Песнь Люмена
Шрифт:
— Видишь белый дым за окном. Это — Молочные Пути. Ночью они наползают на небо. Это замёрзший космический газ, он окутывает атмосферу планеты. Днём из-за звёзд его не видно. А ночью он проступает и загораживает небо. Молочные пути всегда тут, только мы их не всегда видим. О чём я тебе рассказывал вчера?.. Ах да… о северных оленях. Те живут далеко-далеко на севере, где попадаются круглые хижины из блоков льда. Говорят, некоторых девочек с детства приучают ездить на северных оленях. Их зовут маладами. Малада в четыре года должна сама выйти в пустыню и не смотря на метель и ветер, призвать оленя. Если девочка достойна — олень приблизится и позже будет выходить на её зов. Если нет — путь назад самой ей не пройти. Но это легенда, Росса.
Сестрёнка
— Я бы хотел верить легендам, — сказал он скорее себе, смотря за щель между вылинялыми шторами.
— Хотела бы полетать на птице? Вот было бы здорово, но мы бы там окоченеем за две минуты. Давай я лучше расскажу тебе сказку. Давным-давно жил на свете тот, кого называли Помдеем. Жил он среди скоплений газа в небе и было ему очень скучно. Везде одно и то же, куда ни глянь — замороженные звезды, на каждой темно и так холодно, что выживают только громадные существа поросшие длинной шерстью и с бивнями с меня ростом. Да чудовища на дне океанов. Вот он и решил поделиться чудом, которое у него было. Тогда Помдей послал на одну из планет огонь и тот пробудил ото сна мир. От огня родились и кристаллы, и люди, и животные различные, и растения. Только остальные замёрзшие звёзды рассердились на своего брата и навсегда лишили его агоры. Её они сожгли в огне. С тех пор на одной из звёзд во вселенной и жил огонь. Это — наша планета.
Некоторое время он молчал не замечая, как гладит сестру по мягким волосам.
— Знаешь, жрицы Огня ведь верят в это. Что всему причина огонь. Мировой творящий Огонь. Мир для них соткан из этой субстанции. Ибо оно единое сущее, обладающее способностью вселять тепло. Храмовники не задаются причиной возникновения, ведь им известно, что всё существовало в своём нынешнем виде вечно. А единственно важно — воля Императора. Как видишь, у одних мир состоит из целенаправленной доброты, я бы сказал. У других из разумного построения. А я считаю, миром правит безразличие и тысячи голосов могут подтвердить мои слова. Льду всё равно что сковывать. Огню всё равно от чего гореть. Звёзды не перестанут светить от того, что я это я.
А не кто-то другой… кто другой…
Это не океан поглощает корабль. Это люди на корабле тонут. Воды просто плещутся.
Последнее слово Росс словно попробовал на вкус и с затаённой грустью перевёл взгляд на сестру.
— Ещё есть горячие источники. Никогда не поверишь, с кем там приходится воевать!
Аджеха со стороны наблюдал, как легионер затягивает сапоги. Другой стоял рядом уже готовый к предстоящему путешествию.
— С нами поедет только этот, — сказал тогда Люмен смотря на молчаливого стража. Шайло хотел возразить, но ему хватило и одного взгляда.
Сам же Аджеха так и не был удостоен информации, куда они отправляются. Хотя в его обязанности входило знать местность и предотвращать любую грозящую легионерам опасность.
— Надевай. — Подошедший к нему Люмен кинул стражу такие же сапоги. Тот повиновался. И молча принялся затягивать как до того делал Шайло. Запомнить их имена оказалось не трудно. Не смотря на общую схожесть.
Вездеход ждал за скрытым выходом из Чертога. Бронированная машина с широкими окнами мигом раскрылась, когда Люмен подошёл к ней и нажал на нужный рычаг. Кабина пассажиров была отгорожена непроницаемым заслоном, и потому за время пути единственными, на кого мог смотреть Аджеха, были всё те же два легионера. Оба предпочитали смотреть за окно, либо же обменивались короткими взглядами, которые заменяли слова. Аджеха и сам с интересом следил за сменяющимся ландшафтом: снежные равнины уступили гладким холмам, за ними последовала россыпь замёрзших озёр и вот вырисовались острые хребты чёрно-белых гор. Они ехали на север.
