Чтение онлайн

– Напрасно, - король вдруг посерьезнел, словно речь зашла о чем-то важном.
– То есть, я имею в виду, они не того боятся. Внешность - далеко не самое страшное, что в вас есть.

Как бы в подтверждение его слов, лошади захрапели, заржали и заплясали на месте. Впрочем, когда пугающий пассажир скрылся в недрах кареты, немного успокоились и двинулись мерной рысью.

Харган пребывал в некотором смятении. Сам он отлично знал, что внешность - не самое страшное, но никогда не слышал этого вслух от других людей. До сих пор это приятное чувство, что тебя понимают, он испытывал только при общении с наставником. Понимание со стороны постороннего человека

было странным и непривычным.

– А вот Алиса все время пугалась зубов...
– непонятно зачем вдруг вспомнил он.

– Глупая женщина...
– фыркнул Шеллар.
– Можно подумать, вы этими зубами кусаетесь.

– Кстати, ее тоже казнили?

– Нет. Знаете, как раз ее я сентиментально пощадил. Все-таки когда-то она была моей фавориткой, и подарила много приятных воспоминаний. Неприятных тоже, но к дамам я всегда был снисходителен. Даже когда они вслух называли меня уродом.

– А ты действительно по местным меркам такой уж урод?

С противоположного сиденья донеслось невеселое хмыканье.

– По вашим меркам это расценивается иначе?

– Две руки, две ноги, - начал рассуждать Харган, - Глаза, нос и рот на месте, вся кожа одного цвета, внутренние органы нормально развиты. Рост не выходит за пределы нормы. В чем заключается уродство? Только в нарушении формы лица?

– Не в самом факте нарушения, а в его восприятии с эстетической точки зрения. У вас существует понятие красоты, или физиологическая норма уже считается пределом мечтаний?

– Существует. Только оно отличается от вашего и редко встречается во плоти.
– Разговор явно уходил куда-то не туда, и демон решил сменить тему.
– Далеко ехать?

– Не очень. А что не так с порталами, что вам потребовалось сверять карты?

– Подозреваю, что мне подсунули фальшивую.

– Это интуитивное подозрение, или обнаружились фактические несоответствия?

– Не слишком ли много вопросов ты задаешь?

– Выберите тему для беседы сами. Возможно, у вас есть ко мне какие-либо вопросы?

– Есть.
– злорадно ухмыльнулся наместник.
– Например, подробный план твоего дворца и расположение охраны.

– Все это будет в вашем полном распоряжении, как только мы достигнем согласия по основному вопросу наших переговоров, - невозмутимо ответствовал Шеллар, и неясно было - то ли он не уловил издевательского подтекста вопроса, то ли ответ был настолько же издевательским.
– И дворец, и охрана, и казна, и даже Камилла.

– Ты собираешься подарить мне одну из своих женщин?
– Это действительно было смешно. Как будто не понимает, что они и так будут принадлежать наместнику Повелителя. Со всеми потрохами.

– Женщины у нас не являются собственностью. По крайней мере, незамужние. Они свободны выбирать себе любовника. Но готов спорить, что Камилла с Алисой повыдергают друг дружке все волосы за право пользоваться вашим расположением.

– И здесь корысть...

Презрение, которое пытался высказать Харган, получилось на удивление горьким.

– Простите, я полагал, что вас не интересуют их мотивы. Мне даже в голову не приходило, что вы нуждаетесь в чем-то большем, чем просто секс. Судя по тому, с какой легкостью и жестокостью вы насилуете и убиваете, трудно предположить, будто вас привлекают возвышенные чувства. Согласен, продажная любовь безнравственна. Но на мой взгляд все же нравственней, чем насилие.

– С чего ты взял, что меня беспокоит ваша нравственность?

– В таком случае, с каких позиций вы осуждаете корысть?

–

Мне противны трусы, предатели и корыстолюбцы. Не потому, что это "безнравственно", а потому, что вызывает отвращение лично у меня. По долгу службы мне приходится с ними общаться, использовать их, хвалить и поощрять. Но сколько бы ни уверял наставник, что они необходимы и полезны, мне все равно противно.

– Вы никогда не задумывались о причинах?

– Мне делать больше нечего, как предаваться философским размышлениям.

– Я понимаю, на это может не хватать времени, но неужели у вас не было даже желания понять? Спросить у наставника, например, если вам столь неприятно анализировать собственные помыслы.

– У меня не возникало даже мысли, будто их надо зачем-то анализировать.

– И напрасно. Разбираясь в мотивах собственных поступков, начинаешь лучше понимать психологию других людей. Это очень полезно. Вот я, например, понимаю истоки вашей неприязни к трусам и предателям. Если желаете, могу объяснить. Кстати, затем вы можете спросить то же самое у наставника и сравнить, насколько совпадают наши суждения.

Харган отодвинул занавеску и выглянул в окошко. Карета только приближалась к городским воротам. Времени еще много.

– Это и вправду любопытно. Объясняй.

– Вы служите Повелителю с детства. Он сам воспитал вас, я не ошибаюсь? И воспитал именно для того, чтобы иметь верного, преданного последователя. Неудивительно, что наставник целенаправленно развивал в вас необходимые качества. Верность заложена у вас на уровне подсознания, любая мысль о том, чтобы предать того, кому вы служите, для вас кощунственна. Наставник никогда не платил вам денег за службу. Он платил любовью и пониманием, что несравненно ценнее. Ваши отношения всегда были выше низменных материальных расчетов. Вы служите бескорыстно, лишь из любви и уважения. Именно поэтому у вас вызывает резкое неприятие тот факт, что некоторые служат за деньги или иные блага, и легко поменяют хозяина, если предложить им больше. Подозреваю, что слово "нравственность" никогда не звучало в ваших беседах с наставником, но все то, что он в вас воспитал, есть именно прочный моральный стержень, какой и должен быть у любого достойного человека.

– Действительно любопытно. Откуда такая уверенность?

Свет факелов, освещавших ворота, проник в окошко, осветив на миг лицо разговорчивого короля. Улыбка его величества оказалась удивительно мягкой и грустной.

– Нас, младших принцев, воспитывали примерно так же. Долг, честь, преданность, благо государства, служба короне... Так же как и вы, мы служили честно и бескорыстно, и для нас было немыслимо брать взятки, красть из казны или как-либо иначе пренебрегать интересами короны ради собственных.

Болтун просто напрашивался на щелчок по носу, и Харган не удержался.

– А вот то, что ты делаешь сейчас - как это согласуется со всеми высокими словами, что ты наговорил? Долг, честь, преданность - красиво звучит. А на деле ты сейчас сидишь передо мной, предлагаешь все, что я пожелаю, чтобы спасти свою шкуру и хоть толику власти, и разговариваешь при этом, как раб с господином.

– Все воспитанные люди так разговаривают друг с другом. Вы провели достаточно времени в этом мире, чтобы понять столь простой факт, так что, не передергивайте. Если передо мной оказался невоспитанный собеседник, который хамит и обращается ко мне свысока, это не причина опускаться до его уровня. Что же касается всего остального... Объясняю в упрощенном виде. Что, по-вашему, есть долг короля?