Осколки
Шрифт:
Уходить девица явно не собиралась. Чтобы разрядить обстановку, Роланд кивнул на алтарь, у которого она молилась.
– Неожиданный выбор для некромантки. Думал, вы поклоняетесь духу Мертвеца.
– Я – целительница, милорд, – тихо, но твердо ответила она.
А вот это было неожиданностью. Он слышал, что в кланах высших лордов возможны различные вариации по видам, но чтобы в одной семье рождались маги разных направлений – это было редкостью. Клан Бриггов славился своими способностями к некромантии вот уже несколько веков, и вдруг – магия жизни. Их источник был стабильно силен все эти годы, значит ли это, что даже на западе, вдали от разломов подземные жилы понемногу дают
– Но вы правы, дух, которому я молилась, не благоволит ни некромантам, ни целителям, – продолжила девица и коснулась пальцами губ.
– Тогда зачем вы ему молились? – вырвалось у него, хотя на самом деле Роланду было плевать.
Девица усмехнулась, но ничего не ответила. Прошла мимо него к выходу и лишь там обернулась и бросила через плечо:
– Хочу перехитрить судьбу.
Он так и не заставил себя подойти к алтарю. Когда он покинул храм, девицы Бригг уже и след простыл, но у перил лестницы, ведущей в зимний сад, он заметил прямую спину Лаверн. Он подошел к ней, встал рядом, под перчаткой хрустнул лежалый снег, когда он сжал кулак.
– Извини, я сегодня утром была… не в себе, – сдавленно сказала она, не взглянув на Роланда. Ее взгляд был направлен на север – туда, где за границей скалистых утесов над морем поднималась белесая дымка.
– Я выезжаю завтра на рассвете. Через неделю мое войско достигнет Энта, там мы соединимся и пойдем на запад. Ты все еще можешь пойти со мной.
Она вздохнула, как бы раздумывая, а затем покачала головой.
– Я останусь.
– Ты ведь не нашла их, верно? Он спрятал осколки слишком хорошо. Морелл умен и не даст тебе добраться до них…
– Я их нашла, – прервала Лаверн. – Но ты прав, до них не добраться так просто. У меня есть план, но существует вероятность, что после этого мне придется бежать из Клыка. И понадобится надежное место, чтобы укрыться. Сам понимаешь, в Винтенде я долго не протяну – разлом слишком близко…
– Ты всегда можешь укрыться в Очаге! Он не так близок к червоточине, как твой замок, да и оборонен много лучше. Я уеду на рассвете, но оставлю бумагу, дающую тебе защиту на моей земле. Как только отыщешь осколки, езжай на восток.
Она подняла на него глаза – покрасневшие от бессонной ночи, но все еще глубокие и красивые.
– Спасибо, Роланд…
– Это место… – Он обвел глазами двор, задержавшись взглядом на мрачном силуэте главной башни на фоне свинцово-серого затянутого тучами неба. – Ты уже бывала здесь?
Она кивнула и отвернулась. Мрачная тень легла на ее лицо.
– Давно?
– Здесь тогда правил другой лорд, – криво усмехнулась чародейка.
– Ты была здесь, когда умер Фредрек Морелл, верно? И его старший сын? Ты знаешь… как они погибли?
– Это не тема для обсуждений в границах Кэтленда. Возможно, однажды я расскажу… Но не здесь и не сейчас.
– Люди Морелла не так уж и верны ему, – сказал он и положил локти на каменные перила. Коснулся плечом плеча Лаверн, чем снова нарушил все приличия. С момента посадки на корабль между ними не было близости, и Роланд ощущал в груди ноющую пустоту. Он пытался заполнить ее случайными прикосновениями к ее ладони, касался ее спины, проходя мимо, когда был убежден, что никто не видит, но этого было слишком мало. А скоро он уедет на запад, и у него не будет и того…
– Что ты имеешь в виду? – заинтересовалась Лаверн и снова на него посмотрела.
