Оборот
Шрифт:
Ни хрена себе. Получается то, что не переваривается, куда-то транспортируется. Это логично. Сюда периодически, случайно или намеренно, попадают неорганические вещи. Например, нерадивая хозяйка вместе с картофельными очистками ножик выбросит. Или кто-нибудь от трупа решит избавиться, скинул сюда и всё. Плоть переработается, а кости и одежда останутся.
Чтобы не засорять тоннели, умный мох это куда-то переносит. Тут должен быть отстойник для не перерабатывающихся вещей. Интересно там покопаться, но время поджимает. Кашляю всё чаще. Да и тело во многих местах начинает зудеть.
Кстати, а почему
"Она дохлая, ты живой", - раздался спокойный голос тёмной.
Точно блин! Уже рядом, но всё ещё не то. Зададим вопрос шире. Чем мёртвое тело от живого отличается? Живое двигается, дышит, думает.... А труп себе спокойно лежит, остывает.
Остывает!!! Температурой они отличаются, вот чем. Имперские маги молодцы, научили траву различать ту органику, которую надо переработать, от той которую не надо по выделяемому теплу.
Поток рассуждений прервался надсадным кашлем. Меня впервые за время пребывания в тоннелях посетило чувство тревоги. Хрен знает, сколько времени мне осталось, даже с моей сверх регенерацией. Я здесь заперт. Столько прошёл, а ещё ни разу не видел никаких люков, решёток сверху. Может они и есть, но скрыты за покровом мха.
Сначала двинулся быстрым шагом, затем побежал. Дышать становилось всё труднее. От бега и недостатка воздуха начал задыхаться. Дебил, бля. Рассуждениями занялся, вместо того чтобы выход искать.
Впереди забрезжил свет. Я прибавил ходу. Ещё немного и с заплетающимися ногами выбежал в большую круглую комнату, в которой сходилось несколько таких же тоннелей. Добежав до её середины, я упал на колени и стал полной грудью вдыхать чистый воздух.
Немного отдышавшись, огляделся. Комната была хорошо освещена. Сверху, каменный свод чередовался с решётками, откуда и поступал воздух и свет. Там мелькали тени от проходящих людей, доносился гул живого города. Но вся проблема была в том, что до него было метров пятнадцать. Можно было заораться, и никто меня бы не услышал.
Обошёл по периметру. Гладкие, ровные стены. Ни поручней, ни лестниц. Ничего чтобы подняться наверх. Нет причины здесь задерживаться. Один факел уже кстати догорел. Зажёг второй и побежал в ближний ко мне тоннель. Всё равно они все одинаковые.
В этот раз пробежал гораздо меньшее расстояние, когда услышал гул. Немножко замедлился, затем перешёл на шаг. Тоннель заканчивался обрывам. Подошёл к его краю и посмотрел вниз.
Да-а, впечатляет. Внизу был огромный зал в форме шестигранника, забитый здоровенным слоем разного мусора. Этот мусор медленно двигался по часовой стрелке, увлекаемый течением гигантской водяной воронки. Вот где золото. Оно там навечно спрятано.
– Ты же не собираешься туда прыгать?
– спросила тёмная встревоженным голосом.
– Нет, что-то я очкую. Но блин, как отсюда выбраться на поверхность?
– Когда мы сюда шли, почувствовала живого человека за стенкой.
– Сейчас пойдём обратно, где ты почувствовала, скажешь.
– Хорошо.
Пробежал обратно шагов сто, пока Квадра не сказала - "Здесь".
Так, руками содрал весь мох со стенки. Видно, что здесь был лаз, сейчас заделанный. Довольно хреново, если честно. Если имперская кладка, гораздо старше к слову, до сих пор была в хорошем состоянии, то вот эта новоявленная вся в трещинах.
Прогоревший факел я не выбросил, жизнь на свалке приучила не разбрасываться вещами. Теперь он сгодиться в качестве дубины.
Размахнулся и со всей силы долбанул в щель между неровно пригнанными друг к другу камнями. Затем ещё раз и ещё. Факел, не выдержав такого издевательства сломался. Остался тот, что давал сейчас свет. Не получится раздолбать стену, останусь без света.
Пофиг, размахиваюсь и снова бью в тоже место. Отчаяние придаёт силы. Но не крепости. Второй факел тоже ломается, напоследок мигнув россыпью огоньков.
И вдруг мной овладевает ярость. Я ору и бью стенку кулаком, изо всей силы. Камни неожиданно поддаются, затем вываливаются в туннель. Вслед за ними мне на голову валиться всякий мусор. Подпрыгнув, хватаюсь за край образовавшегося отверстия и, подтянувшись, залажу внутрь.
Я внутри какой-то комнаты. Впереди светиться прямоугольник двери. Пробираюсь через завалы какого-то хлама.
Дверь не заперта. Сильный толчок и я вываливаюсь на узкую лестницу, винтом поднимающуюся вверх. Бегом по ней и оказываюсь в большой комнате, заполненной людьми.
Судя по всему, я оказался в трактире. При моём появлении гул голосов стих и все уставились на меня. Первым опомнился толстый дядька за барной стойкой.
– Ты откуда взялся? И что ты тут делаешь?
– раздался его удивлённый голос, переходящий в грозный рык.
Надо врать. Если скажу правду, никто не поверит. А если и поверят, то сразу заинтересуются моими не совсем человеческими способностями.
– Вызывайте стражников, у нас тут вор, оказывается. А ты стой и не двигайся, отсюда не сбежишь, - продолжал вещать грозным голосом толстяк.
Ближние ко мне посетители придвинулись поближе, преграждая путь к двери.
Вот как! Ну давайте теперь поиграем по моим правилам.
– Не надо вызывать стражников, - сказал я самым серьёзным голосом каким смог, - вызывайте помощника мэра по коммунальным вопросам. Будем акт составлять.
– Кого? Что составлять?
– удивлено спросил толстяк.
– Ты какого хрена подвал так близко к канализации вырыл?
– заорал я и стукнул кулаком по столу.
– Разрешение у тебя есть?
– У меня все разрешения есть, - ответил толстяк уже не таким грозным голосом. И судя по забегавшим глазкам не все чисто у него тут было.
– Ты какого хрена (повторяюсь блин) должностному лицу врёшь?
– нахмурив брови как можно сильнее, спрашиваю у толстяка.
– Чтоб завтра же в мэрии был.
– Слушаюсь, - запинающимся голосом проблеял толстяк.
Вот и пригодились все те помои, что льются из телевизора на простых граждан нашей необъятной родины.
Уверенным шагом попёр на толпу. Люди в страхе расступились. Даже здоровенный охранник, с ленивым любопытством наблюдавший начало моего появления, вытянулся и с почтением открыл передо мной дверь.