Когда они подъехали к самому склону, Аджеха ощутил на себе изучающий насмешливый взгляд и не смог
сдержаться, обернулся прямо посмотрев на легионера.Тому это вроде бы понравилось.
— Мы приехали, — сказал с предвкушением Шайло вылезая из вездехода. Он первым вытащил доску из-под места под сидением и взяв ту под мышку, остановился, дожидаясь Люмена со стражем. Люмен так же не спеша вытащил доску и молча пошёл вверх по склону. Аджехе ничего не оставалось, как следовать за ними. Краем глаза он заметил, как отъезжает вездеход.
Они шли долго, ноги по колено утопали в рыхлом снеге, приходилось идти постоянно наклоняя корпус вперёд. К тому же нужно следить за тем, чтобы не отстать от легионеров. Те передвигались без видимого усилия. Иногда Аджехе казалось, что весь этот подъём затеян с целью продемонстрировать ему их превосходство. Без сомнения, на склон можно подняться и более лёгким путём.
— Хочешь проверить его, — Шайло не спрашивал.
— Почему бы и нет, — был ответ. Люмен и в самом деле испытывал определённый интерес. Страж смотрел на всех легионеров и на Чертог в целом так, как будто хотел сравнять со снегом. Если бы это было в его силах. Но вместо того только сжимал челюсти и упрямо исполнял приказы.
— Не стоит. Этот страж только недавно прошёл испытание. Нам следует вести его по проверенной программе и тогда его адаптация пройдёт успешно.
— Вот и проверим.
Казалось, этому подъёму не будет конца. Однако костюм справлялся с возложенными на него задачами: за время пути Аджеха ни разу не ощутил холода. Теплорегуляция в организме поддерживала и температуру лица. Шаг за шагом, пока один из легионеров не остановился у торчащего из снега острого покорёженного камня и не оглянулся довольный. Обернулся и Аджеха. В первое мгновение у него перехватило дыхание. Уже отсюда открывался вид на горную долину с рваными пиками и гладкими, точно отполированными вершинами. Кругом одни горы и снежные вершины, и только вдалеке в их тени растянулись приглушённые в синеве снега. Покрытые же снежным покровом горы, искрились склонами в свете звёзд. Далёкая точка на востоке говорила об одиноком замёрзшем озере.
И когда он решил, что подъём закончен, они снова двинулись в путь. За время путешествия наверх Аджеха раз успел заметить горного козла со свисающими клоками белой шерсти, тот не боясь сорваться, скакал с камня на камень. Мелкие же камни сыпались из-под копыт. Больше здесь никого не было.
— Стой здесь, — отдал приказ Люмен уже разворачиваясь чтобы подыматься выше. Но его остановил ровный уверенный голос.
— Я должен сопровождать легионеров. Куда бы они не направились.
Люмен обернулся.
— Я приказываю тебе ждать здесь.
— И следить за их безопасностью, — как ни в чём не бывало, закончил Аджеха. Он и сам прекрасно понимал, что не должен вступать в спор с легионером. Но не мог сдержать себя когда злость и раздражение овладевали всем телом. Наглость, с которой к нему обращались, обезоруживала. Он напрягся и с усилием отвёл глаза смотря в правую точку над головой легионера.
— Значит, хочешь подняться с нами.
Аджеха не мог определить какое чувство вызвало в нём это замечание. Его как будто взвешивали и определяли ему цену. Совсем как на рыбном рынке. Эта мысль его повеселила и видно что-то отразилось на его лице, потому что легионер вмиг изменился заговорив другим тоном.
— Цепляйся крепче за камни, не хочу соскребать тебя потом.
— Люмен, — Шайло дождался пока тот поравняется с тем. — Ему необходима горячая пища и отдых.
— Но ты же слышал нашего стража, — отозвался тот. — Он хочет следовать за нами. — И повысил голос. — Эй, страж!
— У меня есть имя.
Люмен как будто этого не ожидал и с напускным интересом спросил.
— И какое же?
— Аджеха.
— Хорошо, Аджеха, попытайся не отставать.
Пристегнув доски к спине, оба легионера принялись подыматься по крутому склону, цепляясь руками за камни.