Предлесье
Шрифт:
— Так и сделаем. — Сказал поляк.
Рустам завёл мотор и нажал на педаль газа. «Вояж» раскачивался на разрушенной дороге, кренился с бока на бок.
Асфальт раскрошился от чудовищно быстрого разрастания «Леса», покрылся буграми и ямами.
Метры давались автобусу не просто, даже с новой подвеской и колёсами. При старых комплектующих, он бы встрял.
Но иногда, попадались нормальные участки дороги, немного, покрытые трещинами и свежей растительностью из них выпирающей.
Знакомую эстакаду, Рустам был вынужден объезжать. Она вся развалилась из-за росших рядом деревьев.
Алес
— Что страшно вокруг смотреть? — Спросил Вадим у друга.
— Трохен.… Да. — Через силу признался поляк. — Как в страшным сне. — Договорил он и пошёл к следующей бойнице.
— Мне тоже это всё на страшный сон кажется. — Сказала Арина, положив голову на ляжки мужа. — Столько смертей, крови… Люди гибнут не знамо от чего.… И этот «Лес». Я часто смотрела на него через окно своей камеры, и потом он снился мне в кошмарах.
Вадим погладил жену по плечу, нежно, как котёнка.
— Я всё думала, как же нам дальше жить, при таком. Что с нашим ребёнком станет, как нам его растить.… Сможет ли папа нас найти.
— Может, расскажешь, кто он такой? Точно ведь не обычный глава юридической фирмы. И что, и вправду бандит бывший, слухи не врали?
— Ну как бандит… Он проблемы с законом решал, у некоторых не хороших личностей. У него связи ещё со времён учёбы в вузе были, и он ими пользовался. Помню даже как к нему домой приходили люди за помощью. Все как те бандиты из «Жмурок», что ты недавно смотрел. Так что, может и он бандитом был,… не знаю… Я, пыталась всю жизнь об этом не думать. Но сейчас он хороший человек. Он мне обещал, что прекратит дела с всякими там Борисами.
— Видимо не совсем он свои дела забросил, раз Клык после его звонка, с тобой обходительный был.
— Видимо да, но я всё равно хочу, чтобы он нас нашёл. Ты ведь понимаешь, какой бы он ни был, он мой отец. Ближе него у меня только ты. — Арина посмотрела в глаза мужу.
— Понимаю. Я всё понимаю.
Ксения, стоящая рядом на коленях, устало вздохнула.
— Что с тобой? С Ильёй проблемы? — Спросил Васильев.
— Хреново мне. — Ответил за медичку Илья. — Даже лежать трудно.
— Он много крови потерял. Вся одежда вон, в крови. Переливание нужно.
— Ну, так давай сделаем. — Сказал Вадим.
— Здесь нельзя. Не при такой качке. Легко можно напортачить. Вот до деревни дотянем и тогда сделаем. У тебя хоть какая группа крови дурачина?
— Вторая положительная.
— У кого вторая положительная группа крови? — Спросила у всех Ксения.
— У меня. — Быстро крикнул Рустам, не оборачиваясь. У него сегодня было самое трудное вождение в жизни.
— Ну, пиздец. От этого ещё теперь кровь перекачивать. — Сказал Илья.
— Не привередничай. — Посоветовала Ксения.
Вадим услышал в голосе медички некоторые нотки, намёк для Ильи. Ей тоже не нравился Рустам, за ту мимолётную слабость, просто она в отличие от бугая, не осмеливалась высказывать недовольства вслух. Словно она имела право хоть кого-то в чём-то упрекать, после внезапного раскрытия её вранья. Васильев не забыл, как она прятала тушёнку в рюкзаке,
рассказывая, что у неё всё украли. Все насчёт этого молчат, не напоминают, потому что повода не было, да и Ксения со всеми обходительная с тех пор.«Вояж» обогнул Вологду. Чёрт знает сколько часов и топлива на это убил. Вот только когда он от города стал отдаляться, солнце уже было в зените.
Между деревьев проходили яркие полоски света. Под самими кронами древесных чудищ, всё так и царил полумрак. Крупная листва на ветвях, росла очень обильно, не пропуская часть света через себя. Так что возле стволов деревьев всё так же клубилась зеленоватая дымка. Алес это подметил и запомнил. Дымок испаряется под действием солнечного света. Полезная информация. Подобная и жизнь может спасти.
— Эй, дед, показывай, где твоя деревня-то хоть. — Сказал Рустам.
Старик оторвался от радио, кряхтя, встал и, пройдя через весь салон, подошёл к водителю.
— Так сразу и не поймёшь. Всё изменилось ведь. — Сказал Борис Климентьевич, почёсывая репу.
— Прекрасно бля. Может я еду не туда, а вы мне даже об этом сказать не можете.
— Ну, уж простите, что здесь всё хуже, чем после бомбёжки. Вы б, наверное, тоже родной город сейчас не узнали.
Эти слова Рустама разозлили.
— А вот про мой город не надо тут! — Крикнул он и замолк.
Проползли по разрушенной дороге ещё час. Поездка по ухабам всех утомила и Рустама попросили остановить треклятый автобус.
— Нет, так справа не пойдёт. Разведку надо спендзиць.
Вадим хотел подняться и предложить свою кандидатуру, но Арина его удержала. Не одобряла она вдруг разыгравшегося геройства муженька.
Марку пойти в разведку, никто из-за сына не предложил. Илья был ранен. Ксения врач. Рустам водитель. Старик, старик.
Алес вздохнул и, взяв противогаз, самолично вышел наружу.
— Какое хоть назва искать? — Спросил он у старика, прежде чем уйти.
— Справа от дороги должен быть указатель, с названием «Михалёво».
Поляк кивнул и пошёл вперёд, переступая через ямы и выпирающие из асфальта корни.
Дед перекрестился ему вслед, пробормотал нечто уберегающее.
— Хоть бы вернулся. Без него пропадём. — Сказал Борис Климентьевич после быстрой молитвы.
— А кто если не он? Ещё один боец у нас валяется бледный как смерть. — Спросил его Рустам.
Старик промолчал.
Поляк всё отдалялся, осматривая по сторонам и держа оружие наготове, пока совсем не исчез из вида.
Люди замолкли. Даже Илья перестал издавать страдальческие звуки. Все стали прислушиваться.
Поняли пассажиры автобуса, всю свою беззащитность без солдата, только стоило тому уйти. Если сейчас к автобусу не дай бог что-нибудь подкрадётся и потом нападёт, что они будут делать? Растеряются, конечно же. Это там, в тюрьме они сражались с людьми, с понятным противником, да и просто выбора тогда не было. Беги, проливай кровь, или умирай вместе с остальными, вот и всё, из чего тогда могли выбирать эти люди. Они были зверьми, которых заперли в клетке и драконили несколько недель подряд. Но теперь, они снова люди. Испуганные, жалкие люди в стальной коробке. Наведайся к ним, и получишь кучу свежего лакомства.