Чтение онлайн

– О! Галочка, а на допросе что будет!
– пошутил Олег, заметив это.

– Что, будет обязательно допрос? Вызовут к следователю?

– Я не знаю где, но допрос будет, - уверенно сказал Олег.

Максим продолжал молчать. Олег посмотрел на часы. Максим понял шефа без слов, вышел, пошел прогревать машину. Олег попрощался, тоже ушел. Галина осталась одна в своем кабинете.

В сейфе - расписка от Елышева о получении денег за кафе "Пирамида", написанная от руки. Кафе изначально, до строительства, было оформлено на имя Захаровой Галины Ивановны, и все стройматериалы закупала она, но на деньги Елышева. Узнают там про их сделку? Галина себя ругала за женскую болтливость, хотя какая

разница, может, даже к лучшему. Олег узнал, у него связи, он предупредил ее. Все звонки из облисполкома фиксируются, тем более ночью. Там уже знали о звонке Елышева. Фигура заместителя председателя облисполкома в области далеко не последняя. Он возглавлял оценочную комиссию, где принималось решение, можно или нет отдать в аренду кооператорам данный объект торговли. Видимо, пришло время, когда для достижения цели все средства хороши. Идет дележ пирога, и кому достанется лучшие его доли? Пирог, который считался государственным, общим или ничейным, обретет своих "хозяев". Это было первое громкое убийство, а то, что это хорошо спланированное и замаскированное убийство у Галины уже не оставалось сомнений.

Зазвонил телефон. Звонили из СИЗО, недавний знакомый Галины, Виктор Прохоров, оперуполномоченный СИЗО. Галина познакомилась с ним, когда приходила на свидание к Виктору. Видимо, она произвела большое впечатление на старшего лейтенанта. Он не раз звонил, приходил в кафе, будто случайно. Предлагал встретиться, где-нибудь посидеть. Галина не воспринимала его ухаживания серьезно. Но вчера, вспомнив рассказ Зуба о Вике, когда они ее пьяную подвезли до дома на Шендрикова, через Прохорова она решила узнать, не приходила ли Вика на свидание к Виктору.

– Галина Ивановна, я все узнал. Нет, Вика Нестерова в этом году на свидание не приходила. Была она один раз в один день с вами, еще перед Новым годом. Виктор нормально. Получил приговор и остался отбывать наказание в СИЗО. Я думаю, это правильное решение. Народ в хозяйственной обслуге спокойный. Его посылают учиться на повара. Да, у нас в системе ИТУ курсы организовываются всегда, учим на газооператоров, поваров. Где учим? На базе МОБ. Что это такое?
– Виктор засмеялся. Да, вполне понятные в их кругу слова для постороннего человека -загадка.
– Это такая больница, у нас своя межобластная больница на улице Кутузова. Может, видели забор с колючей проволокой?

– Я ежедневно мимо него на работу в кафе проезжаю. Спасибо, Виктор Сергеевич, за хлопоты.

– Пустое, Галина Ивановна, я всегда рад вам пусть немного помочь. Обращайтесь, не стесняйтесь, если возникнет необходимость. А лучше просто и без необходимости, - Виктор явно давал понять, что Галина ему очень нравилась.

– Времени у меня очень мало. Я с виду - женщина, а внутри - кооператор. Со мной вам неинтересно будет. Еще раз спасибо, - Галина положила трубку.

Она не хотела обидеть Прохорова своим категорическим отказом, рассчитывая, что оперативник Прохоров неглупый человек, поймет все сам: не надо строить планов на их отношения. Галина снова закурила.

– Курить стала, как сапожник, - сказала она сама себе вслух.

Значит, Вика не пошла на свидание к Виктору, что ее остановило? Совесть? Это вряд ли. Может, помирилась с Лобовым? Хотя, конечно, это не ее дело. Своих проблем на троих. Еще Елышев. Надо было ему позвонить. Уже 22.00. Галина стала собираться домой. В дверь робко постучали. Заглянула Света, официантка из зала:

– Галина Ивановна, к вам пришли.

За спиной Светы она увидела высокого мужчину в куртке - аляске.

