Последний Хранитель
Шрифт:
Нашим самым большим сокровищем была жизнь. Нас осталось так мало, что каждый погибший воин, каждая убитая т'ангайя, что так и не стала Зовущей, были для клана тяжелейшей потерей. Когда-то наша жизнь была легче и безопаснее, а смерть одной или двух т'ангай не грозила гибелью всему народу. Тогда Повелители еще не взялись за нас всерьез. И никто из Зовущих даже подумать не мог, что им придется рожать полукровок. Когда узнают, что мы подзываем самцов из других кланов, на нас станут охотиться не только Повелители.
Повелители Врат – они назвали себя Повелителями, а сами всего лишь жалкие и неблагодарные
Они многому научили нас. Мы были первыми среди т'ангов, что пришли в новый мир. Мы научились жить в этом мире, и мир принял нас. Мы были хорошими учениками и успели многое узнать. Больше, чем т'анги из молодых кланов, даже больше, чем сами Повелители. Из-за этого они и охотятся на всех Ипш. Я слышала, что в остальных кланах убивают только чарутти.
Мы знаем то, чего Повелители не знают: им не вернуться в свой мир. Уничтожив Мосты, они уничтожили выход из этого мира. Но оставили вход, много входов, и эти входы они назвали Вратами. Они держат Врата закрытыми, но если их не открывать, то Врата выломают и все едино войдут. Врата потом опять закроют, но раз выбитое выбьют еще и еще, а потом на месте Врат появится огромная открытая рана, и всякие твари станут заходить в наш мир, как к себе в нору.
Так учил меня наставник, так учил его Хранитель Моста. Он говорил, что можно жить возле реки, кормиться от нее, встречать ее гостей и укреплять ее берега, а можно сражаться с рекой, перегораживать ее, и однажды вода придет в твой дом.
Наставник многое знал, многое видел, когда путешествовал со своим наставником. Не все Хранители брали Учеников из норторов. Наставник моего наставника тоже не хотел учить гордых глупцов. Он говорил, что опасно давать много силы в руки глупого. Но ему не поверили. И тогда он перестал появляться на Совете. У наставника моего наставника было много учеников, и не только из клана Ипш. Даже когда началась Война, он продолжал учить. Жаль, что я не успела узнать все, чему он научил моего наставника...
Была большая облава, были смерти и убийства, был плен... потом было бегство из плена. Я справилась и без воинов клана. Я знала, что если они не уйдут из мира живых, то будут защищать то, что останется от клана. Если не уйдут... и если от клана что-то останется. А если не осталось ничего? А если я – последняя?..
Я постаралась избавиться от страшных мыслей и решила посмотреть на тех, кто незваными пришел в убежище. Пока Карающая – это проклятие нашего мира – убивает все живое наверху, здесь, в убежище клана Ипш, прячутся чужаки.
После смерти наставника я должна защищать и оберегать клан. И если для защиты надо будет забрать жизнь у чужаков, ни один из них не выйдет из убежища. Они сидели у реки, ели речных тварей, а кое-кто съел свое и поглядывал на чужое. Они были такие разные и... такие одинаковые, уверенные в своей силе и безопасности, и никто из них не знал, как легко я могу забрать их жизнь, как просто мне...
И тут я УВИДЕЛА.
Наставник говорил, что придет день, когда я смогу видеть звериную сущность человека и человеческую – зверя. Я уже видела эту сущность, но недолго, и один только раз. Это была совсем еще молоденькая Ипша. Ее убил живущий-в-песке, а я... я только смотрела, но
ничем не помогла ей. Даже шевельнуться тогда я не смогла. Четыре сезона минуло с того дня, но я больше не видела. И вот теперь, здесь...Они сидели, все семеро, а возле каждого из них я видела их сущности, незримые для простых т'ангов. Рядом с каждым человеком сидела его звериная половина, рядом с лежащим Кугаром – его человеческая.
Я не сразу поверила, что снова могу ВИДЕТЬ, а потом, когда немного привыкла и успокоилась, заметила возле вожака этой странной стаи...
Поверить в такое было еще труднее. Я несколько раз отворачивалась, смотрела на других, потом опять на него, но его сущность, его тайная половина оставалась той же самой.
Вожак был Люуй-я.
«Приносящий Удачу, Отмеченный Дорогой, Гонимый Ветром, Не Знающий Покоя... У него много имен – каждый клан, каждый народ называет его по-своему.
Его боятся и ненавидят, изгоняют и проклинают. Им восхищаются, его благодарят, о нем помнят, его ждут и зовут. Одно из его имен – Странник, другое – Путник.
У него много врагов – и живых, и уже покинувших мир живых. У него мало друзей – еще живых и много уже покинувших мир живых. Кого-то он убил сам, кого-то предал, кого-то оставил умирать позади, когда Дорога опять позвала его.
Его враги счастливее его друзей – враги обретают покой после встречи с ним, а друзей ждет все, что угодно, но только не покой, а в конце те и другие покидают мир живых.
Люуй-я редко рождается в нашем мире. И в этом наше счастье. Те, кто искали встречи с Люуй-я, никогда не находили его.
«Если ты когда-нибудь встретишь Люуй-я...»
Помню, наставник тогда долго молчал. Просто сидел, смотрел прямо перед собой и молчал. В тот последний сезон он часто стал так замолкать. Он был старым, мой наставник, он быстро уставал и много отдыхал, но он был лучшим из всех чарутти! Мне, как всегда, не хватило терпения дождаться, когда он опять заговорит со мной, и я спросила, зная, что могу и не получить ответа:
– Что тогда делать?
– У меня нет для тебя совета. Если ты встретишь Люуй-я... ты сама решишь, кем стать для него: другом, врагом или отойти в сторону с его тропы.
Тогда я еще не входила в убежище и даже не слышала о тайном городе Хранителей. Прежде был Ритуал.
– Город позовет вас, выберет одного или двух, позволит войти вашему духу и только потом примет ваше тело. Или не примет...
Так говорил наставник, постукивая пальцами по натянутой коже томта.
– Я пойду впереди – мой дух, а тело останется здесь. Кто сможет, тот пойдет за мной. Кто не сможет, не хочет или боится... Таким лучше не идти.
Спокойный, негромкий голос наставника и шепот томта. Их все труднее различать, они сплетаются друг с другом, как змеи в сезон зова. Все чаще мне казалось, что наставник давно уже молчит, а томта говорит с нами его голосом. Или это ветер говорит. Или песок. Или древний город под песком.
Нас было четверо. Четыре ученика чарутти. Надежда клана и... его проклятие. Мы сидели лицом к наставнику, слушали голос-рокот – наставника? Томта? Ночи, что подкралась незаметно? – и ждали, когда город древних позовет нас.