Пепел и Пламя
Шрифт:
– Да вот, человек лежал на дороге. Не пропадать же парню, решил помочь!!!
– Понятно, ну да ладно проезжай, - потерял всякий интерес капрал.
Отдав положенный медяк въездной пошлины, Дан, въехал в город. Все так же очень медленно телега покатилась по каменной мостовой города. Когда Дан, подъехал к своей овощной лавке в двухэтажном небольшом доме, где он проживал со своею семьей, то он слез с телеги и подошел к двери магазина. Постучав, он позвал двоих своих рабочих, которые и отнесли человека в комнату для гостей. Затем они вместе с хозяином стали разгружать товар.
Последующие два дня человек все так же был без сознания. Но на утро третьего дня он, наконец, очнулся...
Мое пробуждение никак
Увидев дверь, я, собрав все свои силы, встал и двинулся к ней, опираясь на стену рукой. Меня покачивало из стороны в сторону как пьяного боцмана, и все же добрался до двери. Открыв ее и пройдя небольшой коридор с несколькими дверями очень похожими на ту, которую мне только что довелось открыть, я вышел в зал. Пусто!!! Там тоже не было никого. Наверное, это помещение было предназначено для приема пищи. Широкий большой деревянный стол стоял в центре комнаты. По бокам его длинные лавки, а в торце его деревянный табурет для хозяина. Мои глаза только этот стол и смогли увидеть, так как голодный спазм болезненно скрутил мой желудок, и он протестующим ворчанием подал о себе весть. Собрав остатки сил, пересек этот зал и вышел через дверь в следующую комнату. Слава Свету это оказалась кухня. Я со звериным рычанием принялся там "пробовать на зуб" все подряд. Специи, соль, сахар, небольшой кусочек хлеба упавший как-то совсем незаметно в мой желудок. Увы, на кухне больше не было ничего съедобного. Должно быть, вся еда в этом доме хранилась в холодном погребе, что бы ни испортить на жаре. И тут-то мой взгляд и наткнулся на эти оранжевые тыквы, сиротливой горкой притулившиеся в темном углу комнаты. Взяв в руку нож который висел на гвоздике, вбитом в стену, я подошел к ним и разрезал одну из них пополам. Попробовав мякоть, я пришел к выводу, что она вполне для меня съедобна. Пожалуй, даже явление Творца-Создателя в этот мир не смогло бы меня оторваться от набивания пищей моего желудка. Именно вот в такие моменты, когда разум затмевают низменные потребности утоления голода и понимаешь, что в людях по-прежнему сидит Зверь. Он сидит даже в самых-самых из нас добрых и мягких.
Съев три далеко не самых маленьких тыквы, смог утолить свой первый, самый сильный голод. На полу, где собственно мне и пришлось есть, остались лежать только корки от тыкв и внутренняя мякоть с их семенами. Наполнив, наконец, свой желудок - сомлел. Сонливость одолела меня, и я решил, что ничего не случится, если еще мне немного поспать в той же комнате, где и очнулся. Благополучно добредя до такой знакомой и уютной для меня лавки, прилег и почти сразу уснул с беспокойной мыслю:
– Надеюсь от тыкв меня не прослабит, а то будет очень смешно и пошло воскреснуть для того что бы получить в подарок понос...
Карронэ находился во взвинченном состоянии, что было совершенно не свойственно профи такого уровня. После смерти Осьминога все в отряде были подавлены. Действительно
их души теперь были спаяны одной цепью и каждый из них почувствуют смерть товарища, а что тут уж говорить о смерти ведущего звена. Нужно было что-то срочно решать. Депрессия все сильнее и сильней серым маревом безнадежности охватывала отряд. Братство лишилось головы, но щупальца-то остались, и пока они живы, есть надежда...Необходимо было что-то придумать, чтобы помочь вывести отряд из этого подавленного состояния. Сам Карронэ, так же как и они чувствовал печаль, горечь разлуки и боль потери. Никогда не думал старый оборотень, что ему доведется испытывать в своей жизни что-то эмоционально подобное на старости лет. А вот пойди же сподобилось. И все же он понимал, что пора им отвлечься. А что может лучше всего отвлечь бывших воинов Ордена, а сейчас наемников объединенных в Братство Осьминога? Ну да, конечно же, хорошо оплачиваемая работа с риском для жизни!
Вот тут-то, кстати, и подвернулся им такой заказ. Решив и поставив перед собой эту цель, Карр принялся собирать "щупальца" в одно целое - боевой отряд.
Эльф Эльди и орк Измаил - известные спорщики и лучшие друзья находились в трактире неподалеку. Они пили и... спорили - занимались самым любимым делом. Карр нашел их без труда и пристыдил их:
– Пьете,- сказал с отвращением Карр.
– Вы думаете, Осьминог был бы рад видеть вас в таком состоянии? Или он для этого создавал это Братство, чтобы вы пили? Нет, не для того мы готовили оружие и доспехи. Срочно собирайтесь - нас ждет дело. Друзья смущенные такой тирадой оборотня, сейчас же расплатись с трактирщиком, и поплелись к дому братства, покачиваясь, и придерживая друг друга, чтобы не упасть.
Карр пошел в кузню, арендованную Братством для своих нужд. Там он остановился и стал наблюдать как под четким руководством Горна двое близнецов Дин, и Дон работали здоровыми молотами, плюща заготовку для будущего клинка. Здесь все было намного лучше. Гном и орки сразу же заперлись в кузне и стали выполнять различные заказы. То поправят инструменты, то охотничий кинжал скуют, то ножи, то еще что-то, работой изгоняя из себя печаль и боль утраты.
– Горн, когда закончите, бери своих помощников, и дуйте в дом Братства. Есть одна работенка, как раз по нашей части.
– Хорошо. Мы придем, минут через сорок, - ответил гном.
Дальнейший путь оборотня был к месту похорон Осьминога.
Выйдя за город, Карр подошел к Рэнди:
– Хватит, печалься мой друг!
– Нам сейчас понадобится твоя помощь.
Рэнди отвлекся от чтения заупокойной молитвы на темно эльфийском языке.
– Мне нужно закончить это дело, - просто сказал он ему.
– Ты все равно ничего не добьешься! Он не темный эльф и твои боги его не вернут сюда!
– Знаю, и от этого мне становится только больнее и хуже. Но я просто не могу - не попытаться...
– Я понимаю тебя. Мы все переживаем и переболеваем эту смерть, но жизнь - то продолжается. Неужели ты думаешь, что он был бы рад видеть вот это. Видеть, что стало с Братством после его смерти? Наше Братство разваливается, даже не успев толком родиться, и мы с тобою не должны этого допустить, хотя бы ради его памяти. И вот это Братство и станет ему памятником, а его люди будут помнить на века.
– Да, это будет достойно.
– Возвращайся в дом, у нас есть дело.
– Я скоро буду.
Пожалуй, самое сложное для него было пройдено. Углубившись немного подальше в лес, Карр вышел на полянку, где тренировались Бизон, Шар, Чэр и присоединившийся к ним Жлоб.
Чэр в очередной раз показывал фокусы, которым его обучили в Черном клане, а остальные ребята пытались это повторить. Удар с переворотом. Метание меча с одновременным доставанием второй рукой кинжала. Все это было очень малой толикой того что Чэр тут показывал своим добровольным ученикам.