Орки
Шрифт:
– Я рад тебя видеть, мудрый Старший.
Опустив голову, Хрууз увидел стоящего внизу Вилла с сыном и еще парой людей, что должны были работать на выделке угля.
– И тебе хорошей еды, человек. Ты все лучше говоришь на орокан. Почему ты здесь.
– Двум старым лучше говорить стоя рядом на земле, - Вилл махнул рукой, - слезай Хрууз, я тебе завидую. Я так не могу.
– Я бы не был жив, если бы не умел так быстро бегать.
Хрууз быстро слез и встал напротив Вилла.
– Ты мне так и не сказал, почему вы здесь.
– Все просто, мы уголь привезли. И у меня дело к Ходоку.
– Я иду к нему, иди со мной.
Он дошел
Сарай был звонко пуст, у входа им навстречу поднялась лапа орков Нижних и, разглядев Хрууза, пропустили его и человека. Войдя в здание, они столкнулись взглядами с посыльными Ходока, Ая же, даже не повернула в их строну голову, продолжая сосредоточенно раскручивать пращу. Посыльные присоединились к ней, ткнув пальцами в сторону самого светлого угла на вопрос Хрууза.
Раскрутив пращу, Ая через весь зал пустила камень в висевший и раскачивающийся на веревке короткий, деревянный чурбак. От удара камня он еще сильнее закачался, порадовав посыльных. Они в свою очередь стали раскручивать свои пращи. Вилл с Хруузом прошли в угол и нашли там Ходока. Сидя на куче стружек перед широкой лавкой, он задумчиво копался в груде записок на коре, пергаменте и редкой бумаге, перебирал связки мерных бус и резных палочек, морщил лоб и тихо ругался, не находя нужное.
Подняв голову, кивнул обоим и уставился на Хрууза.
– Ты быстро вернулся. Говори.
Хрууз никому бы не сознался, что ему каждый раз страшно смотреть в эти глаза, что иной раз смотрели на него мудрыми глазами старика. А иной раз в них прыгали искры безумного веселья, как у щенка после кормежки. Но сейчас там был просто Ходок, немного уставший и хмурый.
– Я все сделал.
– Хорошо, - Ходок опустил глаза к своим запискам, - иди, отдохни. Завтра поговорим.
– Это не все, - Ходок снова поднял глаза, - к нам пришли новые орки.
– К нам все время идут орки.
– Это особые орки, - Хрууз покрутил пальцами, подыскивая слова, - этот род не простые орки. Они почти скары.
Ходок прищурил один глаз.
– Почти скары? Это как?
– Они не нападают и не убивают. Живут отдельно. Не воюют.
– Вы тоже раньше бегали, не воевали.
Хрууз поморщился.
– Это раньше, эти и сейчас не хотят.
– Что ты хочешь?
– Рассказать тебе о них.
– Я услышал. Вилл, ты зачем пришел?
Шагнувший вперед человек поклонился и, не поднимая головы, запинаясь, произнес на орокан.
– Я виноват, Вождь. Готов принять твою волю.
Ходок удивленно дернул уголком губ и, откинувшись, посмотрел на человека.
– Продолжай.
– Я не сказал тебе про еще один поселок в лесу. Прости меня и накажи по заслугам.
– Кто тебя научил так разговаривать? Потом расскажешь. Что за поселок, сколько людей? Воины есть? Говори по общем, тебя пока еще трудно понимать.
– Воинов нет, только крестьяне. Их мало, это самое малое село.
– Почему молчал?
– Боялся, там семья моего брата.
– Понятно. И что теперь?
– Я узнал тебя Ходок. Верю, что ты не станешь их наказывать за мой страх.
– Ты пойдешь туда сам, поведешь воинов, оставишь заставу, все как обычно и постарайся убедить их
не делать глупости. Иди, у меня много дел.Поклонившийся ему человек пошел к воротам. Его остановил тихий вопрос.
– Ты забыл рассказать о работе.
– Все сделали, - он пожал плечами, - я всегда делаю что обещаю.
Ходок покивал головой и махнул рукой, отпуская человека. Проводив его взглядом, Хрууз шагнул ближе.
– Так что с ...
– Ходок его прервал.
– Хрууз, сейчас у меня много забот, уж тебе ли не знать о них, если ты пришел ко мне, то значит, ты сам не знаешь, что делать. Так?
– дождавшись кивка Хрруза, продолжил.
– Тогда не отвлекай меня. Их много, этих орков?
Хрууз показал раскрытую лапу.
– Ясно, не много. Отправь их с сотней, что пойдет в новый поселок, пусть меня там подождут. Как давно они здесь?
– Уже две полные руки. Они в сотне новичков.
– Значит им уже хоть что-то вколотили. Дай им десятника поумнее. Иди.
Отправив Купца, я с головой нырнул в приготовления к встрече неминуемых гостей. И первым делом я ушел к Проходу, подобрать место встречи. Меня сопровождал Чада со своими Болотниками. Шли налегке, только оружие. С собой мы вели пару лошадей, что едва не со слезами нам выделил Даритай, ими занимался один из его учеников, молодой воин из Нижних. Перед отправлением в путь он несколько раз наизусть, вслух для всех, повторил все, что нужно сделать для сбережения и ухода лошадей, и похоже облегченно выдохнул, наконец сбежав от учителя. Легче ему не стало, так как все процедуры он проводил под множеством заинтересованных, а главное критически настроенных глаз. Шли мы быстро и крайней точки, а именно перевала, мы достигли за пять дней, по дороге наскоро присмотрев несколько мест для возможных засад. На привалах я черкал на коре свои заметки, приводя в священный трепет свою охрану. Возможность записывать слова по-прежнему их пугала и удивляла. Оставив на перевале одну лапу с привезенным запасом еды и отдав им последние поручения, я с Чадой и остальными Болотниками пошел вниз по реке, бравшей начало у перевала и несшей свою воды параллельно узкой дороге, хитрыми изгибами идущей вниз до самой пристани.
Пройдя один переход, оставили идти своим ходом лошадей с их поводырем, так как все трое сильнее всех вымотались.
Мне же Чада предложил сплавиться вниз по реке. Дружно работая, мы потратили полдня на подготовку и уже после полудня плыли по реке на паре коряво, но достаточно крепко связанных плотах. Оставив еще несколько троек для постов наблюдения за сигналами с Перевала, дошли до Пристани.
Отмахнувшись от сбежавшихся Старших, нырнул в кучу стружек и проспал полдня до вечера.
Проснувшись, назначил Совет на полночь и быстро пробежался в Большой Лагерь. Вернувшись, застал всех в сборе.
Кивнув всем на их поклон, сел на свое место и принял от Тзя чашку с настоем.
– Говорите.
Солидно прокашлявшись, Хрууз начал первым.
– Купец загрузился и ушел, управились гораздо раньше, чем думали. Уруки работали, как проклятые. Сейчас все здесь, дорвались до оружия и не спали бы, все бы стреляли и железом махали. Воины - одним словом. Ну и жрут, все что не дай, но и сами они охотой несут немало. К нам прибилось еще с полсотни Диких из разных родов. Работают, кто где. Потом сам их посмотришь. По Тревору отдельно. Шаманка в норе, как ты и сказал. Тзя к ней ходит, еду бросает. Все, что было, сохранили, что ты поручил сделали или делаем.