Ночные Хранители
Шрифт:
Комната Лили оказалась по ту сторону замка и выходила на море. Мы замолчали, слушая шум прибоя и звон часов где-то далеко внизу. Я разглядывала скалы, обрамлявшие бухту с обеих сторон, и гадала, где оказалась.
В дверь постучали и, не дождавшись ответа, в комнату вошла девочка, очень похожая на Лили: собранные на макушке светлые волосы, золотые, как янтарь, глаза и привычка вертеть прядь волос на пальце. Девочка надела молочное платье с длинными, пышными юбками.
— Лили, ты придешь на чай? — Лили покачала головой, вставая и зачем-то отряхиваясь — хорошо. Эвелина просила передать, что скоро зайдет — девочка тряхнула головой, совсем как Лили, прикрыла за собой дверь и, звонко постукивая каблуками, спустилась по лестнице
— Мелисса — пояснила Лили — моя сестра —
— Очень — я не знала, как завести разговор
— Эвелина у нас помогает матерям с юными колдуньями — подсказала Лили
— Ты перемещаешься во времени? — уточнила Эвелина
— Так мне сказала безымянная
— Джеральдина — девушка подобрала под себя ноги — не нужно боятся ее имени. Если ты захочешь, можешь остаться в Астроводе и я помогу тебе
— Вообще-то — краснея, начала я, но Эвелина перебила:
— Я знаю, зачем ты здесь. Но все равно подумай — она замолчала, скользнула за дверь и растворилась в темном проеме. Я смотрела ей вслед, думая, как бы выбраться отсюда — мне требовался свежий воздух и тишина, чтобы все обдумать; прогонять мысли прочь с каждым разом получалось все хуже. Неожиданно вернулась Эвелина, балансируя под весом чего-то нежно-голубого в молочную клетку. Девушка аккуратно расправила ткань, тонкими теплыми пальцами подняла меня, ухватив за руку и проворно приложила ко мне платье — по размеру — удовлетворенно вздохнула она, увлекая меня за тонкую ширму. Я стояла, оперившись руками о деревянную створку, и ждала, пока Эвелина зашнурует платье. Наконец, путаясь в непривычно длинном подоле, я вышла из-за ширмы и не узнала девушку, отражавшуюся в оконном стекле. Дома, ни разу не надев платье, я и представить не могла, что когда-то их полюблю. Лили, медленно поднявшись с пола, улыбнулась:
— Хочешь посмотреть мосты? — девочки побежали вниз по лестнице, ухватив по факелу и я, осторожно ступая по каменным ступеням, последовала за ними.
Над морем заходило розовое солнце, отчего все вокруг казалось нереальным, сказочным. Верхние мосты укрыла предзакатная дымка и вскоре девушки, сновавшие по ним, превратились в черные силуэты и стали неразличимы. Мы поднялись на несколько уровней выше, ступая по узким переходам и переплетающимся коридорам. Всюду нас встречали узкие арки, уходящие ввысь и резные каменные статуи. Наконец Лили, ухватив меня за руку, выбежала на широкий мост, соединявший две башни по центру. Отсюда виднелись пики гор по краям бухты, розовые и золотые в лучах солнца, и слышался шум прибоя далеко внизу. До замка донесся соленый запах моря. Эвелина свернула в сторону еще в одном из запутанных проходов, а Лили под вялым предлогом убежала к морю и теперь бродила там, по щиколотку в воде, приподняв юбку. Очевидно, меня оставили наедине с мыслями.
Налюбовавшись морем и закатом вдали, я вернулась к тому, что буквально разрывало меня изнутри. К выбору.
Ничего не зная о том, что умею, я могла бы вернутся домой, подавлять свой дар, никому не сказав. Но, сразу отвернувшись от идеи на протяжении многих лет избегать саму себя, свернулась к словам Эвелины. Я чувствовала, что Астровод принимает меня и, никого не зная, была уверена, что мне разрешат остаться. Но что подумают дома, если я просто исчезну, растворюсь во времени? Решив немного перевести дух и отправится за советом к матерям, как их тут называют, я развернулась к дубу, под которым лежала оставленная Терезой книга. Наверно, девушка ушла в замок.
