться подальше от него и сильных эмоций в комнате. Когда я упёрлась в грудь Бена, он неохотно отпустил меня.
— Я верю тебе, что ты не будешь меня бить, но ты можешь причинить мне боль.
–
Когда он захотел возразить, я подняла руку вверх. — Я не Люси. Я не выросла в твоём безопасном доме, где меня целовали и рассказывали на ночь историю, прежде чем отправить спать. Я люблю Люси, но иногда я ненавижу тебя за то, что ты любишь её больше. Так как ты не можешь сказать мне, что на земле есть хоть что-то, чему ты позволил бы забрать её у тебя. А меня ты отпустил.
Бен сглотнул и молчал. Казалось вот вот вспыхнет головная боль и я потёрла лоб.
— Извини, Бен. Я не хочу делать тебе больно, но я уже долгое время сама забочусь о себе. Я научилась без тебя, как выживать и теперь не могу изменить этого, только чтобы ты почувствовал себя лучше.
— Чего ты хочешь от меня?
— Я хочу… я хочу то, что ты уже предложил мне. Будь моим другом. Никаких психотерапевтов и ни в коем случае никаких заявлений, будто знаешь, что для меня лучше. Поверь мне.
Бен сделал шаг вперед.
— Это я могу сделать, но и ты должна сделать кое что для нас. Теперь я твой опекун, как в радости так и в горе. Нужно установить правила.
— Это справедливо. — В попытке вернуть к нормальность, я улыбнулась, даже если улыбка казалась была из пластика. — Как выглядят твои правила для свиданий?
В этот раз вперёд вышла Лаура и взяла Бена за руку.
— Свидания это привилегия. Если твои оценки будут страдать, привилегия аннулируется. В школьные дни самое позднее ты должна возвращаться домой в десять часов вечера, в выходные, в полночь. Ты всегда рассказываешь нам, где будешь находиться и сначала мы хотим познакомимся с парнем.
Её речь прозвучала так, будто она её отрепетировала, как будто тоже самое продекламировала Люси.
— С этим я могу жить. Ашер Блеквелл будет здесь завтра утром, чтобы взять с собой в школу. Тогда и сможете познакомиться с ним. — Имя Ашера что-то сказало Бену, его глаза вспыхнули и он кивнул.
— Хорошо.
Обессиленная я повернулась, чтобы уйти. Когда я проходила мимо неё, Лаура коснулась моего плеча, а я извиняясь сжала её руку. Я никогда не планировала, чтобы в этот вечер всё так обострилось и больше всего мне хотелось спрятаться в какой-нибудь дыре. Я взбежала вверх по лестнице и уже находилась на верху, когда Бен позвал меня. Он стоял у подножия лестницы, положив одну руку на перила.
— В одном пункте ты ошиблась.
Я не люблю Люси больше, чем тебя, Реми. — Я не знала, как реагировать на честность в его голосе. Я только кивнула, развернулась и нажала на ручку двери моей комнаты. — Спокойной ночи, Реми! — крикнул Бен мне вслед.Глава 18
О сне невозможно было и думать. Я не могла поверить в то, как атаковала Бена. Я пришла в такую ярость и хотела своими словами затеять скандал. То что я могла так обращаться с тем, кого любила, шокировало меня и на следующее утро я едва осмеливалась посмотреть в зеркало.
Когда я выходила из своей комнаты, раздался звонок в дверь. С верхней части лестницы я услышала, как её открыл Бен и приветствовал Ашера сердечным тоном.
— Привет, Ашер. Заходи. Реми ещё наверху.
Ашер ответил в очаровательной манере, которая у него была наготове для взрослых.
— Мистер Омалли. Приятно снова встретиться.
Я знала, что подслушивать некрасиво, но ещё пока не могла предстать перед Беном и назад вернуться в комнату мне тоже не удалось. Я опустилась на верхнюю ступеньку и слушала, как они прошли в гостиную. Звучало так, будто Бен предложил Ашеру сесть. Их близкие отношения напомнили мне кое что, о чём мне рассказала Люси ещё в самом начале, что-то вроде того, будто Ашер и Габриель купили у Бена парусные судна, которые позже во время регаты превратили в металлом.
То, что они были бессмертны, Бен точно не знал. Но возможно для него уже было достаточной причиной беспокоится лишь из-за того, что мы с Ашером были парой.
Бен прокашлялся.
— Реми вчера вечером упомянула, что вы встречаетесь. — Ашер казалось что-то понял по голосу Бена.
— И вы этому не рады?
— Честно говоря, я беспокоюсь. Ты показал своим поведением в прошлом, что немного безрассуден, и я не уверен в том, что что-то подобное сейчас будет ей на пользу.
— Мистер Омалли, такую как Реми я ещё никогда не встречал. Я никогда не допущу, чтобы ей кто-то навредил, включая себя самого. — Страсть в его обещание я узнала из тех многочисленных разов, когда он мне клялся, что будет защищать меня.
Голос моего отца прозвучал удивлённо.
— Она тебе нравится. — Это был не вопрос, но Ашер всё равно ответил.
— Да, сир.
— Она рассказывала тебе что-нибудь из своего прошлого? — Перед лицом заметного напряжения Бена я прижала колени к груди, чтобы успокоится.
Теперь Ашер был осторожен.
— Немного. Прямо сейчас она скорбит по матери. Она винит себя в смерти Анны.
— Она рассказала тебе об этом? — Голос Бена был не только удивлённым, но так же немного обиженным, и я знала, что это из-за того, что не доверилась ему в этом вопросе. Он не знал, как мне было тяжело поговорить с ним, что мои чувства по отношению к нему были путаницей из любви, недавно обретённой, и старого, горького разочарования.
Раньше я придавалась фантазиям, как я отплачу Бену за то, что он оставил меня на произвол судьбы. Но с тех пор как я полюбила его, произошли удивительные вещи.
Если я причиняла боль ему, это в свою очередь причиняло боль мне. Моя защитная стена была опущена вниз и у меня было такое ощущение, как будто Ашер читал мои мысли уже с того момента, как зашёл. Моя голова покоилась на коленях и я внушила ему мысль, которую вчера вечером не смогла сказать Бену вслух.
Ашер, пожалуйста, дай ему понять, что я люблю его.