Ошибка
Шрифт:
Столкнувшись с главой организации, он, по её знаку, проследовал в кабинет.
— Опять эти… — сказала она со вздохом, приложив руку к лицу.
Эйи мгновенно встряхнулся.
— Точная дата ещё не известна? — быстро поинтересовался он.
— Нет, но скорее всего, у нас есть около недели. Пресвятая Вечность, ну когда же они уже успокоятся…
— Да никогда, судя по всему. Ну, точнее, тогда, когда мы одержим окончательную победу…
— Каждый раз мне это как впервые, понимаешь?
— Понимаю.
— Да ничего ты не понимаешь; собственно и не обязан, это я так.
За это время Эйи даже как-то вытянулся.
— Разумеется, я в состоянии! Если это всё, то сейчас же отдам распоряжение послать разведку…
Он не успел договорить, потому что в помещение вошла — нет, буквально влетела — Ита.
— Без на-адобности, — протянула она, — разведку я уже оповестила. Данные будут буквально через пару дней, — сказала она с улыбкой, раскачиваясь взад-вперёд и заложив руки за спину.
— Пусть не так сильно торопятся, но будут поаккуратнее, — сказал Эйи слегка приглушённым голосом. — Чтобы не было, как в прошлый раз…
— Всё будет в лу-учшем виде! — заверила она, сделав картинный жест рукой.
В разговор вмешалась глава организации.
— Ита, ты зачем приходила?
Та немного смутилась.
— Ну я… э-э-э… Увидела просто случайно, как Эйи сюда заходил, ну и так вышло, что услышала нечаянно, о чём вы говорите, ну и…
— Понятно. В общем, если это всё, то можете идти, оба. Эйи — оставляю всё на тебя, только сообщай периодически обстановку. А, впрочем… как хочешь; если любишь, чтобы поофициальнее, можешь каждый раз меня разыскивать.
Эйи кивнул, посмотрел на неё несколько секунд, и они с Итой вышли.
— Ита, чёрт бы тебя побрал! Могла бы быть и немного тактичнее. Можно уж хотя бы в некоторых случаях скрывать свою радость?
— Нет! — выпалила та, посмотрев на Эйи широко раскрытыми глазами и с диковатой улыбкой. — Точнее, кхм… — она немного оправилась, разгладив лицо, — я пыталась, но знаете, не всегда получается. Прошу прощения, жутко.
— Вот же… Только сейчас вспомнил, что забыл спросить, какое место они в этот раз выбрали.
— Да ладно Вам, не напрягайтесь. Это мы всё равно тоже узнаем.
— … надеюсь, что не как в прошлый раз. Это было сущее мучение. Никогда не забуду эту горную поляну чёрт знает где, а ещё и жарко до ужаса… Не люди они, что ли…
— Ну, так-то, мы все тут не люди, ха-ха; но те скорее нелюди.
— Полностью согласен.
Они шли какое-то время молча; Эйи — задумчиво глядя в пол, с руками за спиной, Ита — подпрыгивающей походкой, буквально сжигая взглядом всё вокруг.
— Что ж, полагаю, пока что нам особо нечего делать, разве что готовиться морально, — сказал он. — С данными будет попонятнее, кого из руководства выдёргивать с мест. Ах да, ещё по поводу «рядов смерти» узнать… — он запрокинул голову, приложив руку к лицу. — А Винтерхальтер, я так понимаю, в курсе уже?
***
Нет, Винтерхальтер не был в курсе. Он полулежал на диване, вытянув ноги, и думал о том, что у него, пожалуй, тоже иногда бывает экзистенциальный кризис. Может, это Эйи на него так влияет…
Когда тот вошёл, он почему-то вскочил.
— Да можешь не вскакивать, я ненадолго. Ну а
может и надолго. В общем, я не помню — рассказывал тебе о людях вашего типа вне организации?Лоренс стоял, хлопая глазами; однако быстро пришёл в себя и ответил:
— Да нет, у вас, знаете, как-то не принято мне о чём-либо рассказывать, поэтому маловероятно…
— Ясно. В общем, я буду краток, у меня, знаешь ли, помимо тебя ещё куча дел появилась.
Лоренс промолчал.
— Мы уничтожаем не только людей, но и себе подобных. Точнее, у нас с ними периодически происходят конфликты по их инициативе. Существует группировка — она довольно обширная и, к сожалению, влиятельная — из людей с теми же способностями, но, как ты понял, с другими целями.
Лоренс насторожился. Ему до этого как-то не приходила в голову такая вероятность. К тому же, при первой встрече Ита сразу назвала его «из наших»; кто там ещё?..
— Должен сказать, Лоренс, что Вы довольно удачный экземпляр. В том смысле, что Вам удалось сохранить рассудок, обладая Вашими возможностями. Но так далеко не со всеми. Да, большая часть заканчивает жизнь самоубийством; а остальные, как правило, остаются с травмами на всю жизнь, с которыми, чаще всего, не могут справиться. Вот из таких-то и состоит эта группировка.
Чуть погодя он прибавил:
— Но есть, конечно, и обыкновенные отморозки, которые хотят пользоваться своим превосходством.
Лоренс спросил:
— Но неужели им тем более не выгодно, чтобы ненавистный им мир перестал существовать?
— Нет, Ларри, в том-то и дело, что им это не выгодно. Они считают это «непростительным уничтожением человеческого ресурса, из которого можно построить будущее, где каждый будет на своём месте». Да не дёргайся ты так, я их последнего предводителя цитирую. Дохнут они, кстати, как мухи, ха-ха… Так вот, о чём это я. Если кратко — они хотят в конечном счёте заставить людей работать на них; иными словами, из зла сделать ещё большее зло.
Винтерхальтер стоял, обдумывая, затем спросил:
— А почему Вы раньше мне о них не рассказали?..
Эйи посмотрел на него хитро.
— Ну а кто Вас знает, вдруг переметнулись бы. Там бы вас никто не третировал, м-м?
— Да что за бред! Порабощение кого-либо — это отвратительно; мне бы даже в голову не пришло, эта Ваша подозрительность…
— Ну теперь-то, понятное дело, не придёт. Но на первых порах… нервы, всё такое… Но если и задумаете переметнуться — найду и лично убью, — сказал Эйи, улыбаясь так приветливо, как только мог. — А если сам не найду, то можете не сомневаться — разведка у нас просто прекрасная.
На этих словах дверь распахнулась, и в помещение ворвалась Ита.
— Да, это точно!
— Ита, ты опять нечаянно услышала?
— Вроде того.
— Вот у нас наиболее рьяный борец с этими ублюдками…
— Да они ж конченые!
Лоренс чуть было не спросил: «Что, даже более, чем ты?» — но удержался.
— Вот каждый раз удивляюсь, как ты ещё с таким настроем не в «рядах смерти», м-м… — протянул Эйи, чуть улыбаясь.
— Пф-ф, зря я Вас, что ли, шоколадками кормлю?
Оба рассмеялись. Лоренс занервничал.