Чтение онлайн

Когда той ночью Флетчер лежал на снятой на ночь койке в бараках в ожидании утра, чтобы вернуться в Пэлт при свете дня, он решил, что если когда-нибудь пойдет в армию, то никогда не закончит в таком месте, как это.

— Эй, парень. Отодвинь лавку от ворот. Ты загораживаешь проход торговцам, — властный голос прервал его мысли.

Это был отец Дидрика, Каспар, высокий, стройный мужчина, одетый в добротный вельветовый костюм, сшитый вручную из фиолетовой ткани и изысканно расшитый золотом. Он смотрел на Флетчера так, как будто само его существование оскорбляло его. Дидрик стоял позади него с широкой ухмылкой на лице, его светлые волосы уложены воском и разделены напробор.Флетчер бросил взгляд на другую лавку, которая была значительно

ближе к дороге, чем его.

— Я не буду повторять дважды. Пошевеливайся, или я позову стражу, — рявкнулКаспар. Флетчер глянул на Бердона, который ответил ему пожатием широких плеч и кивком. В целом, это ничего не изменит. Если кому-то понадобится оружие, он их найдет.

Дидрик подмигнул и сделал руками движение, означающее «Кыш!». Флетчер покраснел, но сделал так, как Каспар приказал. Время Дидрика еще придет, но его отец был невероятно влиятельной персоной. Он был ростовщиком, и почти вся деревня была у него в кармане. Когда ребенок нуждался в городском лечении, Каспар был тут как тут. Когда сезон охоты был неудачным, Каспар был уже здесь. Когда огонь разрушал дом, Каспар был наготове. Как мог деревенский житель, который едва ли мог вписать свое имя в договор займа, понять механизм сложного процента или трудные числа, написанные в договоре? В конце концов, они все обнаруживали, что цена их спасения намного выше, чем они могли заплатить. Флетчер ненавидел, что Каспара почитали многие в деревне, хотя он был не более чем мошенником.

Когда Флетчер с трудом пытался отодвинуть лавку в сторону, уронив при этом несколько тщательно отполированных кинжалов в грязь, послышался удар деревенского колокола. Торговцы прибыли.

 

ВСЕ НАЧАЛОСЬ, КАК ВСЕГДА, со скрипа колес и щелчков кнутов. Тропа вверх по склону была неровной и крутой, тем не менее, торговцы загоняли своих лошадей до предела на последних подходах к деревне, стремясь занять лучшие места в конце главной дороги. Отстающие неизбежно застревали у входа в деревню, далеко от оживленной толпы в глубине деревни.

Каспар стоял у входа и махал торговцам, кивая и улыбаясь каждому вознице в доверху нагруженной повозке, пока она въезжала в ворота. Флетчер заметил, что лошадей в этой поездке не жалели; их бока лоснились от пота и взгляд был диким от усталости. При взгляде на них на его лице проступила виноватая улыбка, он понял, что Бердон сегодня будет занят. Он только надеялся, что у них хватит подков для всех.

Когда последние телеги прошли через ворота, двое мужчин с густыми светлыми усами и остроконечными шапками рысью въехали в деревню. Их лошади были не простыми рабочими лошадьми, которые тащили повозки, а мощными боевыми конями с широкими боками и копытами размером с тарелку. Они ослабили поводья, когда вступили с грязной дороги на неровную мостовую. Флетчер услышал, как Бердон позади него чертыхнулся, и улыбнулся.

По темно-синим униформам с латунными пуговицами мужчин можно было идентифицировать как Пинкертонцев — городских законодателей. Мушкеты в руках не оставляли сомнений в их статусе. Флетчер бросил взгляд на дубинки с металлическими шипами в кобуре на седлах. Они легко могли сломать руку или ногу, не колеблясь, так как Пинкертонцы держали ответ только перед королем. Флетчер не имел ни малейшего представления, почему они сопровождали караван, но их присутствие означало, что защита на протяжении всего маршрута торговцам не понадобится. Значит, продажи в его лавке сегодня будут низкими.

Двое мужчин были так похожи друг на друга вьющимися светлыми волосами и холодными серыми глазами, что они могли бы быть братьями. Они спешились, и более высокий направился к Флетчеру, свободно держа мушкет в руках.

