Неискоренимое
Шрифт:
– Ну ты просто великий знаток человеческой натуры, Сергей! Будь Виктор человеком - дал бы тебе в морду за подобные утешения, причём с полным основанием!
Третьим собеседником был Владимир Василевский, Архибиблиотекарь Мармарона. И из всех троих он наиболее открыто позволял себе проявлять недовольство.
– Подумать только, нам утёрли нос, несмотря на все приготовления, победили, атаковав в лоб!! Андрей, этот малолетний подонок, до сегодняшнего дня считался сильнейшим из моих детей, и вот его уделали, как щенка! Он мне ещё ответит за это!
– Полноте, Володя, не ломай комедию! Если ты этим наказанием хочешь задобрить меня, то напрасно. Я понимаю, что мальчик ни в чём не виноват. Четырёхзначное Слово - не его уровень, он и так сильно пострадал в этом столкновении. И именно это беспокоит меня. Лена довольно способный ребёнок, но уж больно пренебрежительно она относиться к своему положению, возможностям и обязанностям. В каком-то смысле этот вояж по прифронтовой территории с похитителями и кучей других заложников даже был бы ей полезен, но уровень исполнения операции! Даже если Слово было изречено с помощью амулетов, это говорит о том, что за похищением стоит кто-то с самого верха властной пирамиды наших врагов. А
– Не беспокойся, это будет сделано в ближайшее время. За дело возьмутся лучшие...
– А вот об этом я и хотел поговорить. Что касается подбора кадров, я уже всё решил.
– Только не пори горячку, Виктор! Ты нужен на Совете и не можешь отвлекаться от выполнения своих обязанностей! Мы прекрасно справимся сами!
– Я в этом и не сомневаюсь. Пока. Но, тем не менее, настаиваю, чтобы в операции участвовали как минимум Борис, глава Великой Снежной армии, и твой сын Андрей. То, что против него применили столь мощное и не любимое ни демонами, ни девиатами оружие, доказывает, что он представляет для похитителей колоссальную угрозу. Да и шанс исправить свой промах он вполне заслужил.
– Ты это серьёзно? Ну ладно принц Василевский, но Борис?! Он же один из князей Праха Первородного, даже после слияния Планов бытия он и подобные ему пребывают в своих, сугубо обособленных убежищах, недоступных смертным! Они, можно сказать, затеряны в пространстве и времени и хранят память о временах ещё до завершения строительства Мармарона!
Возмутился Сергей.
– И такое существо ты хочешь послать искать похищенных детей? Это невежливо и неуместно...
– И, тем не менее, не невозможно. Да, он князь, но ты забыл упомянуть, что и сам наделён схожим статусом. И можешь на него повлиять. Всё, вопрос исчерпан! Далее, постарайтесь привлечь к этому делу наиболее лояльных представителей Ордена. Я понимаю, что в текущей ситуации это почти невозможно, но надо попробовать хотя бы выяснить у Назарова личности похитителей - это будет уже что-то.... И ещё кое-что!
В голосе Виктора прорезалась та властность, которая приличествовала его положению, и которую обычно в нём было и под микроскопом не разглядеть. Хотевшие что-то возразить Тень и Библиотекарь заткнулись на полуслове.
– Я прекрасно понимаю, какая ответственность лежит на мне. Совет и раньше не бездействовал, а после начала войны мы просто утонули в работе, совещания и судебные разбирательства следуют одно за другим без перерыва. Раз уж так надо, я буду делать своё дело, но только пока вы добросовестно будете делать своё. Первому среди Вознёсшихся не к лицу истерики и опрометчивые поступки, но я люблю свою дочь. Если вы не вернёте её в ближайшее время, я плюну на Совет, на Прах и на всё прочее и сам начну решать эту проблему так, как умею. С того момента, как я последний раз выходил на поле боя прошли тысячи лет, я превратился в уютную домашнюю зверушку Императора. Моё имя перестало вселять страх настолько, что дитя, носящее это имя по праву, похищают всякие недоноски! Поэтому я не просто тряхну стариной - я не успокоюсь до тех пор, пока боги и высшие демоны снова не станут убивать себя только чтобы не встречаться со мной лицом к лицу!
С этими словами пантократор Совета коротко поклонился и открыл портал прямо на очередное заседание. Владимир и Сергей тут же разошлись не прощаясь. Всё было уже решено и им не о чем стало разговаривать...
