Под сенью клинка
Шрифт:
Князь в Хоржеше подобострастно кланялся владыке, устроив роскошный бал в его честь и успев отправить гонцов в ближайшие поселения. Но на присутствовавшего на балу представителя вампиров он смотрел лишь чуть менее подобострастно. Владыка уедет — кровосос останется.
До намеченной деревни, затерянной в лесах восточных окраин, добирались из Хоржеша верхом — магу, которого Дерек взял с собой, только предстояло наладить туда телепортацию. Число жителей в деревне увеличивалось — отнюдь не за счёт людей — и через три-четыре года она могла претендовать на статус города, пусть пока и крошечного.
К полудню доехали до развилки. Дальше на восток тракт уходил в болотистую непролазную топь, где полудикие племена оборотней добывали торф для империи. Дорога в деревню поворачивала на север.
Ближе к деревне начались сады. Люди, работавшие в них, с удивлением и опаской провожали взглядами всадников на хороших лошадях — не стал Дерек скрывать ни богатой одежды, ни дорогой сбруи. Как ни наряжай в лохмотья породистого жеребца, хуже он от этого не станет.
И всю дорогу от Хоржеша владыке мерещился внимательный и тревожный взгляд в спину. Несколько раз останавливались, таились за поворотом дороги, несколько раз съезжали с тракта в придорожные кусты, но соглядатая так и не увидели. Ингур прочесал лес вдоль дороги и тоже ничего не обнаружил и не вынюхал. Сейчас же взгляд пропал. Или затерялся среди таких же заинтересованных и настороженных. Спросить бы Ильма, да… владыка никогда не обращался к мечу, когда не видел его. А господин Хант принимать человеческий облик не считал правильным. И, что хуже всего, Дерек вовсе не был уверен, что взгляд в спину — это не взгляд его оружия.
У ворот их ждали. Староста — высокий, плечистый, моложавый, чуть прикрытый от осеннего солнца длинным плащом с капюшоном — низко поклонился, любезно и витиевато осведомившись, кто такие и каким ветром занесло столь важных господ в их захолустье, не забывая при этом извиняться, оправдываться государственной необходимостью и беспрерывно кланяться. На вышках — охрана в полном доспехе. Маг — старый, подслеповатый дед в некоем подобии кресла, — сидел на крыльце центральной избы.
Дерек спешился, отпустил повод — без присмотра коня не оставят.
— К чему вопросы? Веди — показывай, что приготовил.
— А почему владыка решил, что мы заранее знали о его визите?
— Хочешь, чтобы я усомнился в умственных способностях вечноживущих?
Староста оглянулся на мага, разодетого как на ярмарку, вспомнил, как два стражника вытаскивали того из хаты, а он всё голосил, что не предстанет перед владыкой в драном хрунье, что ещё помнит позапрошлый приход, что знаком лично с владыкой, и что тот его обязательно узнает.
Дерек специально выбрал самую отдалённую деревню — чем дальше от столицы, тем сильнее местная власть, а нарушений всегда больше. На первый взгляд всё было хорошо — чисто, аккуратно, крыши на избах перекрыты новой соломой, бабы в приличной, хоть и старой одежде. Ну так кто же в поле или сад, на пастбище или в лес по дрова-грибы, ходит в обновках?
— Хорошо, — владыка потянулся, разминая затёкшие мышцы. — Куда определишь на постой, староста?
— Вы рассчитываете задержаться надолго? — взгляд старосты нехорошо блеснул из-под капюшона, а верхняя губа чуть приподнялась.
— Клыкастый, ты обнаглел. Какое тебе дело?
— Мой дом всегда к вашим услугам, владыка, — склонился вампир в поклоне. — Семья переберётся на выселок, я останусь у своего помощника. Известить ли нашего князя о вашем визите?
— В этом нет необходимости. Я приехал поохотиться,, отдохнуть от дел.
Можно подумать, Земериул ещё ничего не знает.
Дерек подошёл к магу — стар, очень стар, почему бы? Что должно было случиться, чтобы маг перестал заботиться о внешности и отправился в дальнюю деревню служить вампирам? Подслеповато щурясь, дед заглянул ему через плечо и попытался приподняться. Дерек подал ему руку. Опираясь на клюку и сжимая трясущимися пальцами ладонь Дерека, маг выпрямился. К ним направлялся Хельм: ослепительно сверкая белозубой улыбкой — не хуже любого вампира. Серебристый хвост волос, стянутых на затылке, покачивался из стороны в сторону, заставляя всех женщин трепетать и бросать на тайного советника осторожные и заинтересованные взгляды. Разница была невелика — вампирши при взгляде на тайного не только замирали,
но и выразительно облизывались.— Владыка… — старик попытался согнуться в почтительном поклоне.