— Парень, отведи наших лошадей в деревенскую конюшню, накорми их и напои, — приказал

он. Флетчер уставился на него, застигнутый врасплох прямотой приказа. Мужчина указал на лошадей, когда Флетчер помедлил, не желая оставлять лавку без присмотра.

— Не обращайте на него внимания. Он медленно соображает, — вклинился Каспар. — У нас нет деревенской конюшни. Мой сын позаботится о ваших лошадях. Дидрик, отведи их в нашу личную конюшню и скажи конюху сделать все в лучшем виде.

— Но, отец, я хотел… — заискивающе начал Дидрик.

— Сейчас же, и поторопись! — перебил Каспар. Дидрик покраснел и мрачно взглянул на Флетчера, прежде чем взять поводья лошадей и увести их вниз по улице. — Итак, что привело Пинкертонцев в Пэлт? Мы не видели никого нового в течение нескольких недель, на случай, если вы преследуете разбойников, — сказал Каспар, протягивая руку.

Высокий Пинкертонец неохотно пожал его руку, вынужденный быть вежливым теперь, когда его конь был на попечении Каспара.

— Мы по военным делам касательно эльфийской границы. Король изъявил желание призвать преступников в армию, тем самым отменив их тюремное заключение. Мы от его имени наводим справки, подчинятся ли генералы такому решению.

— Очаровательно. Конечно, мы знаем, что число призывников в последнее время сократилось, но это все же удивительно. Какое изящное решение проблемы, — произнес Каспар с натянутой улыбкой. — Может, мы сможем обсудить это за обедом и бокалом бренди? Между нами, местный постоялый двор отвратителен, и мы будем рады обеспечить вас удобными кроватями после долгого путешествия.

— Мы были бы благодарны. Мы прошли весь путь от Корсилиума и не спали в чистой постели почти неделю, — признал Пинкертонец, снимая шапку.

— Тогда нам надо набрать для вас ванну и приготовить горячий завтрак. Меня зовут Каспар Кэвел, я старейшина деревни… — сказал Каспар, ведя их вниз по дороге.

Флетчер обдумывал новости, пока их голоса затихали. Он никогда не думал, что преступников можно принудить служить в армии. Ходили слухи, что принудительный набор в армию для всех молодых людей проходил прямо за углом, это одновременно и нервировало его, и возбуждало. Призыв был внедрен во время Второй Орочьей Войны, века назад. Эта война велась против орков-налетчиков, которые крали домашний скот и вырезали городское население в зарождающейся Гоминиумской Империи. Сотни деревенских жителей были уничтожены, прежде чем орков удалось изгнать обратно в джунгли.

В этот раз Гоминиум сам начал это, вырубая их леса в качестве топлива для начинающейся промышленной революции. Это было семь лет назад, и конца войны не было видно.

— Если бы я мог ковать эти мушкеты, в лавке вообще не было бы нужны, — проворчал Бердон позади него. Флетчер кивнул в знак согласия. Мушкеты были очень востребованы на передовой линии, они изготавливались гномами-механиками, что жили в недрах Корсилиума. Технология изготовления прямых стволов и механизма хранилась в строжайшем секрете, который гномы ревностно оберегали. Это было прибыльное дело, хотя технология только недавно была внедрена в армию. Если раньше в битве орки часто могли выдержать град стрел, то теперь вал мушкетного огня был гораздо эффективнее.

В этот момент Флетчер заметил последнего путника, проходящего через ворота. Это был седой солдат с серыми волосами и небритым лицом. На нем была красная с белым униформа, ткань рваная и поношенная, забрызганная грязью и покрытая дорожной пылью. Большинство пуговиц на плаще отсутствовали или свободно болтались. Он был не вооружен, что было необычно для члена торгового каравана и тем более для солдата.

У него не было лошади или тележки, но вместо этого он вел мула, нагруженного седельными сумками. Его ботинки находились в плачевном состоянии, подошва была стоптана и хлюпала при каждом нетвердом шаге. Флетчер наблюдал, как он разместился напротив него и привязал мула к угловой стойке ближайшей лавки, прежде чем продавец успел возмутиться.