Чтение онлайн

Тигровая Лилия покачала головой.

– Я не знала, что ты и правда это сделаешь.

– Я пират, Тигровая Лилия. Разумеется, сделал бы.

Ее ноздри раздувались от гнева, и она сжала руки в кулаки. В этот момент в голове Крюка что-то щелкнуло.

– Это не то, что ты хотела знать, верно?
– И он сделал несколько широких шагов в ее сторону.

– Что?

– Ты бросаешь меня, не потому что я не уделял тебе особое внимание, или сомневалась, что я люблю тебя. Ты бросаешь из-за Пэна.

Лицо Тигровой Лилии омрачилось.

– Да как ты смеешь!

Челюсть Крюка дернулась.

– Как смею

я что? Обвинять тебя в том, что ты по-прежнему, так или иначе, влюблена в Питера? Мы оба знаем, что это правда.

– Не говори так, - ответила она низким голосом на грани рычания.

– Как это я не могу говорить этого? Это ведь правда, не так ли? Где ты была, когда я дрался с мальчишкой на скале?

– Я сказала тебе. Наблюдала из кустов.

– Почему?
– спросил он, рукой сжимая в ужасе одно ее плечо, а крюком нажимая на другое. Он притянул ее к себе, накаляясь от тепла, излучаемого ее кожей. Его пульс участился.

– Нет, Джеймс. Речь не обо мне, - она дернулась, и ноздри Крюка раздулись в гневе от ее изворотливости.
– Правда в том, что ты так поглощен ненавистью к Питеру Пэну, что никогда не сможешь по-настоящему ценить что-либо еще, - выпалила она.

Голос Крюка стал громче на несколько децибел.

– А ты, Тигровая Лилия, ты настолько очарована им, что не можешь любить человека, который принес бы тебе счастье!

– Это неправда.

– Абсолютная правда, - Он отпустил ее и шагнул назад. Мгновение они пристально смотрели друг на друга. Воздух между ними был раскаленным от ярости.

– Ты не можешь вынести мысли, что я пролил его кровь, потому что, в глубине твоей души, не важно, что я говорю, что делаю, или заставляю тебя чувствовать..., - Он коснулся ее в месте чуть ниже горла и позволил кончикам пальцев скользнуть по ее шее, аккуратно обвивая пальцами ее волосы. Тигровая Лилия слегка вздрогнула. Он закрыл глаза и отвел от нее руку.
– Ничто из этого не имеет значения, ведь так? Не тогда, когда ты под чарами Питера Пэна.

Тигровая Лилия ничего не ответила. Она лишь смело смотрела в его глаза. За эту мелочь он был ей благодарен.

– Почему сейчас?
– спросил он. Что-то в глубоко в его душе надломилось.
– Почему не до того, как ты поцеловала меня? Не до того, как ты отдалась мне? Не до того, как сказала, что любишь меня?

Тигровая Лилия вздохнула.

– Потому что вчера в лагуне..., - она остановилась, глаза заблестели от боли. Крюк вряд ли хотел слышать, что она скажет.
– Вчера он пришел за мной.

У Крюка отвисла челюсть.

– Он пришел за тобой? Он спас тебя? Ты никогда не была моей пленницей!

– Я это знаю. Знаю. Но Питер не знал. Он рисковал ради меня своей жизнью. Вот почему... Вот почему я ушла.

Крюк едва мог дышать, чтобы говорить дальше.

– И что? Ты веришь, что он теперь тебя любит? Ты действительно думаешь, что он пришел и «спас» тебя из рук мерзавца, потому что хочет быть с тобой?
– Он чувствовал, как от ярости кровь прилила к его щекам и ушам.

Тигровая Лилия провела по щеке и взглянула не деревья.

– Не отворачивайся от меня снова, Тигровая Лилия, - Она сжала челюсти и уставилась на его рот.
– Посмотри на меня. Слушай то, что я скажу, потому что эти слова ты будешь слышать снова и снова всю оставшуюся жизнь, если сейчас уйдешь от меня. Они будут преследовать тебя вечно, потому что

ты решила отдать свое сердце бессердечному существу.

Мгновение она ждала, затем посмотрела ему в глаза.

– Он никогда не полюбит тебя.

– Ты этого не знаешь, - прошептала она.

– Пэн не способен любить. Он сражался за тебя в лагуне, потому что воображал войну с пиратом. Ты никогда не будешь с ним, Тигровая Лилия. Это я тебе обещаю, - Его слова были так же грубы, как и голос. Они источали тот яд и ту ненависть, которые могут появиться только от ужасной боли.

Она опустошенно вздохнула.

– Прости, Джеймс.

– Если бы только ты покинула со мной это место, если бы ушла со мной в море, ты бы освободилась от него.

По щеке Тигровой Лилии скатилась слезинка.

– Я не когда не освобожусь от него.

– Не веди себя так, словно у тебя нет выбора. Ты могла бы бросить все. Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Если бы ты только пошла со мной, я клянусь тебе, его влияние на тебя было бы сломлено. Если бы только ты ушла с этого проклятого острова.

Теперь он был в отчаянии, говоря все, что приходило в голову - правда или нет - лишь бы убедить ее остаться. Он дрожал от злости, боли и глубокой, жгучего страха. Он схватил ее руку и приложил к своей груди. Он все еще мог чувствовать тот заряд между ними, желание глубоко в ней, заставляющее ее пальцы дрожать от него.

– Я мог бы сделать тебя счастливее, чем когда-либо, Тигровая Лилия, - голос его был низким и сиплым. Он подошел ближе и прижался губами к ее уху.
– Я любил бы тебя вечно.

Какое-то время он молчала, пульс Крюка тяжело и переменчиво скакал. А потом она отстранилась от него.

– Ты лгала мне, - прошептал он, его лицо исказилось от боли.

Она внимательно смотрела на него покрасневшими глазами полными слез.

– Ты клалась мне, что пришла той ночью не из-за Пэна, что хотела быть со мной, независимо от него. Что любила меня. Но теперь ты веришь, что он заботится о тебе, что наши отношения ничего не значат.

– А разве ты не лгал мне?
– спросила она мягко, смотря на него.

– Что?

– Ты обещал, что не тронешь его. Из-за меня. Потому что мы не знали, что случилось бы с нами, если он умрет. Ты рисковал моей жизнью, Джеймс. Ради него.

У него пересохли губы. Ему нечего было сказать.

– Прости, - прошептала она, закрывая глаза, и медленно прошла в тени, поглощаемая неподвижными, бесцветными деревьями.

Крюк стоял на пустой поляне, его голова была чуть наклонена, а волнистые волосы свисали на лицо. Какое-то время он стоял там, недоуменно моргая. Возможно, это был очередной сон. Возможно, он скоро проснется, и Тигровая Лилия будет лежать рядом с ним в его постели, мечтая о вечности. Он знал, это было бы маловероятно. Здесь, в Нетландии, это было невозможно.

Крюк был парализован, не знал, куда идти. Должен ли остаться ли на поляне или же должен идти за ней. Но, после того как его беспорядочные мысли улеглись, он решил отправиться на Испанский Мэйн. Там он мог выпить бокал сухого красного вина, посидеть за столом и подумать.

Он онемел, когда вернулся на свой корабль. Его корабль. Мэйн по-прежнему был его, несмотря на его дурацкое обещание Старки. Он поднимался перед ним, гладкий, мощный и красивее любой женщины. Он ступил на борт, его глаза яростно светились.