Несущий свет
Шрифт:
Когда переулок Гривцова завершился, то перед Анхелем открылась совершенно пустая Сенная площадь. Здесь не было даже брошенных машин. Как оказалось, все они были оттащены в стороны — вероятно, чтобы дать простор для боя. Но он не видел противника. Выехав на середину, он слез с адра и огляделся — никого. Ни следа Аградона.
— Меня потерял? — Раздалось слева. Анхель повернул голову — Аградон стоял у спуска в метро. — Я здесь. — После этих слов он начал спускаться по лестнице вниз.
Анхель последовал за ним, на ходу вытаскивая меч из ножен. Аградон вывел его сначала к эскалаторам, а затем ниже — на саму станцию. Далее он прошёл к переходу между станциями «Сенная площадь» и «Садовая». Там остановился и обернулся лицом к Анхелю.
— Здесь. — Кратко дал
Место это было, мягко говоря, несколько неудобное для боя. Переход между станциями был хоть и широкий, но он шёл под уклон, что вносило некоторые неудобства для противников. Очевидно, Аградон не искал лёгких путей. А быть может, у него был припрятан в рукаве джокер. В любом случае, здесь Анхель не мог что-либо возражать.
Крутанув меч в руке, ангел направился к противнику. Ему претила сама мысль о том, чтобы начинать трепаться впустую с этой тварью, оттягивая момент схватки. В переходе было темно, но Анхель видел достаточно — Аградон, наверняка, тоже.
Двигаясь посередине прохода, Анхель поначалу решил задумать хоть какой-то план боя, но вспомнив выражение одного великого русского военачальника — «ни один план не переживает встречи с противником», оставил эту затею.
Аградон сделал шаг навстречу, и клинки запели, разрывая воздух. А после тёмный проход огласил звон стали.
Шекспир вынес из подъезда несколько больших отрезов разноцветной ткани, они были похожи на занавески, но уж больно здоровые. Положив их подле тела Немчуры, он и Марла, которая до сих пор была в слезах, разложили ткань в дорожку. Мрачный, как чёрная туча, Вихрь и Зверь положили тело Немчуры на край ткани. Немного поколебавшись, они без всякого уважения замотали этой тканью труп подруги. Перевязав саван, чем пришлось, они уложили тело на одного из адров. Зверь вызвалась сопроводить тело Немчуры до шестёрки, где погибшую девушку похоронят на импровизированном кладбище учеников Анхеля.
С ней отправился Калиас. Варгус остался. Вихрь, проводив долгим взглядом уходящего спокойным аллюром адра, оглядел оставшихся с ним Марлу, Шекспира и Чупса. К нему подошёл Варгус, который среди Детей был здесь за старшего.
— Вихрь, командуй… — Понимающе, спокойно произнёс он. Но увидев то, в каком состоянии Вихрь, он схватил его за плечо и повернул рывком к себе. Он был на голову выше его и гораздо мощнее, поэтому это не составило труда. Вихрь вонзился в него испепеляющим взглядом, но наткнулся на совершенно спокойный взор берсерка. — Вихрь, она с нами, только не здесь и не сейчас. Мы, берсерки, верим, что павшие воины остаются в бою и изо всех сил отводят смертельные удары от ещё живых, прыгают грудью на летящие стрелы, чтобы хоть чуть-чуть их затормозить. Поэтому мы должны продолжать биться — Немчура, Депп и Свет до сих пор с вами. Не буду перечислять всех тех, кто оберегает меня — их в разы больше.
Вихрь отвёл взгляд. Слова Варгуса подействовали. Он вдохнул, постепенно возвращая душевное равновесие.
— Все по адрам — продолжаем преследование. Внимательнее по сторонам. — Скомандовал вместо него Варгус, после чего хлопнул Вихря по плечу и, поймав взгляд того, кивнул ему на ближайшего адра, на которого залез и сам. Вихрь ещё раз оглянулся на переулок, где уже не было адра, нёсшего тело погибшей подруги. Затем посмотрел на Шекспира, Чупса и Марлу. Да, они были также придавлены грузом потери, но они держались лучше него. По щекам Марлы продолжали течь слёзы, но взгляд был уже решительный. Шекс стоял, сложив руки в замок, и смотрел на Вихря, когда их взгляды пересеклись, он ему кивнул. Чупс просто махнул ему рукой — мол, погнали.
— Погнали. — Сказал им Вихрь. И твёрдым шагов пошёл к адру. Варгус подал ему руку, помогая влезть на монстра.