***
Мармарон существовал не всегда. Расслоив мироздание на Планы, отцы-основатели Праха смогли прорваться в прошлое по некоторым данным почти на треть миллиона лет, но город создавался постепенно. Цитадели одна за другой возводились по образу и концептуальному подобию определённых объектов из будущего - реальных и вымышленных. Между этими оплотами протягивали дороги, потом вокруг них строили дома, затем город постепенно сросся в единое целое и начал разрастаться, превосходя теперь уже все пределы, когда-то задуманные смертными технократами.... Стали (по аналогии с Мармароном) появляться новые города, словно отпочковавшиеся детёныши. Появились отдельные, концептуально самостоятельные крепости, вообще не похожие на Серый город и не зависимые от него. Потому, что, чем больше и сильнее становилась Империя, тем острее возникала необходимость рассредоточения оплотов и символов власти. Тем яснее становилось, что нельзя всё ценное и важное из тысяч миров сложить в одном месте. И когда Илитавел-Перестилатель наконец полностью воплотил свой замысел, сведя Планы бытия обратно, все цитадели Мармарона, раньше стоявшие внутри него, раскидало по самым крупным и значимым мирам Саа. Но от этого внутренние порядки и обстановка в древнейших твердынях не поменялась. И теперь, руководствуясь настоятельной просьбой одного из самых влиятельных коллег на властном поприще, Сергей Норко, Великий князь Корота, направлялся в одну из таких цитаделей. Направлялся к своему "сородичу", собрату по титулу. Подобно цитаделям, князья Праха Первородного были очень старыми и участвовали в сотворении империи буквально из ничего, видели предначальные времена. А Борис (фамилии его история просто не сохранила) был одним из трёх первых князей. Тоже лорд-архономорант, только Великой Снежной Армии, он когда-то давно практически возглавлял процесс захвата миров Соцветия для создания Империи. Из его крепости выходили армии, расползавшиеся затем по десятой части галактики! Именно он вёл свою любимую кавалерию в бой, когда начались первые конфликты с бескудскими царствами, ставшими для Мармарона на многие тысячи лет единственным адекватным по силе соперником. Его вотчина называлась Илим Караст, Мокрая Пропасть и теперь являлась столицей Псалота, крупного мира с населением почти в миллиард разумных существ (преимущественно даманов).
Некоторые ошибочно полагали, что время такой старой плесени, как Борис, бесследно ушло. На самом деле, во-первых князь не мог постареть при всём желании. По крайней мере, внутренне, для него ничто не поменялось и прожитые века не тяготили его душу. А во-вторых, его армия не была пережитком прошлого. Официально все Великие
армии (а их было, не много не мало, 16), были гвардией. На деле же они, по сути, составляли почти все войска Мармарона. Даже ополчение Младших в военное время приписывалось к ним. Фактически, они представляли собой просто рода войск, причём Снежная была самой многочисленной и занимала в военной машине Саа нишу кавалерии и лёгкой пехоты (иначе говоря, пушечного мяса). Невозможность толком сосчитать непомерно раздутые составы одних, закрытость других, вечная неразбериха с местами дислокации и своеволием чересчур наглых и самовластных командующих.... Всё это не первое тысячелетие проедало плешь шпионам других сверхдержав, безуспешно пытающихся точно сосчитать и распределить по картам войска Саа. В этой ситуации получалось так, что Борис был не просто пережитком прошлого, а главой почти трети всех армий Праха. Другое дело, что он был скорее полевым командиром "средневекового" типа. Поэтому не "двигал фронты" сам, полагаясь на своих бесчисленных генералов...– Стой!