– На войне преданность твоих людей может спасти жизнь. Стоит хотя бы одному засомневаться в твоем приказе, и битва проиграна. Полководец должен уметь чувствовать настроения солдат, влиять на них, иначе ему не выиграть сражения. Со временем это умение становится чем-то сродни
интуиции. Так вот, как только мы сошли с корабля, я понял: младшие дома отвернутся от Морелла при первой же возможности. Не знаю, на чем держится его власть: на воле ли короля, на влиянии Капитула, но она хрупка.– Она держится на браке с Матильдой Бригг, – мрачно пояснила Лаверн. – Старого Ворона боятся в Вайдделе. Слышала, он отправляется с тобой.
– Эридор хочет побыстрее вернуть Страж Запада. Бригг не преуспел в военном деле, но у него в подчинении опытные военачальники и немало людей.
– Когда окажешься там с ним… будь осторожен.
– Хочешь сказать…
– Я ничего не хочу сказать, – перебила она и положила палец ему на губы. Воровато оглянулась и добавила тише: – Просто… береги себя. И возвращайся живым.
В ее прикосновении было столько тепла, что Роланд невольно замер. Обхватил ее руку, стянул перчатку и прижался губами к гладкому запястью. Лаверн улыбнулась и покачала головой.
– Не будем давать им поводов для пересудов, – сказала и отняла руку. Холод вернулся, а с ним и ощущение, что Роланд теряет что-то важное, без чего не обойтись.
Это ощущение преследовало его до ужина.
В темных сводах трапезной в тот вечер было мало людей. Роланд оставил при себе лишь четверых проверенных воинов, остальные пожелали отправиться за стены замка – жителям огненных земель пришлись не по нраву владения некроманта. Роланд не стал их неволить. Он и сам с удовольствием провел бы эту ночь в военной палатке, под небесным куполом, утыканным весенними звездами, слушая солдатские байки и попивая ароматный эль. Пропитанный запахом костров и наполненный нестройными голосами вояк воздух был ему милее каменных стен мрачного чертога. Там обретались свобода и простор – куда хватает глаз.
Здесь была Лаверн.
Роланд знал, что она может постоять за себя, а на рассвете все равно придется оставить ее, но все равно не мог уйти.
Верховные Капитула, а также их свита, на ужин не явились. Старый Ворон уехал еще в полдень, получив тайное послание от Атмунда. Бригг сказал, что планы пришлось скорректировать и он встретится с Роландом у Красной Стены вместе с тремя тысячами воинов.
Его жена – леди с каменным лицом и пустыми глазами – сидела по правую руку от Матильды, которая буквально сочилась злостью. Роланд никогда не был силен в ментальной магии, но тут и не магу было понятно: Матильда ненавидит Лаверн. О том, что стало причиной этой ненависти, Роланд старался не думать. Как ранее старался не замечать пылающие взгляды некроманта, его колкие шуточки, балансирующие на грани приличия, его излишнюю фамильярность по отношению к Лаверн и намерения, которые не укладывались у Роланда в голове.
Предложить леди добровольно надеть рабский ошейник – это же из ума нужно выжить! Каждый раз вспоминая ту ночь в деревушке старого Эдда, Роланд сжимал кулаки от злости. И здесь, в темных владениях некроманта, злость росла, множилась и, не находя выхода, сжигая изнутри. Лаверн сказала, что справится сама, но что может одинокая женщина против одного из влиятельнейших людей королевства?
Тревога за нее заставила отправить тайное послание королю. Теперь оставалось только ждать, а ожидание всегда давалось Роланду тяжело. Плюс ко всему накануне прилетела птица из Вотчтауэра, в котором Игнар Бишоп сокрушался, что Алан пропал без вести после небольшой стычки со степняками на юге. Лорд Джирелд сухо сообщал, что потери в столкновении со степняками были несущественными, но наследник Сторожевой Башни был излишне пылок в сражении, бросившись в самое пекло. Его искали среди убитых и раненых, но Алана и след простыл.