Вдруг на холме, с которого вниз сбегала каменная дорожка, закрутился вихрь Раскола. Я, подскочив на месте, в спешке перебежала на пару уровней ниже,
рискуя заплутать на многочисленных поворотах, и кинулась к середине узкого мостика почти над самым входом в Астровод. Вперив взгляд в воронку и холодными пальцами ухватив перила, я стала ждать.Раскол, методично раскручиваясь, двинулся немного вправо и завис в метре над землей ровно напротив больших дубовых дверей. Из прозрачной воронки вскинулись руки, затем голова, и вот уже фигура в черном, развивающемся на ветру, плаще, встала на землю и до боли знакомо закинула назад голову, обнажив белеющий в темноте кадык и сжав длинные пальцы. У меня перехватило дыхание и я, спотыкаясь, понеслась вниз, молясь, чтобы коридоры вывели меня к матерям. Но опоздала.
Затормозив на каком-то мостике гораздо выше того, куда меня привела Лили, я уставилась вниз, где едва различалась дорожка посреди сада. Джеральдина осталась на холме, то плавно ведя рукой, то резко вскидывая ее к небу, а от ее пальцев, сметая все на своем пути, по дорожке неслась линия огня, высоко поднимая столбы дыма и застилая Астровод жаркой дымкой нового заката. Пылали большими кострищами деревья, а галерея наполнилась высокими темными фигурами женщин. Они водили руками, в воздух взметались струи воды. Кто-то убегал в замок, спеша закрыть двери. Но огонь, шипя и плюясь искрами на колдуний, упрямо приближался к крыльцу.
Вдруг Астровод вздрогнул и пошел мелкой рябью, словно море. Одиноко дрожали крайние башни, часть арок и низких балконов, не выдержав, ринулись в огонь. Я, пригнувшись под дождем из обломков стен, понеслась вниз, мечтая выбежать к морю, подальше от огня, но, кажется, пару раз свернув не туда, потерялась в переходах.
Слева потянуло травами и жаром, но идти на пустующую кухню смысла не было. Впрочем, этот коридор тупиком ткнулся в ее дверь и я, тихонько ее толкнув, скользнула внутрь. Через большую залу с гладкими, блестящими в свете печи, стенами тянулись три деревянных, грубо отделанных стола. По стенам высились стопки кастрюль и сковородок, кучей сваленных на полки. Подвешенные к потолку, об макушку стукались пучки засушенных пряностей. Мой завороженный взгляд оборвал новый толчок и посыпавшиеся из угла кухни большие куски мраморной стены. Я, схватив первый попавшийся чугунный половник и подумав, как, наверно, забавно с ним выгляжу, выскочила наружу, оставив дверь распахнутой, и побежала, наобум сворачивая в потемках коридоров.
В какой-то момент, когда дрожь немного утихла, я заметила, что мрамор пропал, а с влажного потолка, звонко ударяясь об пол, капает вода. Пару минут побродив в подземелье Астровода, я услышала новый камнепад справа по коридору и присела, навалившись спиной на мокрую стену. Наконец осколки известняка перестали отлетать, стукаясь о гулкие стены и я, на всякий случай аккуратно щупая ногами пол, пошла вперед, к источнику шума.
Огибая особенно большой камень, заметила мягкое свечение, не похожее на неровные лучи факела. Я медленно пошла на свет, испуганно выставив перед собой половник, который все еще несла в руке.
За поворотом, освещая остатки обрушившейся стены, над землей парил сверток из бумаги, на вид гораздо старше меня. Я с опаской присела, готовая спрятаться за один из упавших камней, в паре метров от свертка. Если Джеральдина сумела проникнуть в Астровод, то это вполне может быть ловушка. Обернувшись и пошарив взглядом вокруг себя, я обнаружила ветку, наверно, залетевшую сквозь проломленные стены из сада, когда там разразился пожар. Осторожно, стараясь не обнаружить свое присутствие, я схватила ветку и, с трудом дотянувшись до свертка, ткнула кончиком бумагу.
Свет потух и лист свалился на каменный пол, прошуршав о камешки изорванным краем. Я медленно подошла, схватила листок, осмотрелась и, никого не обнаружив, рывком его развернула. Внутри сверток оказался ветхой картой, готовой рассыпаться у меня на руках.
Новый толчок и последовавшая дрожь заставили меня опустится на колени. Я водила пальцем по пересекающимся линиям и названиям на языке рун. В темноте не сумев различить ни одной надписи, кроме названия «Астровод» в центре, я запихнула карту в складки платья и поспешила вверх по лестницам, на свет.