Плесень
Шрифт:
Когда гордо пыхаешь огнём, вредно забывать, что поджечь можно не только то, что хотелось. Жизнь полна сюрпризов и непередаваемо коварна. Морда всегда найдёт грязь — спотыкались, знаем. Акиве прыгнул прямо через дыру и подхватил бутыль. Швырнуть её в бочину спускаемого аппарата было делом секунды. Рядом возникла Эва и вторая бутыль полетела следом. Сообразила подруга, что происходит или просто решила сражаться, делая как он, выяснять было некогда.
— Бежим в разные стороны! — закричал Акиве.
Он успел ещё толкнуть ближе к кораблю две оставшиеся бутыли и прыгнул прочь. Эва держалась рядом. Они рванули во тьму. Акиве не видел, как вялый огонёк
Пламя вырвалось вверх, пачкая небеса чёрным дымом, взвыл огонь. Кричали что-то вампиры. Акиве оглянулся, ныряя в ямку и увлекая Эву за собой. Оранжево-синяя стена жара плавила звёзды. Корабль оказался почти в её середине. Он ещё стоял на месте, должно быть пилоты не сразу поняли, что происходит.
— Тормоза! — крикнул Акиве, прежде чем упасть.
Не советовал — издевался. Хотелось полюбоваться зрелищем, но он ткнулся носом в прохладный мох. Осторожность победила. Кстати, очень вовремя. Грохот взрыва заглушил рёв пламени, пронесло поверху горячую волну. Акиве вжался в землю, пытаясь понять, что происходит.
Глава 8–3 Победившие сдуру
Он хотел прогнать пришельцев, напугать, хоть ненадолго сбить с курса. Что там случилось? Быть может, эти ненормальные перепачканные вампиры притащили снизу бомбу, а не только бензин?
— Лежи! — велел он Эве и осторожно выглянул.
Зрелище потрясало. Сбитое взрывом пламя опять поднялось, горел пропитанный нефтью мох, но гораздо ярче полыхал корабль пришельцев. Там вроде бы и нечему было воспламеняться, но густо вырывались зеленоватые языки нестерпимого жара, вбивали в небо чад.
— Ух ты! — сказал Акиве.
— Пусти! — Эва вывернулась. — Я тоже хочу посмотреть!
Акиве подвинулся. Он уже пришёл в себя настолько, чтобы оглядеться. Он помнил, что из дыры вылезло пять вампиров. Где они? Вняли предупреждению? В какие стороны побежали? Рядом он увидел только Люца. Парень сидел на мху и восторженно созерцал пожарище. Грязное лицо треснуло широченной ухмылкой. Ну хоть кому-то устроенный Акиве фейерверк пришёлся по душе.
О двух других кораблях вампиры забыли, но они почти сразу напомнили о себе — снова вокруг защёлкали пули.
— Бежим! — крикнул Акиве.
Он помчался туда, куда скрылся крыс. Инстинкт велел искать укрытия, зарываться в грунт, но вдруг проснувшееся самоуважение гнало в пекло. Привести зелёных в крысиный город, даже если не удастся выбраться самому. Столкнуть две силы, что хотят прибрать к лапам его землю.
Эва мчалась рядом, Акиве видел иногда её мелькающий плащ, но третьим в компании оказался Люц, а не Ивец — тот, как всегда, сумел ловко потеряться в суматохе. Голый грязный вампир стелился над землей скачками, а волосы, вместо того, чтобы развеваться красивой гривой, грязным колтуном неприлично шлёпали его по спине.
Акиве ничуть не пожалел о замене. Люц его деяние оценил и, даже если потом будет ругаться, то уже не так сильно. Подогрели его сердце пожар и взрыв. Раньше два вампира ходили стороной, но что как не приключение способно положить начало дружбе?