Дерек придержал мага, и, несмотря на сопротивление, усадил на место.
— Сидите, сидите. Ветерану не обязательно стоять даже в присутствии владыки. И уж тем более нечего поощрять этого зазнайку — советника по безопасности.
— Уважаемый Камет, владыка уже поздоровался с вами, — Хельм указал на Дерека.
Маг растерянно переводил взгляд с одного на другого.
— Как же так… Я же помню…
— Вы не переживайте. Я вас узнал, я помню ваши заслуги, и я обязательно выясню, как заслуженный маг оказался в далёком поселении, а не почивает на лаврах в столице.
Им ещё забирать старичка в столицу и разбираться, кто его довёл до такого состояния.
— Да, владыка. Мы это обязательно выясним. А почтенный Камет отбудет в столицу вместе с нами, как только на замену пришлют нового мага.
Разместились высокие гости с комфортом. Изба была новая, не простоявшая и года — староста-вампир пожелал отгрохать для себя и своих домочадцев хоромы согласно новоприобретённому статусу. Пять комнат, да ещё одно из помещений располагалось глубоко внутри и не примыкало ни к одной наружной стене дома. Многочисленные родственники, как принадлежащие к клану давно, так и укушенные и перерождённые недавно, видимо не имели доступа в эту комнату. Само предназначение её вызвало немало вопросов у Дерека. На кладовую не похожа, на столовую, хоть и оборудованную широким столом, тоже — ни табуреток, ни лавок. Для спальни в ней не было кровати. Для тайной пыточной или разделочной — следов крови. Хотя вампиры могли выпить её всю, не пролив на пол ни капли. Выученные за четыре года едва ли ни наизусть трактаты о вампирах о подобных помещениях в их жилищах не упоминали. Меч, может, и знал, но молчал. Из очень давних полунамёков Ильма следовало, что консультироваться с ним желательно исключительно в человеческом облике — потому как голос в голове может вредно повлиять на психику повелителя, и, соответственно, никаких признаков жизни клинок подавать и не думал, претворяя в жизнь давнее обещание — действовать владыка будет сам. И вообще — был ли он с ними?
Дерек повернулся к Хельму, но тот отрицательно покрутил головой, и вопросительно изогнул бровь. Комната ему тоже не нравилась, но предназначения её он не знал. Маг прошёлся вдоль стен, пытаясь отыскать следы заклинаний — опять безрезультатно.
Ночь прошла спокойно. Наутро тайный, вооружившись луком и всучив такой же Дереку, потащил владыку на охоту. Объяснил просто: раз сказали, что приехали охотиться, надо охотиться. Пока Дерек спал, Хельм успел выяснить, куда лучше идти, нашёл проводника-человека и сумел отбиться от проводника-вампира, усиленно навязываемого старостой. Ингур должен был за ночь прочесать окрестности и нагнать их по следу.
Проводник оказался мальчонкой лет двенадцати — шустрым и кареглазым. Как уж Хельму удалось его уговорить, Дерек не знал, но то, что паренёк долго отнекивался, испуганно глядя на старосту, и согласился только после его кивка, тайный поведал, как только околица скрылась за деревьями. Ничего необычного в этом Дерек не нашёл — дисциплина в деревне могла быть как в военизированном поселении. Мальчонка, сначала уныло бредший впереди, оживился, подобрал веточку, и теперь с самозабвением рубил ею головы воображаемого врага в виде лопухов и папоротников. Хельм его догнал, о чём-то заговорил, достал засапожный нож и протянул парню. Глаза у мальчишки загорелись — отказаться от такого подарка он не смог. Местные были напуганы. Давно. У Дерека на родине, что ни крестьянин — то барон, не меньше. На коня денег не хватает, а гонору — как у сына императора. А здесь… Молчат. Видно — недовольны жизнью, недовольны установленным порядком, у каждого если не пика есть, то вилы точно. Но молчат. И приезд владыки ничего для них не меняет. Не скажут ни слова. Владыка приехал и уедет, а им с вампирами под боком жить. Да и не в вампирах дело. Придёт любой достаточно хваткий человек, и — ему они будут подчиняться. А недовольны будут всегда. И как же тяжело, когда знаешь, что внутри — существо, способное ответить на все вопросы… пропадает желание мыслить самому. Зачем? Мечу виднее… и ведь неизвестно — свои это мысли, или навеянные оружием изнутри… Дерек в сердцах сплюнул.