Сергей невольно восхитился. Среди Снежных тоже были очень сильные воины, порой объединяемые в отряды особого назначения. Один из таких отрядов стерёг Илим Караст. И, какими бы тупыми и необразованными не были гвардейцы, они должны были, по крайней мере, заметить, что перед ними офицер Легиона, стоящего куда выше их армии. Тем не менее, вместо того, чтобы пропустить, трясясь от вполне оправданного страха, следуют инструкциям начальства, охраняют его покой. По такому случаю, он даже не стал зверствовать, просто небольшой силовой волной раскидал ребят в стороны. Проследив, чтобы те в меру (в смысле, до потери сознания, а не жизни) ударились головами, князь прошёл дальше. Сама по себе крепость выглядела, как детский сад (да-да, всё связанное с Младшими, так или иначе было детским), который в каждом следующем Плане становился больше в несколько раз. Он наращивал этажи и подвалы, поперечные галереи и внутренние дворики, а потом уж и крытые террасы с позициями артиллерии, разрастаясь вширь.... А потом, когда Планы слились, всё это разом показалось у всех на виду, никого, впрочем, не удивив (одни даманы вокруг и жили). Располагалась крепость, оправдывая своё название, в овраге, который тоже в Первом Плане казался маленьким, а теперь превратился в исполинский котлован. Котлован же, в свою очередь, был наподобие кратера вулкана вырыт в холме столь большом, что на нём свободно поместился город с населением почти в 5 миллионов человек. Изрядно Норко пришлось прогуляться от стационарного портала (он не очень ладил с этой областью ментальной науки, несмотря на силу), сначала в гору, потом с горы.... Теперь же, приблизившись к резиденции высокородного собрата и проникнув внутрь, он поминутно был вынужден сталкиваться с охраной, а то и с высшими офицерами, которые затрудняли ему путь. Хорошо ещё, что офицеры, в отличие от простой солдатни, такую важную птицу, как лорд Легиона, знали в лицо, а потому пройти не мешали, не то бы пришлось применять силу по полной, что привело бы к разрушениям.... За такими мыслями Сергей сам не заметил, как очутился в подвалах, много ниже уровня земли, где по примеру знаменитой Кафельной Цитадели Императоров, всё было отделано плиткой. Запахи хлора, мыла и чего-то ещё, напоминавшие Тени о временах, когда он сам был ещё ребёнком, показались бы неуместными для кого-то иного. Но Сергей прекрасно понимал приверженность равного ему Князя традициям вечного детства, в котором пребывали Младшие. Пройдя очередные двери, уже никем не охранявшиеся, он вошёл в помещение, отдалённо напоминающее помесь санузла, процедурной комнаты и операционной. Ванные с горячей солёной водой и со льдом, медицинские столики со шприцами, бинтами и прочей врачебной атрибутикой. Посреди всего этого великолепия на отделанном тем же кафелем возвышении, выполненном в виде трона, расположился сам Борис-Всадник.
Князья Праха Первородного были не только очень старыми, но и очень способными, их силы и умения послужили прототипами для создания Великих армий и ещё много чего. В том числе, например, бойцы Великой Перетекающей армии унаследовали от них умение менять свой физический возраст. Правда, не полностью - у князей это выходило гораздо легче, они старели и молодели так же непринуждённо, как здоровый человек делает шаг вперёд или назад. В данный момент Борису было где-то 25. В вены на его руках, ногах и даже шее были воткнуты более десяти капельниц, которые вводили и выводили различные виды физраствора из организма Владыки. Сергей прекрасно знал, что никакой необходимости в этой процедуре не было - здоровья князя хватило бы на дивизию ВДВ, просто ему хотелось интересных ощущений. А капельницы, превращавшие его тело в один сплошной проточный канал, эти ощущения предоставляли, попутно не хило расслабляя "пациента".
– Вставай, труба зовёт!
Несмотря на несколько меньший статус, уважительно к старшему собрату Норко никогда не относился.
– Личная просьба от самого лорда-пантократора Совета Вознёсшихся!
– Отвали...
Побочный эффект физрастворов выражался в том, что Борис выглядел и говорил так, словно лежал при смерти. Только очень хороший слух позволил Сергею всё расслышать с семи метров.
– Не мешай... развлекаться!
– Сожалею, но времени на церемонии нет.
Тень просто свёл вместе скрюченные пальцы, мысленно произнося 322 Слово, Анастир, Воздушная Мясорубка. Повинуясь его воле, атмосферные газы уплотнились в несколько тысяч раз прямо в лёгких князя, а затем взорвались, раскурочив всю кровеносную и дыхательную систему. Иглы капельниц пробкой вылетели из разорванных вен, кровь забрызгала всё окружающее пространство...
Как и следовало ожидать, такого обращения к своей персоне Борис не простил. Он начал вставать с трона прежде, чем быстрое восстановление тканей вернуло ему облик живого человека, а не груды фарша. Одновременно он начал молодеть, съёживаясь до 7-9 летнего ребёнка. Момент, когда он прыгнул, Сергей отследить так и не смог. Уклониться полностью не смог тоже - в последний момент уже пролетевшее мимо тело схватило его за самый край одежды и с колоссальной силой впечатало в пол. Дрогнули стены, а тем временем, его уже прижали к кафелю с силой, невозможной не то, что для ребёнка - даже для слона. Серая Тень, способный выдержать на плечах вес авианосца, почувствовал, что силы и прочности его тела категорически не хватает, что оно ужасающе медленно сплющивается, причиняя непереносимую боль.... Тряхнул головой и посмотрел на невозмутимо заканчивающего регенерировать Бориса, так и не вставшего с трона.