– В 22.00 ночи?
– удивилась Галина, хотя поняла, кто этот мужчина.
– Заходите, коли пришли.

Мужчина зашел, закрыл за собой дверь.

– Галина Ивановна, извините ради бога за поздний визит.

Я следователь, я мог вас вызвать к нам завтра, но решил не делать этого, встретиться в более привычной для вас обстановке, чем кабинет в здании КГБ. Но если вы возражаете...
– следователь не договорил, что он сделает, если Галина возражает.

– Нет, что вы, раз уже пришли. Задавайте свои вопросы. Ручка с бумагой у вас с собой или вам дать?
– Галина заметила, что в руках у следователя ничего нет: ни папки, ни портфеля. Вопрос был задан с явной издевкой, и Галина даже стала ругать себя за несдержанность. Наверное, в СССР одно слово КГБ внушало страх и опасение.

Галина вообще-то всегда старалась соблюдать закон и не шла на ухитрения, чтобы обойти его. Не считая выплату левых процентов за "крышу", но это себе в убыток. Налоги государству она тоже платила в полном объеме, конечно, минусуя от прибыли проценты за покровительство Короля.

– Я Павел Николаевич Скрыльников, старший следователь КГБ, капитан, - представился вошедший следователь.

Галина теперь внимательнее рассмотрела его. Высокий, черноволосый, нормальный внешности, лет тридцать. Мужчина как мужчина, в куртке-аляске без шапки.

– Можно мне снять куртку? Жарко у вас. Куда повесить? Спасибо, - поблагодарил следователь, вешая куртку на указанную Галиной вешалку. Одет он был в костюм, темно-голубую рубашку с галстуком. И вообще - весь опрятный, ухоженный. "Видимо, жена хорошо следит за своим мужем", - подумала Галина. В кармане костюма лежала большая записная книжка, половину было скрыто в глубине кармана. Скрыльников достал эту книжку, открыл необходимую страничку, видимо, там были записаны данные на Галину.

– Галина Ивановна, еще раз извините за поздний визит. Я постараюсь быть кратким, а потом даже отвезу вас домой, я на машине, а вы сегодня пешком, - Скрыльников пометил что-то в своей книжке.

"Все уже знает, даже, что пешком". Галина всю ночь не могла заснуть, часа в три налила себе 50 грамм коньяку, а утром ехать на машине не решилась.

– Галина Ивановна, в каких отношениях вы были с Елышевым Игорем Григорьевичем?
– задал обычный первый вопрос следователь.

– Я была одной из его многочисленных любовниц, - не задумываясь, ответила Галина.
– Я открывала кооператив, и Елышева не обойти. Я на свое несчастье обладаю неплохой внешностью. Он начал ухаживать.

Павел не ожидал такого прямого ответа, он даже глаза поднял на Галину:

– Не скромничайте, Галина Ивановна, - поправил он, - вы обладаете красивой внешностью. Но ресторан "Донские зори" и женская парикмахерская, теперь это салон красоты, перешли к вам, когда вы расстались со своим компаньоном Александром Сергеевичем Воробьевым. Думаю, тогда у вас проблем с Елышевым не было. Потому что отец Александра - Сергей Павлович Воробьев, ныне пенсионер союзного значения, был шеф Елышева. А ваши отношения с Александром, как все считали, шли к свадьбе.

– Считать со стороны всегда лучше. Александр пил, и я, если интересовала его, то как красивая игрушка рядом. Или раз в месяц для удовлетворения какой-нибудь пьяной фантазии, например, потанцевать голой на столе. Вас это интересует?
– Галина нервно достала сигарету, закурила.

– Нет, подробности вашей интимной жизни с Александром Воробьевым нас не интересуют, - серьезно ответил Скрыльников.
– Итак, как я понял, после раздела кооператива вам стало тяжело держаться на плаву. Основной доход от спиртного стали урезать. Зачастили комиссии, в ноябре их три было. Вам нужен был сильный, в смысле обладающий властью покровитель. Елышев, который еще при Александре делал вам комплименты, сделал недвусмысленное предложение, и вы не отказались. Я правильно говорю, ничего не придумываю?