Сверху полетели какие-то снаряды, уже не пули, а бомбы. Из них вырывался удушливый газ. Акиве автоматически задержал дыхание. Этим бессмертных не возьмёшь, разве по черепу стукнет, да и то вампир почешется и дальше побежит. Головы у них изначально крепкие. Эва выругалась, глянула мельком в сторону врага. Рассердили её всерьёз. Вот рисковые! Пожалуй, стоит пожалеть
зелёных. Плохо им придётся, когда попадут в женские коготки.Бомба лопнула прямо перед носом, пришлось зажмуриться и пробежать так ближайший десяток метров. Акиве споткнулся и полетел кувырком, но сразу вскочил. В голове отчётливо звенело. Человек бы шею свернул или затылок разбил вдребезги. Полезно иногда быть вампиром. Приходится кстати.
За этой суетой и не заметили, как ворвались в котлован города. По бывшим улицам в панике метались крысы, их сразу откуда-то взялось очень много. Вампиры прыгали через всё, что попадалось под ноги, даже их нечеловеческая ловкость выручала с трудом. Люц ещё ухитрился на лету пнуть ступнёй рыжую спину и довольно усмехнулся, услышав хруст. Разозлили его грызуны, и Акиве по запаху догадался — чем.
Наверху, видимо, уже не знали, как достать этих прыгучих как мячики двуногих. Опять засвистели пули, но падали от них только крысы.
Творилось нечто невообразимое: газ тёк в долину, и грызуны начинали биться в судорогах, вдыхая ядовитые пары. Ещё живые в ужасе бросились к реке, но оттуда шёл другой корабль и тоже стрелял. Потом сверху пыхнули огнём, и ярко запылали шалаши деревни.
Акиве приостановился, чтобы оглядеться. На миг ему показалось, что время повернуло вспять и снова вокруг война, и люди на ней гибнут, и никто ещё не знает, как печально и пусто всё закончится. Рядом судорожно вздохнула Эва, выругался Люц.
Костры шалашей осветили округу. Пожалуй, именно этого зелёные и добивались: улучшали видимость. Приборы, конечно и так всё отметят, но глазами как-то нагляднее. А картинка сверху открывалась наверняка живописная: огонь, тусклые отсветы на близкой воде, мечущиеся крысы и три вампира, застывшие посередине, двое в серебряном и один в дерьме.
Близкая река манила. Казалось, прыгнешь в неё, догребёшь до дна, и никто не достанет, но почему-то вода пугала. Это ведь тоже ловушка, там даже быстро не побежишь, и какие ещё сюрпризы припасены у инопланетян для строптивой дичи? Электричество?
— Что дальше? — спросила Эва.
В глазах её отражались огни пожара. Оранжевые на голубом.
— Я, конечно, за то, чтобы искупаться, — сказал Люц, — но плохо понимаю, что происходит. Эти из-за облачных глубин почему взъярились? Интуиция мне подсказывает, что у вас и до финального взрыва были разногласия.
— Так мы им уже второй спускаемый аппарат гробим, — стеснённо усмехнулся Акиве.
Ему показалось, что он хвастается, а это нехорошо. Скромность украшает человека. Люц улыбнулся диковатым от грязи лицом.
— Слушай, аскет, а я, пожалуй, останусь: с тобой всяко веселее, чем с Саввой!
— Ты даже не представляешь, насколько! — ядовито вмешалась Эва. — Хватит болтать. Пора что-то делать.
Крыса в панике подбежала слишком близко к стоящим столбами вампирам, и подруга прибила её одним коротким ударом. Акиве сообразил, что дама разгневана, а значит, ему и Люцу могут следом прилететь примерно такие же затрещины, и надо быстро что-то решать.
— К реке! — сказал он.
Они не успели сделать и шагу. Мир вокруг сдвинулся, словно его дёрнули как струну. Пролетело мгновение тишины, а потом крысиный вой поднял ужас до небес и рассыпался на отдельные визги. Акиве покачнулся. Земля перестала держать, и он рухнул на четвереньки. Изображение перед глазами раздвоилось, и он упал на бок. Рядом стонала Эва. Люца он не видел, но вряд ли тому было лучше. Чем же это по ним вдарили так, что проняло даже вампиров?