Острова
Шрифт:
52
В конце концов появился и Реймонд. Осунувшийся, изможденный, постаревший.
– Где твоя фуражка, Патрик? – спросил Хирш.
– Фуражка? – переспросил тот, дотрагиваясь до головы. – Не знаю, у меня в кубрике другая имеется. Петер, где твой чай?
– Дык в нашем кубрике…
– Ах да, я уже путаться начал, – устало улыбнулся Реймонд и опустился на пол возле стены в коридоре.
– Какие там новости, чего нам ждать? – спросил Джек, садясь на пол рядом с ним.
Лейтенант вздохнул, помассировал ладонями лицо и сказал:
– Дела хреновые. Три корабля
– А что наши перехватчики?
– По всем информации нету, но из наших тридцати двух восемь не вернулись. С потерянными накануне получается девять. Скажу больше, на тех кораблях, которые были разрушены, никто не отреагировал на сообщения радиолокационной разведки – на зенитных палубах не оказалось никого, а штатная артподдержка со всем этим не справлялась, да и не могла она, ведь артиллерия рассчитана на другую работу.
– А среднетоннажники ушли целыми?
– Вроде некоторые пострадали от орудий большого калибра, но разрушений засечь не удалось. По крайней мере, согласно телеметрии с нашего корабля, а что видели другие, я не знаю.
– И что теперь делать?
– Идите отдыхать. И я тоже пойду. Теперь будет дежурить усиленный наряд из тридцати стрелков, они скоро будут здесь.
– Значит, теперь зашевелились? – спросил Хирш.
– О да, Тедди, теперь генерал Хорн признал очевидное, теперь он приступил к обороне, не боясь прослыть трусом или… кем он там уже прослыл.
Реймонд махнул рукой.
– Ладно, идите, вы поработали на славу.
Не успели стрелки подойти к лифту, как тот открылся, выпуская на ярус около десятка стрелков и лейтенанта, который пришел на смену Реймонду.
– Давай, Флин, приступай, если что, ты знаешь, где меня искать, – сказал ему Реймонд.
– Да, Патрик, знаю. Хорошего отдыха.
– Спасибо.
– А где твоя фуражка?
Реймонд в ответ только улыбнулся, створки закрылись, и лифт поехал вниз.
– Не понимаю, почему всех интересует именно моя фуражка? Почему не спросят, какие на корабле потери, сколько выведено из строя магистралей, сколько помещений заблокировано аварийными перегородками… Никого это не интересует, все спрашивают – где моя фуражка.
– Наверное, капитан корабля уже доложил о потерях генералу Хорну, да? – спросил Шойбле.
– Да кто их знает, Петер? Капитан сторонится всех дел, связанных с десантом, и главным здесь выступает полковник Веллингтон.
– Я о таком даже не слышал, – заметил Хирш.
– Никто не слышал, потому что он пил, не просыхая с самого отправления. В нем не было нужды, поэтому не беспокоили, а вообще он на нашем корабле главный военачальник, которому подчиняется весь десант.
– У нас в части такого бардака не было, – покачал головой Джек. – Всякое было, но чтобы такое…
53
«Этот кофе горчит, – подумал генерал Хорн, ставя пустую чашку на стол. – Наверное, поставщик надул тыловые службы, а может, эти канальи заранее сговорились…»
Два дня назад подали искусственное мясо, и повар сделал такую морду, будто и не знал о таком подлоге. А теперь вот это. И как, прикажете,
в таких условиях принимать ответственные решения?А еще эти норзы, или как их там, появились совершенно не ко времени, а ведь он ожидал нападений только через неделю, когда эскадра должна была проходить планетный перешеек Калиндула – Марпанисенон. А они вон чего выдумали, пробили борт флагману, и никакое прикрытие не помогло – перехватчики едва шевелились, словно навозные мухи.
А ведь он просил адмирала Доставкина дать ему проверенную группу полковника Ларго, штурмовые дестроеры которого были один к одному. Хорн видел их однажды на построении четыре года назад, красавцы, а не дестроеры, причем красавцы устрашающего вида. Он много слышал об их геройских битвах, сорок четыре боя с превосходящими силами и ни одной потери, в смысле – корабля.
Рассказывали, правда, что пару раз им повезло и израненные корабли отнесло гравитационным течением от наседавших штурмовиков, но везет тем, кто везет. Так, кажется, говорят матросы.
М-да. А Доставкин ему отказал. Сослался на занятость группы, дескать, они нужнее в другом месте. А где они могут быть нужнее, чем здесь? Кому будет легче от того, что новая волна норзов уничтожит оставшиеся корабли и сто семьдесят тысяч десанта с техникой?!
Дверь в каюту открылась, и вошел майор Гилфорд.
– Ну, и чего вы пришли, майор?
– Прибыли командующие десантными подразделениями, сэр.
– Да?
– Да, сэр.
И, упреждая новые вопросы генерала, майор добавил:
– Вы сами назначили общий сбор на этот час, сэр. Семнадцать двадцать пять.
– Я помню, Гилфорд. Я отлично все помню. Проводите их в зал заседаний, я сейчас же буду.
– Слушаюсь, сэр.
Гилфорд вышел, и генерал Хорн облегченно перевел дух. Как же напрягали его все эти… обычаи? Нет, это называлось как-то иначе. Служебные обязанности – вот! Именно так это все называлось – служебные обязанности.
Как же хорошо все было, пока о его отряде не вспомнили в Генеральном штабе. Интересно, это случайно так получилось или кто-то намеренно навел генерал-полковника Квикса на эту мысль?
Приехала комиссия. Стали бегать по кораблям, составлять какие-то ведомости, и пришли к выводу, что материальная часть в хорошем состоянии и корабли годны к эксплуатации и выполнению боевых задач. Боевых задач! Это ж надо было додуматься! А когда уезжали, руководитель комиссии даже пожал генералу Хорну руку и эдак с жаром произнес: «Поздравляю с возвращением в строй, сэр!»
И с той поры все закрутилось, прибыл конвой службы тыла, несколько судов инженерных служб, начали все красить, перебирать, смазывать. Сорвали пломбу на арсенале – двадцать лет держалась пломба! А эти сорвали и стали грузить боеприпасы на корабли.
Одним словом, хорошо налаженная, сытная и спокойная жизнь была нарушена своими же военными коллегами, которые сыграли роль какой-то степной конницы, честное слово.
И все, на этом извольте отправляться под загрузку.
По старой памяти генерал Хорн пытался надавить кое-какие кнопки, кому-то сунуть деньжат, кому-то напомнить, как вместе учились или служили, но все делали страшные глаза, отмахивались, дескать, что ты, место дороже, нынче другие времена и так не прокатит. И были правы, поганцы, не прокатило.