В воздух гулко поднялась горсть мраморной крошки, высеченная мечом из пола. Переход озарило эхом очередной серии ударов. Порой вылетали искры голубоватого цвета, на миг во мраке перехода проявляя лица сражающихся.
Скорость вновь, как и в бою с
Одраласом, превосходила человеческую в разы. Глаза Анхеля пылали красным — его ярость кипела в нём, словно магма внутри вулкана, готовая вот-вот вырваться наружу, уничтожая всё вокруг. Вихри ударов обрушивались то на Аградона, то на Анхеля. Поочерёдно им приходилось наглухо уходить в защиту, пока противник наносил серии мощных рубящих, колющих и секущих ударов. А затем они менялись местами.Анхель использовал ход, принёсший ему победу в бою с Одраласом — обманные удары, но с Аградоном не действовало — он знал этот стиль боя. Он был готов к каждой серии атак, наносимых Анхелем. Хотя, увидев этот бой, его ученики сказали бы, что такого их учитель никогда им не показывал. Это что-то абсолютно иное. Сам же Анхель сейчас был словно где-то в стороне от места боя, будто бы дистанционно управляя своим телом. Или нет — даже не управляя, а, скорее, умоляя его выжить любой ценой.
После очередной атаки, что разбилась о выверенные блоки и уходы Аградона, Анхель отскочил подальше, чтобы противник не успел начать контратаку сразу же. Нужно было что-то поменять — он слишком предсказуем. Так боя не выиграть…
Он начал судорожно перебирать стили боя, которые освоил за последние пять веков. Нужно пробовать — что-то пробьёт защиту Аградона. Анхель был в этом уверен.
Он начинал каждую новую атаку иначе, старался не повторяться и когда в первый раз зацепил Аградона, то понял, что нашёл. Выстояв очередное ураганное нападение, он, не думая ни мгновения, не успев, как следует, перевести дыхание, начал атаковать. Аградон пропускал — это могло быть либо потому, что противник начал уставать, а может быть, не мог просчитать этот стиль боя. Хотя стиль-то был наиболее понятный и простой, техничный и без вычурностей. И это был последний из освоенных, притом не до совершенства — тот самый русский стиль. Примерно так сражались славяне, в годы нужды поднимавшие меч.
Аградон начал чаще отскакивать от него для того, чтобы перевести дыхание, но Анхель пресекал все эти его жалкие потуги. Настал момент, когда Аградон, выбившись из сил, решил неожиданно контратаковать прямо во время наскока Анхеля. Неожиданность удалась, но цели своей не достигла. Анхель наручем отвёл меч от груди, параллельно занося свой для колющего удара. Когда Аградон потерял на миг равновесие и подался вперёд, Анхель пронзил ему горло резким и неотвратимым уколом.
Из открывшегося рта Древнего послышался булькающий звук, хлестанула кровь, по-видимому — тёмная, но не сказать, что красная. Хотя в черноте перехода Анхель мог и ошибаться. Рывком выдернув меч из горла Аградона, Анхель сделал несколько шагов, пока не упёрся в прохладную мраморную стену. Сердце колотилось, будто на пределе, пот тек ручьями — он решил снять с себя доспехи. Сбросив их, сел на пол и постарался выровнять дыхание. Посмотрел на руки — они изрядно тряслись. Как он только в горло-то так точно попал?
Перед ним лежало тело Аградона, тот так и не отпустил меч, который звякал о пол всякий раз, когда тело, раз за разом, пробивала посмертная конвульсия. Лужа чёрной крови медленно текла вниз по переходу.
Вылетевшие с переулка Гривцова на Сенную площадь адры остановились, берсерки и четверо учеников Анхеля соскочили с них и рассредоточились. Не обнаружили ровным счётом ничего, кроме адра, на котором сюда прибыл Ириец, и в рядах их возникло некоторое сомнение — стоит ли им здесь быть, раз тут никого нет. Да и где, собственно, сам Анхель?
Но их сомнение было недолгим, буквально через минуту после их прибытия адры обеспокоенно заводили рогатыми головами. Шекспир почесал голову, затем бороду, поправил многочисленные разноцветные фенечки на левой руке, громко выдохнул:
— М-м-мда! — Его взгляд упирался в стаю бёвульсов, которая шла сюда по Садовой улице. Оглядевшись и не увидев больше монстров, он повернулся к Вихрю. — Это… того… там! — Ткнул пальцем Шекс в приближающихся врагов. Вихрь сделал несколько шагов из-за адра, перекрывавшего ему обзор. Некоторые берсерки уже успели заметить бёвульсов.